Николай Степанов – Алтарный маг (страница 17)

– На рожон не лезь! Узнаю, что начнешь геройствовать, – лично отшлепаю!

– Командир, я присмотрю за племяшом. – Ветеран ушел чуть позже.

– Ну что? Пора и нам на рыбалку? – проверил снаряжение Александр. – Интересно, тут ночью рыбу кто-нибудь ловит?

– После наступления темноты в озере просыпается такая рыбка, что я бы никому не советовал даже руку в воду опускать – откусит по локоть, – ответил Радим, пряча веревку с крюком в торбу.

– Тоже зверюги? – спросил Еремеев.

– Просто мутанты. Говорят, здешний колдун хотел новый вид рыбы вывести.

– И ему это удалось?

– Ага. Самого волшебника схарчили первым, позже – еще пару человек. С тех пор в озере никто не купается даже днем.

Глупость людская безгранична! Правда, всегда почему-то считаешь, что это относится к кому угодно, но не к тебе, умненькому-благоразумненькому. Ну с чего я решил, что разработанная операция безупречна?! Да, пока рисуешь на бумаге, кажется, учтено все, а как дойдет до дела…

Еремеев сидел на полу сырой камеры и клял себя последними словами. И было за что.

Подплыв со стороны озера к стене тюремного здания, они решили забросить веревку с крюком на зубчатые выступы крыши серого строения. Казалось бы – чего проще? Но нет, судьбе было угодно, чтобы крюк угодил в маленькое окошко, да еще проник сквозь решетку. Наверняка, если бы Радим специально целился, ни за что бы не смог повторить подобный трюк. А главное, требовалось освободить их единственное подъемное средство. Досадуя на себя, метатель дернул за веревку и вырвал решетку, которая прогрохотала по крыше и с оглушительным всплеском упала в воду.

«Надо было сразу давать сигнал отбоя и улепетывать со всех ног, так нет, положился на пресловутый «авось». Даже в голову не пришло, что враг мог затаиться и выжидать удобного момента, – продолжал заниматься самобичеванием Александр. – Мы еще и обрадовались, когда со второго раза удалось зацепиться за крышу. И ладно бы дождался, пока Радим взберется. Сразу вдвоем полезли, дабы время зря не терять. Вот тут нас и встретили».

Три человека высунулись из-за стены и начали стрелять. Амулеты не позволили пробить защиту, и тогда охранники принялись резать веревку. Пришлось срочно протискиваться в то самое окошко – попадать на корм местным рыбам очень не хотелось. Едва успели.

– Хороши мы с тобой. Хотели насолить негодяю Тадеушу – и так нелепо подставились. Остается лишь надеяться, что Ладе и Буяну повезет больше. Обидно будет преподнести подарок ляхам.

– Никита, пусть токмо попытаются войти! Перестреляем.

Еремеев не сразу понял, что обращаются к нему, поскольку уже начал привыкать к имени Данила.

– Думаешь, они дурни? Три дня еды не дадут – и нам крышка.

«Как ни странно, но рассчитывать приходится на профи, которым нужна лишь моя голова, причем отдельно от тела».

– Никита… – раздался сиплый голос от противоположной стены. – Подойди.

– Кто здесь? – Александр выхватил револьвер.

– Не бойся.

Еремеев двинулся на голос, стараясь в полумраке рассмотреть говорившего. Звон цепей подсказал, что он у цели.

– Извини, ничего не вижу, – остановился Александр.

– Тадеуш тебе враг?

– Да.

– Тогда поклянись спасением души, что выполнишь мою просьбу.

– Могу поклясться, что приложу для этого все силы.

– Хорошо, клянись.

Еремеев произнес почти такие же слова, что недавно говорила Лада. Хотя он и сам не понимал зачем. Почему-то сейчас это казалось важным.

– Наклонись. – Голос уже был едва различим.

Александр выполнил просьбу. Ему, наконец, удалось рассмотреть смутные очертания человеческого лица.

Закованный в цепи узник прошептал несколько слов.

Если бы Радим мог видеть в темноте, его бы поразило, как расширились глаза командира и отвисла челюсть. Несколько секунд Александр пытался осмыслить услышанное.

