Николай Степанов – Алтарных дел мастер (страница 58)
– Выходит, ты без трех дней чокнутый? – как-то чересчур задумчиво произнесла кикимора, глядя куда-то в себя.
– Спасибо за поддержку, – иронично поблагодарил Александр. – Нет бы успокоить гостя дорогого, сказать, что все хорошо будет… Так нет, чокнутый – и все тут.
– Тебе свезло, Данила, – произнесла старушка через полминуты молчания. – Имеется у меня средство от твоей хвори. И это не березки, о коих я сперва подумала. Надобно сейчас же на тропку зачарованную ступать. Путь наш лежит в самое сердце самой глубокой топи. Леший, ты тута пока побудь.
– Я тоже прогуляться хочу. Силушка так и прет, выхода требует.
– А кто за друидом присматривать станет? – напомнила кикимора.
– Да, – подтвердил Еремеев, – за ним сейчас глаз да глаз нужен. Боюсь, как бы он через речку погань какую-нибудь в болото не наслал.
– Да, сей супостат никак не угомонится. – Леший почесал синий островок на макушке. – Придется мне за всех отдуваться – службу важную справлять. Ступайте.
Отличие зачарованной болотной тропы от лесной заключалось в иных страшилках. Те возникали по обе стороны от нее то зубастыми привидениями, то тянущимися к путникам когтистыми лапами, то пытавшимися опутать и задушить мерзкими щупальцами. Здесь также было холодно, а еще под ногами ходуном ходила земля.
В пути Александр обдумывал, как лучше убедить кикимору использовать одну из ее подданных в очень рискованном задании. Старушка была с характером, но даже самых паршивых своих вассалов оберегала и могла выкинуть фортель.
«К любой женщине нужен индивидуальный подход, – размышлял Еремеев. – Особенно к такой необычной. Надеюсь, та русалка не слишком дорога хозяйке болот?»
Тропа оборвалась резко: потеплело, исчезли привидения, появились привычные болотные запахи.
– Вот мы и притопали, Данила, – сказала кикимора, стоя перед стеной из грязной воды.
Со стороны казалось, будто тысячи фонтанчиков, бьющих из земли, слились в сплошную круговую оболочку высотой в два человеческих роста. Еремеев сколько ни пытался, не мог рассмотреть, что находится за этой преградой, – струящаяся болотная жижа особой прозрачностью не отличалась.
– Это кто же такой фонтан отгрохал? – спросил мужчина.
– Да есть тут у меня один лихоманец. Затворником себя возомнил.
«Болотный отшельник, что ли? – предположил Александр. – Неужели настолько ценный кадр, что бабка его забором от остального болота отрезала? И ведь не разу словом о нем не обмолвилась. Наверное, действительно важный тип»
– Он будет меня лечить?
– Там остров, – кивнула бабка на потоки жижи. – Тебе сперва следует зайти в самый центр и сорвать плод с дерева. Я слыхивала, сие под силу именно тому, кто без трех деньков умалишенный.
– Так просто? А лихоманец возражать не будет?
– Данила, откель мне ведать? На моем болоте это единственное место, куда мне ходу нет.
«О как! Еще и место для хозяйки запретное. Не думал, что такие имеются!»
– А мне, значит, путь открыт?
– Знамо дело, – уверенно заявила бабка. – Как будто до тебя ходоков не было.
– Тогда ладно. – Смутные сомнения поселились в душе, но Александру хотелось поскорее излечиться от надвигавшегося сумасшествия, и он шагнул сквозь потоки жижи.
Первая мысль, которая посетила человека, была об одежде:
«Интересно, болотная грязь отстирывается? Неслабо меня уделало!»
Однако стоило сделать всего несколько шагов, и появились совершенно другие.
«Чьи это скелеты? Неужели тех самых ходоков, о которых говорила кикимора? Пойти спросить?» – Он повернул назад, однако уперся в невидимую преграду и услышал голос:
– Обратный путь доступен лишь тому, кто правильно ответит на мой вопрос, – раздался бодрый голос.
