Николай Степанов – Сила воли (страница 45)

– Как же я без тебя, леший? Пусть твоя птичка возьмет в лапы это и полетает по лагерю. – Александр вытащил из кармана холщовый мешочек, проделал в нем дырку кинжалом и отдал дятлу. – Будет сеятелем. Токмо пущай не вздумает проглотить хоть одно зернышко. Поспеши, скоро совсем стемнеет.

Жучка, собрав ночью свою стаю неподалеку от Кардымова, днем показала хозяину место, где зверюги превратились в зернышки. Об этой тайне боярин также никому не рассказывал. Он собрал «урожай», поместил его в мешочек и взял с собой как раз на тот случай, если хозяева вдруг воспротивятся и не позволят гостю вернуться до темноты.

Дятел отправился выполнять задание, а Еремеев вытащил из пояса один из алмазов и переложил его в карман ближе к пластине, создав вокруг себя зону, недоступную для зверюг.

– До чего же все болит! Прямо не человек, а ходячая отбивная! А ведь хотел договориться по-хорошему. Не дали. Теперь их ждет очень жаркая ночка, а мне нужно срочно Жучку вытаскивать.

Александр похромал к трону. Там он провозился недолго. Отыскав нужный рычаг, открыл створки другой ловушки и выпустил питомца на волю.

– Давай-ка отыщем барона. – Хозяин поставил подбежавшей Жучке первую задачу. – Не могу не ответить любезностью на его гостеприимство.

Собачке еще очень захотелось поблагодарить за прием и изображавшего короля типа. Еремеев возражать не стал. В это время снаружи начали доноситься крики и ругань, открылась беспорядочная пальба: посев красноголовой птички дал свои всходы. С наступлением темноты жизнь в лагере резко оживилась.

На Альбрехта Данила с Жучкой наткнулись буквально в двух шагах от восьмиугольного шатра. Тот, по-видимому, догадался, что зверюги здесь появились неспроста, и кинулся к пленнику. Увидев того свободным, чертыхнулся, выстрелил и тут же был сбит собачкой.

– Господин барон? Я тоже бесконечно рад тебя видеть!

– Ты что вытворяешь, щенок?! Откуда тут взялись зверюги? Сознавайся: твоих рук дело?

Барон был прижат лапами к земле, но даже в таком состоянии не сдерживал ярости, которая на время отключила инстинкт самосохранения.

– Считаешь меня повелителем зверюг? Или знаешь способы ими управлять? Если сумеешь объяснить, как такое можно сотворить, я готов принять сей грех на себя, а заодно взять на вооружение. Мне ведь еще к твоему королю зайти нужно. – Александр не собирался открывать свою причастность к воцарившемуся здесь хаосу.

– Это невозможно! – промямлил Альбрехт. – Но почему зверюги на тебя не кидаются?

Несколько тварей действительно промчались мимо, да еще постарались обогнуть человека, словно его боялись.

– У них от меня изжога, барон. Жучка, отпусти его.

Барон приподнялся и тут же получил мощный удар в скулу. На ногах он не устоял.

– Да воздастся нам по делам нашим, – произнес Еремеев и пояснил: – Это я к тому, что не стоит делать того, чего бы не хотел, чтобы сделали с тобой.

– Решил надо мной поиздеваться? Хочешь быть похожим на меня?

– Нет, просто следую принципу – любое «добро» должно быть «вознаграждено». Ты поступил со мной нелюбезно, а потому… Да ты вставай, я ведь только начал благодарить за оказанный прием.

– Не стоит делать скоропалительных выводов Данила. Я все могу объяснить…

– Да ну? – Александр изобразил на лице удивление. Однако времени на месть у него не было, он быстро совладал с собой и продолжил: – Хорошо, потом объяснишь. А сейчас поднимайся. Пойдем, ночь только началась, а дел по твоей милости еще много. По пути расскажешь, кто тут в командирах ходит.

– А ежели откажусь? – Альбрехт уже не теребил свои усы, он пытался поправить скулу.

– Отдам тебя Жучке, она людское зло хорошо помнит. Правда искореняет его кардинально.

– Я бы не советовал от меня избавляться, Данила. – Альбрехт окончательно пришел в себя, и тяга к геройству моментально его покинула. – Король никаких денег не пожалеет на выкуп.

– Выкуп? Это хорошо! Вот я и собираюсь с твоей помощью набрать таких пленников, которые дорого стоят, – произнес Еремеев, хотя мысли были совсем не о деньгах.

– Один? – удивился Барон.

– Спасибо, что напомнил, пойдем к главным воротам. У дорогостоящих пленников должен быть солидный эскорт.

Услышав пальбу внутри лагеря, диверсионный отряд под командованием Салеха должен был устремиться к главным воротам вражеского стана. Если их не открыть, люди останутся на растерзание монстров.

