Николай Степанов – По чужим правилам (страница 58)
«Хозяин, к нам новые гости. Два десятка», – доложила собачка и вскоре сама показалась на дороге.
– Заслав, ты вроде говорил, что поедем по безлюдным дорогам? А у вас тут прямо аншлаг!
– Что, какой шланг? – не понял дьяк.
– Толпы мужиков шныряют, словно других дорог мало. Там снова «гости». Как думаешь, случайно едут или по наши души?
– Да не должно здесь быть никого!
– Всем зарядить огнестрелы! – приказал Еремеев. – Без команды не стрелять.
Теперь на каждого бойца приходилось много оружия – по три, а то и четыре чужих пистоля, так что количество выстрелов без перезарядки превышало полторы сотни. Даже треть их могла решить исход схватки, если та состоится. Оставалось выяснить, кто пожаловал и зачем. Александр обратился к Жучке:
«Чего хотят?»
«Настроены решительно, но против кого – пока непонятно», – ответила собачка.
«Придется сначала разговаривать», – тяжко вздохнул боярин.
Всадники остановились в полусотне шагов от стоявшего перед отрядом Еремеева. К нему почти вплотную подошел Яхман и прошептал:
– Как действовать будем?
– Сначала схожу поговорю. Ежели разговор не получится, вернусь назад и немного постреляем. Дистанция для твоего дара приемлемая?
– Вполне.
Александр двинулся к группе вместе с Жучкой. Ему навстречу выехал всадник.
«Если начнем драться… – Еремеев снова обратился к собачке, – прыгаешь в лес».
«Не отвлекай, пытаюсь на их главного настроиться. Не иначе, разумник!»
Они встретились на середине разделявшего отряды расстояния.
– Приветствую тебя, путник. С кем имею честь?
– Сначала назови свое имя. Не видишь – перед тобой боярин.
– И что? Я ничуть не ниже тебя ни титулом, ни магическим рангом, а вопрос задал первым. – Александр решил не идти на уступки. – Опять же, я поздоровался, а ты – нет. Не по-людски получается.
Еремеев услышал дребезжание пистоля, сообразил, что разумник пытается проломить его защиту. Когда тот осознал, что ничего не получится, снова заговорил:
– Перед тобой боярин Ладомир Тобольский. А ты из каких будешь?
– Данила Ревин, боярин из Крашена. Следую к государю.
– А что за стрельба здесь была? – В глазах Тобольского что-то изменилось.
– Какие-то ребятки спьяну принялись палить друг в друга. Попытались их разнять, так они на нас поперли. Токмо пятерых и успели спасти, – ответил Еремеев.
«Я разобралась – против тебя», – в сознании возникла мысль Жучки.
«Что – против меня?»
«Настроен он против тебя. Знак своим подал, что всех порешить надобно».
«Какие же они тут все добрые!»
– Неужели тутошная шайка допрыгалась? А я уж и не надеялся их сыскать. Бандиты пару деревень разорили. Надобно бы их суду праведному предать.
«Врет он все!» – тут же прокомментировала Жучка.
– С нами следуют люди из Тайного приказа. Весточку уже отправили, скоро за лиходеями приедут.
Еремеев тоже решил слукавить, чтобы подтолкнуть Тобольского к активным действиям. Время-то идет, а им спешить надо.
– О, как славно. У меня как раз при себе бумага о поимке этих ребяток, подписанная самим Черкасским. – Он полез за пазуху.
«Там оружие!» – предупредила Жучка.
Выстрел раздался через миг после исчезновения Александра. В два прыжка Еремеев оказался среди своих, а собачка – в лесу.
– Без команды не стрелять! – еще раз предупредил он, выхватив револьвер.
Всадники направились к отряду, оголив сабли. На лошадях и наездниках даже издали были видны амулеты, казалось – таких и пушкой не взять. Так, по крайней мере, считали они сами.
– Целься! Пли!
После трех залпов в седле остался лишь один воин. Он был настолько ошарашен случившимся, что перестал управлять лошадью. Мало того, пулей у него выбило саблю из рук. Кобылка везунчика доскакала до стрелков и остановилась.
