Николай Степанов – Рубежье 2 (страница 69)
«Может, он где-то здесь и выбросил рюкзак? Или успел его припрятать?»
Взобрался на самый высокий камушек и принялся исследовать пространство впереди, изучая каждый сантиметр поверхности. Примерно в десяти метрах по курсу увидел миграцию букашек: рыжий ручеек, петляя между булыжниками, перемещался с запада на восток.
«Муравьи, что ли? Ух, ты, а их тут любят! — заметил скорпиона, выхватившего из потока одно насекомое клешней. — А вот и игуана! — еще больше обрадовался я. — Эта вообще обнаглела. Взобралась на камушек и спокойно вылавливает выстреливающим языком добычу».
Помня о том, что задерживаться на одном месте не стоит, взял вправо, чтобы не беспокоить рептилию. У нее завтрак, зачем мешать?
В метре от «ручейка» остановился, чтобы понять, в каком месте его лучше перейти. Когда же перепрыгнул с одного камня на другой, чуть не упал, заметив нечто сверкающее вдоль «ручья». Пригляделся.
«Не может быть! — по рыжему потоку „плыла“ сверкавшая на солнце пирамидка. — Есть, есть, есть!!!» — мысленно заорал я.
Перебрался на камень, примыкавший к ручью, и дождался, когда доставят сокровище. Резким движением выхватил пирамидку. Поднес к глазам.
Даже порадоваться как следует не успел, ощутив дребезжание телефона. Достал из кармана, глянул на экран.
«Ополченец с позывным Дмилыч подлежит утилизации всеми доступными средствами», — ждать обещанные три часа основная система не стала.
«Хорошо, что я не ополченец, а то бы точно испугался! Дырку тебе от бублика, а не Дмилыча! Будешь нарушать протоколы⁈ А мне пофиг! — так и хотелось написать в ответ нечто гадкое, но через пару секунд мне стало не до записей. — Локаны⁉ Со всех сторон⁈ *** *** ***!»
Первым вывалился двухметровый динозавр с огромной зубастой мордой на тонкой короткой шее. В его пасть я и забросил то, что было в руках — начавший очень быстро нагреваться мобильник.
Попал. Мало того — аппарат взорвался! Полагаю, стараниями основной системы. Башка ящера слетела с тушки. Оба пистолета тут же оказались в руках, мгновенно перешел в ускоренный режим…
— Да сколько же вас тут!
Монстры разных видов сыпались, как из рога изобилия, но первым делом занялся летающими. Три птеродактиля сбил из ругера и сразу спрятал револьвер в карман, запомнив, что там еще два патрона. Выхватил лопатку. Выстрелил в двухголового питона, отбил пару особо прыгучей мелочи, отметив среди пришельцев иглометных дикобразов, потратил на обоих семь патронов, но все-таки обезопасил себя от стреляющих ядовитыми иглами.
Это настоящий ад! Кругом жуткие морды, визг, рев, топот… С усеянной камнями местностью мне повезло: крупные хищники здесь теряли скорость, а мелким с трудом удавалось взобраться на булыжник, чтобы начать атаку. Вдобавок они потревожили мигрировавших муравьев, и теперь их река с обеих сторон устремила свои «воды» на чужаков.
Прыгая по камням, перезаряжался, палил, рубил лопаткой… Тварей между тем становилось все больше и больше. Изо всех сил пытался разорвать кольцо окружения, чтобы добежать до первого высокого булыжника, взобраться на него и там держать оборону.
Закончились обоймы на семнадцать патронов, еще оставалось три десятизарядных. Что потом, даже не хотелось думать. Рев за спиной на миг заставил обернуться. Увиденное настроения не добавило: со стороны леса мчались крупные пришельцы, и точно — не на помощь мне.
«Содомом их всех по Гоморре! Я почти нашел сокровища, имею пирамидки, гелион, редозит высшей категории, хрусталики гребенчатого василиска… И со этим богатством меня сожрет какая-то безмозглая тварь⁈»
Стало до слез обидно. Точно бы расплакался, если бы на это дали время, однако на счету была каждая секунда. Монстры усилили натиск с южной стороны, и пришлось переключиться на них, а тут еще ухватилась за ногу змея, из ранее невиданных. Пригнулся, рубанул по гадине и пропустил мощный удар в задницу.