Еремеев осмотрелся. В центре острова приметил низкорослое дерево без листьев с единственным плодом, похожим на лимон. Скелетов насчитал дюжину. Судя по проломленным ребрам, их обладатели почили не от старости.
«Я что, тринадцатый? Несчастливое вроде число. Интересно, для меня или?.. Хотелось бы, чтобы «или», – промелькнуло в голове очередного ходока.
– А кто не ответит? – спросил мужчина.
– Присоединится к тем, кто уже пытался, – так же задорно произнес невидимка.
– Неужели ни один не смог? – Александр надеялся, что кто-то отсюда все-таки вышел.
– Тому, кто ответит правильно, положен приз, который пока так и висит на дереве, – развеял последние сомнения необнаруженный незнакомец.
– А ты сам-то кто? – спросил человек. – Хоть бы показался ради приличия, а то неудобно общаться, не видя собеседника.
– Увидишь перед смертью.
«Какие же тут все добрые! Прямо так и норовят облагодетельствовать. Оно, конечно, смерть лучше потери рассудка, но я ведь еще в своем уме! И настрой этого лихоманца мне не нравится до жути!»
– То есть ты уверен, что я отвечу неправильно? – скептически заметил Александр.
– Ты ничем не лучше других.
– Э, нет, думаю, дело в другом. – Еремеев сейчас мысленно награждал кикимору самыми «ласковыми» эпитетами, но сдаваться не собирался. – На любой ответ ты скажешь «нет», а проверить-то и некому.
– Ты смеешь сомневаться в моей честности?
– Смею, – твердо произнес Еремеев. – Ты сказал, что я ничем не лучше других. Почему я должен думать про тебя иначе? А другие постоянно пытались меня обмануть.
– Пытались? – В голосе лихоманца появился какой-то интерес.
– Если бы им удалось, я бы здесь не стоял. А потому, как не страдал особой доверчивостью, так и не собираюсь.
– Хорошо, человек, я клянусь самым дорогим – своим островом, что не обману тебя!
После этих слов сверкнула молния и прогремел гром.
– Доволен? – В вопросе было столько угрожающих ноток, что продолжать эту тему Александр не рискнул, а хозяин неведомый продолжил: – Учти, наглость твоя будет наказана. Другим на ответ давался час времени, тебе лишь десять минут висеть между жизнью и смертью.
– Так, может, оно и лучше? Я зря время терять не приучен.
– Сейчас посмотрим, – со злорадством произнес лихоманец. – Тебя, говорят, Данилой зовут? Вот и отвечай на вопрос о себе:
Время пошло, – добавил «чтец-декламатор» и затих.
«По поводу могилки он совсем нездорово придумал. Хорошо еще, концовка жизнерадостная, но не всяк способен выбраться после того, как его зарыли. Вот же кикимора! Так она меня еще ни разу не подставляла. И ведь момент выбрала – ни магии, ни здоровья… Сходил, что называется, на лечебные процедуры… От них же и коньки отбросил».
Мысли не хотели работать в нужном направлении, «могилка» как-то сразу настроила на минорный лад…
«Но ведь это, скорее всего, простейшая загадка! Кого-то там зарыли, а он, не будь дурак, выкопался и стоит себе памятником, людей радует. Памятником?.. Да что я опять?! Какой, к лешему, памятник?!»
Все ассоциации постоянно приводили к одному – к смерти и могиле. И, как ни пытался человек настроиться на другую волну, ничего не получалось.
– Прошла половина времени, человек. Ты готов к смерти? – бодро спросил лихоманец.
– Ты решил изменить вопрос? – тут же зацепился за слово Еремеев.
– Бесполезно хитрить, Данилка, меня не проведешь.
– Тогда не мешай. Не видишь – я думаю.