– А ты уверен? – попытался уточнить Еремеев, но до слуха лишь донесся тяжелый вздох незнакомца. Весьма подозрительный. Попробовал нащупать пульс. – Похоже, отмучился.

– Кто это был? – спросил Радим.

– Он не назвал своего имени, – рассеянно произнес командир.

Снаружи раздались выстрелы.

– Очень надеюсь, что это по нашу душу, – произнес Александр.

– Профи?

– А кто еще знает, что я сейчас в тюрьме? Даже наши считают, что мы с тобой на крыше. По-моему, идут.

Шаги затихли напротив их двери, и «пленники» заняли позиции по обе стороны от входа.

– Говоришь, здесь находится самый опасный душегуб? Ничего не путаешь?

– Вот вам крест, панове. С него приказано не снимать цепей.

– Мы и не будем, нам понадобится всего лишь его голова. А ты больше не нужен.

Раздался сдавленный крик, после чего в замочной скважине заскрежетал ключ.

– А девка неплохо со своей задачей управилась, не находишь? – спросил один из них.

– Все равно под нож. А то ведь нас на смех подымут – дескать, без помощи сопливой девчонки справиться не могли.

Дверь наконец-то открылась.

– И где он? – внутрь вошел мужчина с факелом. Он сделал пару шагов, а вот второй за ним не спешил.

Профи был уверен, что нужный человек прикован цепями и не несет угрозы, однако все равно держался настороже и быстро почувствовал опасность. Это едва заметное изменение в поведении уловил Еремеев и тут же открыл стрельбу из револьвера. К нему присоединился Радим.

Пару выстрелов амулет вошедшего выдержал, остальные пули угодили в цель.

«Надо второго валить, но как? Если стоит за дверью… Хотя драпает небось со всех ног. И это скверно. Теперь он будет вдвое осторожнее…»

– Командир? – раздался негромкий голос ветерана. – Ты здесь?

– Да.

– Можно выходить. Я тут одного поджидавшего приголубил.

В тюремном коридоре лежал пронзенный арбалетным болтом профи.

Глава 7

Двойной долг

К сожалению, не всегда можно заранее просчитать последствия своих действий, особенно в новом для тебя мире. Еремеев совершенно не ожидал, что освобожденных окажется так много и все они пожелают уйти из Крашена вместе с ним, даже несмотря на темень вокруг.

«Ну да, а куда им еще деваться? – размышлял Александр. – Кого-то посадили за долги, кого-то – за плохие слова в адрес пана Тадеуша, а некоторых вообще за измену, как того же Карпова. Мужик уже мысленно с жизнью простился, зная – что бы он ни рассказал ляхам, конец один. Да и семью бы не пожалели, в лучшем случае – увезли бы на запад в рабство к панам».

В заметно пополнившемся отряде Еремеев насчитал восемнадцать человек, включая двоих детей Карпова, его жену и двух девушек, которых записали в ведьмы и собирались сжечь, если только пан Тадеуш не помилует их лично.

«У них тут колдуны и маги разгуливают абсолютно спокойно, а ведьмам, значит, полный абзац?! Настоящая дискриминация по половому признаку. Да и не верится как-то, что эти юные дамочки умеют колдовать, – задумался Александр, остановив взгляд на стройных красавицах. – Наверняка приглянулись кому-то из стражников, да обломилось».

От тюрьмы до городских ворот прошли почти без происшествий. К освобожденным подходили местные, что-то тихо говорили, передавали какие-то вещи… Стража на выходе не стала чинить препятствий, когда заметила несколько стволов, направленных в их сторону.

За воротами отряд остановился. Дальше начинались опасности другого рода, и требовалось решить, как их преодолеть.

«Стоило бы научиться просчитывать свои действия хотя бы на несколько шагов вперед. – Еремеев почесал затылок. – Никакой подготовки к походу. Понятия не имею, как эти люди себя поведут, если какая напасть случится». Он осмотрел освещенных факелами «бойцов».

Хозяйство заметно разрослось. Две телеги – одна из Троицкого, вторая из тюремного – двора были загружены трофеями и пожитками, собранными на скорую руку жителями Крашена. Люди быстро узнали о нападении на тюрьму и освобождении родных и знакомых. Беглецам собрали кое-какую еду и одежду. Теперь ко всему этому имуществу следовало приставить надежного и уважаемого человека.