Как же я полетел! Не знаю, что помогло: мой ускоренный режим, мышечная разумность или тот факт, что автономка выгрузила все копилки разом, но приземлился я ногами на выступавший валун. По инерции перескочил еще по трем камням, чтобы не переломать ноги, а дальше везение закончилось: сразу четыре ящера нанесли одновременный удар своими мощными хвостами.
Мозг в мгновение просчитал их траектории, определил, что уклониться не получится, и выбрал, как ему показалось, оптимальное уклонение. Я подпрыгнул и скрючился, стараясь уменьшить габариты, тем не менее, получил по ребрам, а уже в полете вдогон еще и по башке досталось.
На этот раз приземление оказалось не столь удачным. Распорол бедро, повредил руку, но ни лопатку, ни глок не выронил. При этом голова гудела подобно трансформатору то ли от поисков спасения, то ли от удара.
Монстры только ударами не ограничились. Все четверо дружно двинулись к «мячику». Может у них региональный турнир по гольфу проводится? Понятия не имею, где здесь лунка, но второго удара точно не переживу. Вопрос «что делать?» назрел до такой степени…
«Гелион и редозит высшей категории!!!» — обрывки недавних мыслей резко всплыли в сознании, а к ним добавилось давнее сообщение резервной системы, полученное на Плато сокровищ. В нем говорилось, что в контакте эти двое делают обладателя невидимым для пришельцев. — Неужели правда?'
Неповрежденной рукой вытащил гелион из кармана куртки и не без труда запихал в кармашек на теле подмышкой. Сразу затуманило обзор, словно надел очки с матовыми стеклами, но сам лишь обрадовался, поскольку «игроки в гольф» сначала остановились, а затем и вовсе потеряли ко мне интерес.
«Слава всем богам, ангелам и прочим сущностям, кто в этот миг вразумил меня!!! — вознес я мысленную благодарность высшим силам. И тут же отчитал сам себя: — Мог бы для приличия выучить хоть одну молитву!»
Выброс адреналина, азарт боя и ощущение близкой гибели не позволяли ощущать боль. Понимал, что это ненадолго. Куртка и штаны пропитались кровью, я быстро терял силы. Если сейчас «выключусь», можно ставит большой жирный крест на жизни ратника с позывным Дмилыч.
«Так, красно-белая пилюля должна остановить кровь. Только бы успеть ее достать!»
Запустил руку в карман. Вытащил сразу несколько вместе с пирамидкой. Не рискнул ее от себя отпускать, поэтому взял губами, пока выбирал нужную пилюлю. Автономка в это время что-то активно писала, но туман в глазах и предобморочное состояние не позволяли прочитать мелькавшие сообщения.
Проглотил пилюлю и весь напрягся, стараясь не потерять сознание. Сейчас обморок был подобен смерти, так что заставил себя сосредоточиться на картинке разворачивавшегося сражения.
Прибывшие на шум заматеревшие чужаки были не рады новым пришельцам и тут же принялись истреблять возможных конкурентов. Они существенно превосходили новичков по силе и ловкости, но уступали в численности. И все же победа осталась за ними. Потеряв всего пятую часть бойцов, матерые одолели моих обидчиков и принялись с аппетитом их пожирать.
Смотреть на это пиршество было противно, однако организм опять напомнил о необходимости восполнить калории. Хорошо, что не убрал обратно в рюкзак шоколадку — снять его сейчас я бы просто не смог. Сил жевать также не было, хорошо, что шоколад сам таял во рту.
«А ведь тот парень, чьи кости лежат на огромном валуне, был в сходной ситуации. Почему он засунул пирамидку в рот? Хотел, чтобы ее не нашли? Вряд ли. Мне, например, абсолютно безразлично, что после смерти у меня заберут. На том свете оно точно не сгодится».
Стало немного лучше. Туман в глазах еще оставался, но терять сознание расхотелось. Решил ознакомиться с сообщениями, начиная с последнего и… Офигел, прочитав пару последних строчек:
«Выходит, я сначала запустил, а потом прервал… Содомом вас всех об Гоморру! Так вот оно какое — одно из назначений яркой пирамидки! — снова вытащил хрусталик из кармана. Он по-прежнему оставался ярким. Подумав немного, положил его в рот. — Надо же проверить, пока буду приходить в себя».
Глава 20
Страж пещеры
Обратный путь занял у меня почти три часа — приходилось останавливаться через каждые полсотни шагов, чтобы отдохнуть и хоть чуть-чуть успокоить боль. Когда она затихала до более-менее приемлемых уровней, снова отправлялся в путь. Правая рука висела плетью, левая нога при каждом шаге простреливалась болью, а продолжавшая гудеть голова казалась такой тяжелой, что опасался за шею — выдержит ли?