Еремеев, собираясь в поход, трижды опросил добровольцев. Те понимали: вернуться живыми шансов у них немного, но ни степняки, ни артиллеристы, ни бойцы первого набора не отказались от участия в вылазке. Они свято верили в своего командира и в победу.

Возле ворот пришлось вмешаться Жучке, поскольку охранники попытались воспротивиться их открытию. После прибытия подкрепления в виде дюжины зверюг стража разбежалась.

Затем Александр переложил ближе к пластине еще один алмаз, и ночные твари умчались прочь. Причем не только те, что были по эту сторону ворот, но и наседавшие на отряд Салеха снаружи.

– Я же говорить, у тебя все получаться, – замыкающим группы за ограду въехал учитель степняков. – Какой у нас дальше будет приказ?

– В полон нужно взять да трофеями разжиться. И все держимся рядом со мной.

– Как скажешь, командир.

Барон, который очень внимательно следил за боярином, осознал всю важность информации, которую сейчас получил. Он понимал – ее требуется срочно донести до Карла Семнадцатого, а потому выискивал подходящий момент для побега. Таковой подвернулся, когда лазутчики добрались до шведских пушек. Казалось, все были увлечены затеей увезти их как можно больше.

Альбрехт, не выпуская из вида людей, медленно пятился к дереву. Его руки были связаны спереди, а потому шанс вскарабкаться наверх имелся. Неожиданно барон почувствовал, что наткнулся на нечто своей пятой точкой. Оглянулся. Жучка одарила его таким оскалом, что довела до икоты.

– Барон, еще одна попытка убежать – и ты сбережешь королю много золотых монет. – Данила оказался рядом, словно его позвали к несостоявшемуся беглецу.

– Почему? – от страха не сообразил тот.

– Платить будет не за кого. Не испытывай терпение моей собачки. Она и так из-за тебя ужин пропустила.

Примерно через час отряд выезжал из шведского лагеря. Пленных и трофеев в отряде оказалось гораздо больше, чем подчиненные боярина могли увезти. Поэтому шведы сами несли добычу, чтобы оказаться подальше от зверюг, ведь монстры ночи почему-то избегали приближаться к отряду лазутчиков.

Глава 17

Громкая победа и ее последствия

– Эй, на страже, не вздумайте пальнуть невзначай! Боярин Данила Ревин изволит пожаловать в Кардымово, – подъехав к ограде, доложил о прибытии командира один из людей Еремеева.

В стане смоленских войск ночью слышали пальбу в лагере противника, видели мечущиеся огни, а потому дозорных выставили втрое больше. Оно хоть и понятно, что ночью враг не должен сунуться, но мало ли? К примеру, отряд того же Данилы, прибывший из Троицкого, как отбыл после обеда, так и не вернулся до темноты.

Многие решили, что с боярином стряслась беда и ночной переполох устроили его люди – от отчаяния рванули на приступ вражеского лагеря, чудом прорвались… Одно было неясно: как горстка бойцов могла заставить многократно превосходящего в силе неприятеля бодрствовать всю ночь? Стрельба прекратилась только в предрассветных сумерках.

– Стой там, где стоишь! – ответил стражник. – Сейчас сотника позову.

Воевода опасался, что шведы сумеют переманить молодого боярина на свою сторону, а потом устроят провокацию и захватят Кардымово. Посему было приказано никого близко к ограде не подпускать, по любому поводу вызывать начальство для выяснений.

– Стою, – не стал спорить прибывший.

Утренний туман еще не развеялся, и видимость едва превышала сотню шагов. Во избежание недоразумений Александр остановил отряд гораздо дальше – еще не хватало от своих получить.

– Чего там за шум ночью был, знаешь? – поинтересовался охранник.

– Еще бы мне да не знать! Мы к шведу за гостинцами ходили.

– А чего стрельбу подняли?

– Так супостат нипочем гостинцы отдавать не желал, вот и пришлось пострелять малость.

– Ничего себе малость, всю ночь спать не давали! – пробурчал служивый.

– У них патронов много, вот и палили почем зря. Токмо мы их все одно одолели.

– Ты ври, да не завирайся! Там тех ворогов более шести тысяч собралось.

– И чего? Воевать надобно не числом, а умением. Так наш командир говорит.

– Кто таков?

– Так говорил ведь тебе – боярин Данила.

– И чего он учудил на сей раз? – Стражник заинтересовался.

– Ему пообещали невесту отдать. Пришел, увидел, что девушки нет, и осерчал.

– Ты еще скажи, что в гневе он всех супостатов порешил.

– Сколько их полегло, мне про то неведомо, в темноте считать несподручно. Однако человек сто в полон боярин взял, дабы было кому гостинцы на себе тащить.

– Врешь, поди? – неуверенно выдал стражник, хотя заметно поредевший туман уже позволял разглядеть толпу вдали.

– Карп, что тут у тебя? – раздался недовольный бас прибывшего сотника.

– Человек от боярина Данилы с докладом прибыл. Говорит, шведа ночью били. Без нас.