Николай Соколов – Саки. Книга вторая исторического романа «Скифы» (страница 11)
– Я всегда был против каких-либо договоренностей с мерзавцами! – поддержал дядю Дарий. – И чем раньше мы с ними разберемся, тем спокойнее будет на северных границах.
– А мятежный Элам?! – напомнил хазарпат. – Да и в других сатрапиях у нас все еще неспокойно.
– Усмирить Элам до весны нам вполне по силам, – сразу возразил ему Бадрис. – Раньше мы все равно поход за Аракс начать не сможем. Что касается других сатрапий – то там будет неспокойно еще несколько лет. Так что, все это время смотреть, как саки истребляют наших союзников и разоряют приграничные земли?
– А как же договор, заключенный Интафреном?! Он ведь поклялся не нарушать мир от имени персидского царя.
– Саки первыми его нарушили, предоставив убежище беглым мятежниками, – раздраженно заметил хазарпату Дарий. – Да еще посмели мне угрожать. Или ты забыл, что ответила Томирис через Скуна нашим послам!
– Все же я против похода! – продолжал упрямо настаивать Отан. – И думаю, большинство на совете меня поддержит.
– Хорошо, давай соберемся завтра и обсудим предложение Бадриса, – согласился Дарий. – Как ты знаешь, я не сторонник поспешных решений.
– Мне бы хотелось отложить его рассмотрение на несколько дней, – попросил хазарпат. – Сейчас у меня слишком много других неотложных дел.
Почувствовав, что Дарий явно на стороне дяди, Отан решил, как следует подготовиться, для чего нужно было время. К тому же он полагал, что на обсуждении вопроса о войне с саками должен обязательно присутствовать Интафрен, который после подавления прошлогоднего мятежа все еще находился в Вавилонии.
Глава девятая
Приезд Бадриса нарушил обычный распорядок дня персидского царя. Засидевшись с дядей до позднего вечера, он только к полуночи появился на женской половине дворца. Оказавшись женатым кроме Артистоны еще на вдовах царей Камбиса и Бардии, Дарий старался никого из них не обижать, навещая каждую по очереди. Сегодня ему предстояло провести ночь у Федимы, но идти к ней не хотелось.
«Опять придется выслушивать упреки и жалобы», – раздраженно подумалось Дарию, который уже успел познакомиться со сварливым характером дочери Отана.
Задержавшись на мгновение у двери Федимы, он прошел мимо, направившись в покои Артистоны.
Уже прошло полгода, как та с детьми приехала в Акбатаны, и за все это время она так и не смогла свыкнуться с мыслью, что теперь супруг принадлежит не только ей одной. Хотя Дарий явно отличал свою первую жену, навещая Артистону чаще других, что не очень помогало.
Разумеется, сама дочь Гобрия его ни в чем не упрекала, но он слишком хорошо знал ее характер, чтобы не замечать происходивших в их отношениях перемен. Дарий чувствовал, что с каждым днем она все дальше отдаляется от него, и это его сильно беспокоило.
Артистона встретила мужа, как обычно, словно они и не расстались с ним на целых два дня.
– Сегодня у Гобрия прорезался еще один зубик, – радостно сообщила она мужу, помогая снять тяжелые царские одежды. – А Арсам произнес целую фразу…
Слушая ее рассказы о шалостях детей, Дарию показалось, что вернулись прежние времена, когда их счастье ничего не омрачало. Но в следующее мгновение любимая упомянула о дочери Бардии Пармисе, и сразу стало понятно, что его ощущение всего лишь иллюзия.
Пармисе шел всего шестой год, когда Дарию пришлось на ней жениться. Как правнучка Кира она могла представлять в будущем угрозу, поэтому заговорщики решили подстраховаться.
Мать Пармисы, узнав о гибели мужа, наложила на себя руки. Правда, ходили слухи, что не без помощи Федимы, которая люто ненавидела первую жену Бардии. Так или иначе, после смерти Пармиды дочь Отана перенесла свою ненависть на Пармису. Приехав в Акбатаны, Артистоне стало жаль сироту, и она попросила мужа отдать ей девочку.
– Ты же знаешь, я давно мечтаю о дочке…
Дарий не смог отказать любимой, и теперь дочь Пармиды жила вместе с их сыновьями. Что оградило ребенка от грубых нападок Федимы, которая теперь еще сильнее возненавидела дочь Гобрия. С этого времени склоки на женской половине уже не прекращались, доставляя царю много неприятностей.
Вот и сегодняшнее неурочное посещение Артистоны не осталось без последствий. На следующий день Федима силой прорвалась к Дарию и устроила ему очередную истерику. Персидскому царю даже пришлось прибегнуть к силе, чтобы выставить ее за дверь.
– Не знаю, что мне с ней делать?! – пожаловался он дяде, бывшему свидетелем безобразной сцены.
– Взять плеть и отхлестать ее как следует! – посоветовал тот. – Жену, как лошадь, нужно сразу приучать к покорности. Иначе толку не будет.
– Не могу я так… К тому же она ведь дочь Отана…
– Она, прежде всего, твоя жена и должна знать свое место…
Дарию подумалось, что дяде легко советовать. Говорят, даже Бардия не стал связываться с Федимой, а просто лишил ее своего внимания. К сожалению, такое решение вопроса для сына Гистаспа было неприемлемо. Ему и так хватало проблем с хазарпатом, чтобы добавлять к ним еще обиду за пренебрежение к его дочери.
– Тогда будь готов, что скоро она станет тобой понукать, – выслушав опасения племянника, предупредил Бадрис. – Поверь, рано или поздно тебе все равно придется отказаться от услуг возомнившего о себе не весть что Отана. Хотя бы уже потому, что он никогда не сможет забыть, что сам мог стать царем.
– Но я ему слишком многим обязан…
– Как и всем остальным, кто за тебя сражался. Что само по себе не дает им право чего-то от тебя требовать. Ты царь, и никто не смеет указывать, как поступать тебе в том или ином случае.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.