Наконец, добрался до ближайшего теплого булыжника. Сел на землю, опершись спиной о согревающую поверхность камня.
«А ведь мне с одной рукой в таком состоянии наверх не добраться».
— Эй, автономка, а умение «цепкость» только на ладони распространяется? — спросил охрипшим голосом и сразу закашлялся, едва не проглотив пирамидку.
— А у меня какой?
— Ого, — вяло произнес я и достал изо рта пирамидку, которая теперь заметно потускнела.
Положив наполовину обесценившуюся драгоценность в карман, потянулся, чтобы снять правую берцу.
«Как же больно!!! — с трудом сдержался, чтобы не заорать. Плечи, поясница, задница, ноги… Не знаю, какая часть тела осталась не покалеченной. — Нельзя же так издеваться над организмом! Эта основная система хуже самого страшного пришельца. Вот подлая — нагнала на меня толпу монстров из локанов…»
Забираясь на трехметровую высоту теплого булыжника, невольно вспомнил переход Суворова через Альпы. Вот только великий полководец вел вперед армию, заставляя бойцов проявлять чудеса героизма, а я — собственную истерзанную тушку. Карабкаясь вверх со скоростью улитки, изо всех оставшихся сил старался не потерять сознание на этом длинном пути.
В какой-то момент понял, что ползу уже по горизонтальной поверхности и «отключил» цепкость. Насколько позволил рюкзак, перевернулся на спину и увидел первые звезды, появившиеся в вечернем небе.
«Теперь можно и обезболивающе-укрепляющие пилюли доставать, — решил я. Вытащил две, что покрупнее, сунул в рот и проглотил. — Спокойной ночи, Дмитрий Михайлович», — заснул мгновенно.
При попытке во сне перевернуться на левый бок, вскрикнул от боли и мгновенно проснулся.
«Утро, однако… А я дрыхну, как сурок», — открыл глаза и приподнял голову.
Минут пять у меня ушло только на то, чтобы просто присесть. Боль никуда не исчезла, но заметно притупилась и я, наконец, смог стащить с себя рюкзак. Потом началась еще более мучительная процедура избавления от одежды. Беглый осмотр собственного тела подтвердил — вчера меня точно «расписали под Хохлому». Столько синих пятен на одной человеческой особи я не видел ни разу, вдобавок появилось огромное количество резано-рваных ран.
«Это сколько же ударов в пылу схватки я пропустил и даже не заметил⁉ И они меня не доконали? Чудеса да и только! Про таких говорят: родился в рубашке? И спросить ведь не у кого. Ладно, нечего любоваться на „росписи“! Может шрамы и красят мужчину, но мне такая красота не по нутру. Будем исправлять!» — решил я, проведя осмотр.
К счастью, кисть поврежденной руки меня слушалась, ребра вроде тоже были целы. И все же пострадавшие конечности пребывали в таком состоянии, что говорить о скором возвращении их в строй даже не приходилось. Ситуация действительно требовала экстренных мер.
Намазался жиром гипноудава везде, куда смог дотянуться и прилег на камне под солнцем, словно курортник на побережье. Типа — кремом от загара защитил нежную кожу и теперь принимаю солнечные ванны. А что еще оставалось делать? Ходок из меня сейчас никакой, боец — тем более. Как говорится, в военное время годен только в качестве военнопленного при двух конвоирах. Причем, если те будут с носилками.
Взглянул на часы. С первого приема пилюль прошло достаточно времени, чтобы можно было принять еще. Выбрал восстанавливающую силы капсулу. Подобную мне как-то десятник Лекс продал за пять сотен упсов, и тогда она неплохо помогла. Проглотил, запил водой из фляги.
Теперь нужно было некоторое время не двигаться, чтобы лекарство скорее подействовало. Надо, так надо…
Взглянув на небо, задумался — чем бы себя занять?
— О, как раз узнаю, за что мне там плюшек насыпали, — произнес вслух, открывая вчерашние сообщения.