– Приехали, – объявил Еремеев. – Слазь.
– А почему…
– Позже узнаешь. Не задерживай.
Боец спешился и тут же был связан.
Дьяк теперь смотрел на крашенского боярина с опаской: тот и опасность ощущал заранее, и исчезнуть мог прямо под пулей, да еще каким-то образом сумел преодолеть защиту довольно мощных амулетов. Скептик по натуре, служивый начинал верить слухам о Даниле, которые раньше доходили до его ушей.
И снова – сбор трофеев, «упаковка» пленных, распределение лошадей, половину из которых пришлось взять с собой.
– Мы, наконец, сегодня поедем или нет? – раздраженно спросил Александр.
«Как скажешь, хозяин. Токмо ежели тебе не интересен тип, что на самой высокой елке притаился», – сообщила Жучка.
Специалист по зачисткам, долгое время прослуживший у Деяна, а на самом деле работавший на другого человека, получил задание понаблюдать за проведением важной операции и устранить одного из исполнителей, чтобы тот не смог вывести на заказчика. Сам наблюдатель не контактировал ни с теми, кто находился в засаде, ни со второй группой. Тобольскому он, не снимая скрывавшего лицо капюшона и не подавая голоса, просто передал письмо и сундучок с амулетами и авансом.
Когда первая группа бойцов укрылась в засаде, он забрался на высокую ель. Оттуда был хорошо виден участок дороги, где планировали уничтожить смоленскую делегацию. А вместо этого…
Сначала наемник услышал выстрелы. Затем, отстреливаясь, на дорогу вышли сидевшие в засаде. Их повязали появившиеся бойцы боярина Данилы.
Потом оплошала и вторая группа. Тобольский не сумел подчинить Данилу чарами, промазал, выстрелив в исчезнувшего боярина, а дальше произошло вообще нечто совершенно невероятное: весь отряд Тобольского положили, словно у тех не было никаких амулетов. Из двадцати бойцов в считаные секунды в строю остался лишь один.
Наблюдателю стало не по себе. Он не представлял, как докладывать о таком результате – хозяин никогда не простит позорного провала. Однако и на этом неприятности не закончились. Когда смоляне уже собирались уезжать, Данила вдруг направился к дереву, на котором скрывался спец по зачисткам.
– Сам слезешь или нам придется дерево рубить? – спросил молодой человек, стоявший внизу.
Второй, подошедший чуть позже, предложил просто поджечь хвою, чтобы сэкономить время. Третий, появившийся бесшумно, создал в ладонях небольшой смерч, собираясь направить его к дереву.
– Я спускаюсь! – закричал наблюдатель. Падать с такой высоты ему не хотелось.
– Поторопись, мы спешим.
Подобного провала у опытного агента не было еще никогда. Кроме того, он опасался хозяина, зная, что у того всегда имеется вариант тихой «зачистки» опасного свидетеля. Это могло быть любое оброненное слово или амулет, например как у Тобольского: обеспечивая максимальную защиту, он обладал и неким побочным действием. Другой выданный хозяином амулет, пусковой, активировал убийственное заклинание, и защитное действие сменялось атакующим, смертельным для самого обладателя магической побрякушки.
Спустившегося обыскали. Кроме обычного ножа, ничего не нашли.
– Господа, только не убивайте! Я из деревни, живу тут неподалеку. Грибы собирал, и вдруг – столько людей при оружии! Пришлось на дерево карабкаться, даже дышал через раз. Потом стрельба, крики. У меня голова кругом! – Он весьма натурально зарыдал.
– Ты из какой деревни? – спросил дьяк, похлопав его по плечу.
– Туманово, – быстро ответил наблюдатель.
– Ну, ты и забрался – тут верст двадцать. Что, поближе грибов не нашлось?
– Так я это… волка огромного в лесу увидел. Струхнул шибко да побежал что было сил. Все думал, он за мной бежит, а когда с ног свалился… За мной и не было никого.