Читал и поражался щедрости автономки. За без малого сотню уничтоженных пришельцев (если учитывать еще тех, кто погиб в схватке между матерыми и новичками) мне добавили одну ступень, которая была не бонусной, а честно заработанной на ниве уничтожение чужаков. Учитывая характер боя на пределе возможностей, мне на два уровня подняли цепкость. Это умение я уже начал воспринимать, как цепляние за жизнь даже в самой безнадежной ситуации. Еще автономка заценила стравливание пришельцев между собой, вовлечение в бой местной фауны, умелое использование рельефа местности… В общем, при распределении «премиального фонда» она явно была на моей стороне. Опять же, когда гурьбой повалили пришельцы, система, чтобы повысить шансы на выживание, увеличила мозговую активность на пять процентов. Щедрость по меркам Рубежья — непомерная. Так оно и понятно, ведь мы с ней сейчас в одной упряжке.
— Автономка, ты, случайно, не вспомнила о свойствах гелиона? — спросил больше для проверки — вдруг эта часть памяти моей персональной системы восстановилась?
'
Ничего нового — все это я и без нее уже знал.
— А сколько у гелиона всего назначений? Что про другие скажешь?
«Так-так-так…Получается, хрустальная пирамидка имеет несколько назначений. Одно дает стадию возрождения, остальные мне пока неизвестны. Новая загадка — гелион. Оказывается, помимо невидимости для пришельцев, камешек может еще чем-то одарить… Осталось лишь раскрыть его секреты и отыскать хотя бы пять пирамидок. А лучше — десять».
Поразмышляв около получаса, ощутил прилив свежих сил и зверского аппетита, от которого буквально затрясся. Принялся судорожно доставать из рюкзака съестные припасы. Попавшаяся первой сырокопченая колбаса была съедена мгновенно, хлебная лепешка продержалась чуть больше минуты…
— Хватит жрать! — рявкнул сам на себя, чтобы остановиться. И сразу вжал голову в плечи, вспомнив об опасности громких звуков.
Страх отогнал внезапный жор.
— Хорош сидеть без дела, — тихо произнес я. — Надо инвентаризацию провести, а заодно стволы подготовить. Я вчера расстрелял все магазины, а перезарядить ничего не успел.
Люди, разговаривающие вслух сами с собой, всегда вынуждали меня осторожно обходить их стороной, однако сейчас я сам оказался в такой ситуации, когда человеческий голос, пусть даже собственный, мог послужить единственным якорем, удерживающим психику на положенном ей месте.
Достал из рюкзака все необходимое для чистки пистолетов и приступил к разборке глока. Мужик, проводивший для меня мастер-класс, управился гораздо быстрее, нежели я сейчас. Тем не менее, результатом своих трудов остался доволен.
Зарядил ругер и все магазины глока. В коробке осталось всего три патрона. Переложил их в нагрудный карман куртки, понадобятся для прохода через зону шаровых молний.
Съестные припасы сократились до одного куска сыра и пяти плиток шоколада, так что задерживаться на равнине дольше суток не стоило. Пришлось сменить брюки — на окровавленные даже смотреть не хотелось, не говоря уже о том, чтобы их надевать.
На самом дне под спальным мешком обнаружил моток веревки, про который успел подзабыть. Памятуя о предшественнике, я и не думал сооружать веревочный подъемник на вершину булыжника. Сейчас даже доставать ее не стал.
Закончив с оружием и рюкзаком, я вспомнил о тайном кармашке под мышкой и вытащил оттуда свои самые большие ценности: два глазных хрусталика гребенчатого василиска, маленький, но очень дорогой камешек редозита, и гелион.
— Ух, ты! А с чего это он стал меньше? — полупрозрачный минерал с золотистыми прожилками сократился в размерах почти на треть. — Он что, расходуется на реализацию назначения?'
Когда я разъединил компоненты, создающие невидимость для монстров, пелена тумана перед глазами исчезла. Полагаю, она и являлась признаком активации защитной функции камешков.
Начал пристально разглядывать показавшийся мне уменьшившимся полупрозрачный камушек.
— Точно, расходный — цена упала. Пока поостерегусь их соединять, экономить буду. А то придут непрошенные гости, а мне и ответить нечем.
Закончив инвентаризацию, обрадовался, что во время вчерашней схватки ничего не потерял, ни одного магазина не выбросил, лопатку не выронил… Как умудрился — загадка. Наверное, действовал на автопилоте, не зря же у меня копилка мышечной разумности полна преференциями. Как и остальные копилки, судя по последнему общению с автономкой.
Система сообщила, что для выживания ратника с позывным Дмилыч в начале схватки она их опустошила, а по окончании снова заполнила по результатам новых достижений на ниве выкашивания пришельцев. Еще впереди маячила одна бонусная ступень за преодоление Электрической долины.
Выходит, мне до семнадцатой осталось подняться всего на две ступени, и можно… Так, минутку, какие ступени? У меня ведь уже есть стадия возрождения! Значит нужно побыстрее найти пирамидки и топать отсюда. Наконец-то можно будет разбудить Лилю! Не уверен, что она обрадуется месту, где оказалась, но ведь я рядом!'
С этими почти радужными мыслями начал одеваться.
«Да, ты не в лучшей форме, Дмитрий Михайлович, если не сказать хуже. Однако времени на полное восстановление нет, пора поднимать себя за шкирку и тащить к месту вчерашней битвы. Заметит ли меня опять основная система? Пока не проверишь — не узнаешь. Если заметит, жди больших проблем, которые сейчас не по силам. Сидеть на месте — не вариант. Надо скорее разобраться с долгами. Трудно? Ясен пень, но ведь я знал, на что шел».
На этот раз с булыжника сумел спуститься за пару минут. Однако, даже незначительные нагрузки отдавали страшной болью в мышцах, требовавших отдыха после вчерашних подвигов. Да, организм заслужил немного спокойствия, однако позволить подобную роскошь я не мог.
Вот и граница «ледового царства». Камни, покрытые сверкающей на солнце коркой, почва с колдобинами… Направился к тому месту, где вчера заметил рыжий «ручеек», но следов нашествия пришельцев там не обнаружилось. Ничего, ни одной косточки!
«Вчера оставались кучи недоеденных тварей. Что же тут произошло ночью, кто устроил пиршество — ночные падальщики? Даже не хочу знать, как они выглядят. Вот здесь муравьи вчера и проходили».
Направился в ту сторону, откуда они двигались, и вскоре подошел к отвесной скале. Заметил прямо на стене след «ручья»: тысячи насекомых своими жесткими лапками слегка процарапали камень. Посмотрев вверх, на высоте в пять метров разглядел выступ.
«Как же повезло со вторым умением — ни веревки с крюком не требуется, ни лестницы. Только руки и ноги».
Снял обувь, связал берцы шнурками, перекинул их через шею и
Организм то ли привык, то ли смирился с нагрузками. Болевые ощущения никуда не делись, но перешли в некий фоновый режим. Похоже мне удалось себя убедить, будто так и должно быть.
«Так, что у нас здесь? — выбравшись на уступ, увидел перед собой треугольный проем в каменной стене. — Неужели пещера? И муравьиные следы ведут туда. Пусть это будет пещера сокровищ!»
Усыпанное разнокалиберными камнями, небольшое плато простиралось вдоль скалы метров на десять. Самый широкий уступ шириной в три моих шага оказался напротив пещеры, по краям он сужался в ноль.
Стараясь не издавать ни звука, подошел к проему сбоку. Заходить внутрь не рискнул, ведь у каждого сокровища, а я очень на него рассчитывал, должен быть страж. По крайней мере, так в сказках пишут. Рубежье мало походит на сказку, особенно на добрую, однако верить в плохие предчувствия жизнь меня приучила.
Сместился в сторону еще на пару шагов, прижался рюкзаком к каменной поверхности. Беззвучно чихнул, чтобы включить умение «дегустатор». Отдаленный запах гнили стал ощущаться сильнее.
«Там что, неделю назад сдохла какая-то зверушка? Вчерашние муравьи ее бы точно схарчили. Может просто трупный запах еще не выветрился?»
Втянул носом побольше воздуха.
«Некто вчера плотно покушал и сейчас отдыхает в тени, переваривая пищу? Нашел место, гад! Мало того, что поужинал за мой счет, так еще и 'апартаменты» занял, на которые я глаз положил!
Моему возмущению не было предела, но врываться внутрь и вышвыривать наглеца поостерегся. Вдруг его аргументы круче моих стволов?
«Надо как-то выманить постояльца, только сначала обеспечить себе надежное укрытие. А то выскочит нечто трудноубиваемое, сбросит со скалы, а потом еще и сверху прыгнет. Как-то не хочется…?»
Мысль о том, что не стоит отдавать врагу господствующие высоты, подкинула мне идею самому забраться на скалу прямо над входом. Для выкуривания квартиранта решил прихватить пару булыжников: заброшу внутрь, глядишь — и выползет посмотреть на источник беспокойства.
Оказавшись над проемом, промучился несколько минут, пытаясь подбросить неизвестному гостинцы. Отлепил одну руку, изогнулся и поочередно закинул оба булыжника.
После первого не последовало никакой реакции, а вот затем…
Раздался грохот, скрежетание и мощный то ли рев, то ли вой, и из пещеры выползло многощупальцевое чудовище.
Я мгновенно принялся взбираться по отвесной скале, чтобы увеличить дистанцию между мной и потревоженным осьминогом. Правда, на морского хищника он походил лишь наличием множества змееподобных конечностей.
«Содомом тебя об Гоморру!!! Это еще кто? Точно помню — у осьминога рот под щупальцами, а у этого…»
Складывалось ощущение, что толстенный хвост огромной анаконды разрезали соломкой вдоль на несколько более тонких конечностей, размером со среднего удава каждая. Основная же тушка габаритами с двухсотлитровую бочку напоминала мохнатую гусеницу с зубастой пастью.
Чудище быстро определило источник беспокойства. Используя конечности с присосками, оно бросилось вверх по скале.
Пытаясь задержать его атаку, сделал пять выстрелов. Результат нулевой — пули просто отскакивали от кожи хищника, а одно из щупалец вскоре ухватилось за ногу.
«Ну все, сходил за хлебушком», — проскочила мысль, когда я почти опустошил магазин, пытаясь прострелить схватившую меня конечность.
Двигаться дальше я уже не мог. Хищник просто был обязан меня настигнуть и… Однако тот продолжал только тянуть, не приближаясь.
«Ему лень карабкаться наверх?»
Глянул вниз и увидел, что «осьминог» распластался по скале, а пара его щупалец натянулись до предела. Похоже, они застряли в пещере. Подобраться ко мне ближе он не мог, как и достать еще одной конечностью — длины не хватило. Вот гад и пытался подтянуть добычу к себе.
— Дырка тебе от бублика, а не Дмилыч! — со злорадством произнес я, судорожно пытаясь отыскать выход из непростой ситуации.
Если веревку не развязать и не разрезать, что остается? А может резко сократить толщину ноги и попытаться выскользнуть из захвата? — опять проснулась боль, и в голову полезли самые идиотские мысли. — Ну да, а еще можно отрубить или отрезать ногу, например, положив ее на рельс перед проходящим трамваем. Ага, и позаботиться, чтобы Аннушка к тому времени разлила масло. Масло⁈'
Промелькнувшая сумасбродная мысль заставила спрятать глок в карман и потянуться за другим оружием. Заветную флягу, хоть и с трудом, но достать удалось, открутил крышку зубами — вторая рука оставалась приклеенной к скале. Поднес к щупальцу монстра.
— Ага, не нравится! — закричал во весь голос, почувствовав, как поспешно «осьминог» ослабил хватку, стоило капле жира гипноудава попасть в зону контакта его шкуры с моей.
Тут же освободил ногу и поднялся еще на пару метров вверх.
— Вроде оторвался!
Ну да, стоит подумать, что проблема решена, и новая тут же напомнит о себе. Шум выстрелов и долгое пребывание на одном месте сыграли свою обычную роль, притянув сюда локаны: у подножья скалы в нескольких местах воздух пошел рябью. Пришлось быстро прятать ценную флягу в рюкзак.
В этот раз крупных летающих тварей прибыло с десяток. Помимо уже ставших привычными птеродактилей, налетели и летучие мыши. Не разглядел, какой у них размах крыльев, но сама «мышка» была явно покрупнее меня. И завизжали они так, что едва не полопались барабанные перепонки.
От их «пения» хотелось биться затылком о камень. Из-за дикой какофонии не получалось прицелиться, казалось, все тело вибрирует…
С визжалками захотелось расправиться не только мне. И у местного «осьминога» такая возможность имелась.
Практически все летуны закончили одинаково: монстр хватал каждого приблизившегося пришельца и мощно впечатывал в каменную стену. Закончив с летунами, он оттолкнулся от склона и рухнул вниз. Полагаю, пытался освободить щупальца, застрявшие в пещере. Ему это удалось, но только порвав их. А дальше завертелся крутейший замес, в котором один против всех, а все против одного.
Сразу решил, что ребятки внизу обойдутся и без Дмилыча.
Теплых чувств не питал ни к одной из противоборствующих сторон, ставки делать не собирался. Да и некогда мне — впереди ждала пещера сокровищ, оставшаяся на некоторое время без стража.