Николай Собинин – Игры на выживание (страница 83)

Их подхватили под руки и поволокли в сторону ангара. Дикаря и Налима в одну сторону, а остальных в другую. После непродолжительной прогулки по лестницам и переходам, он очутился в глухом «кармане». С него срезали наручники, лязгнула ржавым засовом тяжелая дверь, и Дикарь остался в одиночестве.

Время в кирпичном «мешке» тянулось неспешно. От нечего делать, он обшарил свою узницу вдоль и поперек, но так и не обнаружил ничего стоящего. Кирпичная кладка, ведро вместо туалета, да тусклая лампочка под потолком, вот и вся обстановка. Места внутри было немногим больше, чем в гробу, даже лечь было негде, так что пришлось скрючиться на корточках и постараться хоть немного восстановить собственные силы. На Дикаря напало странное оцепенение, между сном и явью. Может быть, и хорошо, что он не заснул полноценно. Возвращаться раз за разом в шкуру Голода было страшно. Он очень боялся, что однажды не сможет проснуться нормальным.

Ожидание утомило, поэтому, скрип засова принес облегчение. Пусть даже поганые муры сделают с ним что-то нехорошее. Это лучше неопределенности.

– На выход давай!

Два мура на пороге сразу взяли его на прицел автоматов.

– Не вздумай дурить, сразу пулю схлопочешь. Шагай по коридору, руки держи над головой. Пошел!

Пришлось подчиниться. Пусть за прошедшую пару часов у него накопилось немного сил для использования своих способностей, сильно ему это не поможет. Все же, он залился живчиком перед самым пленением, да еще и рад-горошину принял. Но даже если он сможет прикончить этих двоих, вокруг слишком много врагов. Нужно ждать подходящего момента.

Они шли по длинным, петляющим коридорам. Похоже, внутренности складов подверглись серьезной переделке в процессе благоустройства базы мурами. Глядя на них, ни за что не скажешь, что находишься внутри обшарпанного ангара. Осмотреть, как следует местные достопримечательности ему не дали, подгоняя пинками и прикладами, втолкнули в очередную дверь. Дикарь очутился в небольшом помещении, похожем на тамбур. Вторая дверь, ведущая отсюда, была открыта. За ней обнаружилась огороженная бетоном и решетками из арматуры площадка, заставленная множеством разнокалиберных ящиков, контейнеров, щитов из досок и ржавых агрегатов непонятного назначения. Повсюду на них можно было рассмотреть засохшие мазки крови и других непонятных субстанций. Дикарь понял – он находится внутри своеобразной арены. И возбужденные лица муров, мелькающие за сварными решетками из арматуры, были лучшим тому подтверждением.

– Господа, вы все знаете, для чего мы тут собрались. Делайте ваши ставки на свежее мясо!

На одной из площадок, возвышающейся над импровизированной ареной внутри ангара, стоял Барсук. Он-то и дал команду. Рядом с ним находили еще несколько муров – явно местные авторитеты, снизошедшие до зрелища травли. А то, что Дикаря сейчас будут травить, сомнений не было. Вот ведь уроды, даже ножа не дали.

В дальнем углу арены заскрипели металлические блоки, поднимая тяжелый створ на одном из контейнеров, а следом заурчали несколько глоток. Судя по тональности, против него выпустили несколько пустышей или бегунов. Крадучись между ящиками, Дикарь выглянул из-за преграды, пытаясь первым обнаружить своих противников и заполучить тактическое преимущество.

Ему на руку играло то, что зараженных сбивало с толку наличие вокруг большого количества людей, которые активно шумели. Поэтому, вместо того, чтобы искать его самого, они бросались на решетки в стенах арены, пытаясь дотянуться до муров, чем вызывали у тех приступы веселья. Пустышей отпихивали специальными палками прочь, стимулируя их на поиски жертвы в загоне. Но пока что Дикаря никто из «охотников» не заметил, и этим стоило воспользоваться.

Мутанты находились слишком близко друг к другу, и для начала, их нужно было разделить. Втроем, эта честная компания задавит его массой. Не смотря на свою беспросветную тупость, начинающие зараженные не обижены физической силой. Он дал сигнал «опасность» дальнему пустышу, заставив того суетливо искать себе убежище. Сам же рывком сократил дистанцию до другой пустышки, что находилась ближе к нему. Схватил ее за колтун слипшихся от грязи волос и с силой приложил несколько раз лбом об бетонный блок. Минус один.

В следующую секунду пришлось спешно ретироваться. Самый развитый из тройки,бегун с начавшими оплывать чертами лица, увидел потенциальную добычу в непосредственной близости от себя и благоразумно оставил попытки добраться до муров. Его лапа чиркнула по виску Дикаря, оставив на коже горящую огнем полосу. Сильный, но бесхитростный бросок кончился закономерным промахом, бегун пролетел мимо своей жертвы, подставив уязвимый затылок. Короткий рывок, удар кулаком, сплющивший споровый мешок в мешанину обломков и черной паутины, и вот бегун уже дергается в конвульсиях на земле. Пока Дикарь возился с бегуном, последний зараженный бросился ему на спину, намертво вцепившись в куртку. Кваз подсек ногу противника, заваливая его на землю, благо сила позволяла, подмял под себя противника. Пустыш хоть и выглядел довольно бодрым, но развить ненормальной силы и скорости реакции еще не успел. Оставалось лишь приложить его несколько затылком об удачно подвернувшийся кусок бетона, и тот моментально обмяк.

Вся схватка заняла на удивление мало времени, муры разочарованно засвистели. Они явно жаждали зрелища, а Дикарь расправился с противником быстро и жестко, не дав им насладиться схваткой. Вот только порадоваться ему никто не позволил.

– Неплохо, неплохо!

Барсук дал отмашку, вновь заскрипел подъемный механизм, и на арене очутились новые враги. Пришлось снова поспешно прятаться.

В этот раз против него выпустили двух бойких бегунов, практически лишившихся одежды, и полностью голого спидера, который щеголял развитой мускулатурой, перекатывавшейся под грязной кожей. Зараженные моментально сориентировались, не отвлекаясь на свистящих и орущих людей за решетками, и разошлись по территории загона, выискивая свою жертву. Похоже, не в первый раз участвуют в подобных схватках, и, судя по их поведению, их прошлым противникам крупно не повезло.

Действовать нужно быстро, иначе его зажмут с трех сторон и просто-напросто порвут на ленточки. Он еще не забыл горячие объятия того спидера на лестничной клетке. Эти твари чрезвычайно сильны, а уж в выносливости с ними соревноваться будет только круглый дурак. Он осторожно выглянул из-за железного контейнера, напрягся, преодолевая секундное сопротивление воли дальнего бегуна, и вынудил его атаковать самого опасного из противников. Явно почувствовалось недоумение взятого под контроль зараженного, однако тот все же подчинился и вцепился зубами в плечо опешившего от внезапной атаки спидера. Пока эта парочка была занята собой, Дикарь перемахнул через ящик, и бросился навстречу оставшемуся бегуну. Его противник радостно заурчал и побежал ему навстречу. Рывок в сторону в самый последний момент, пропуская вонючую тушу мимо себя, схватить противника за запястье, используя инерцию разогнавшегося тела, с рывком и хрустом вывернуть ее в суставе и подсечкой повалить мордой в землю. Пока противник возится, силясь подняться, с силой опустить пятку берца на беззащитный затылок. Хруст, агония.

В следующую секунду со спины на него навалился спидер, вцепившись зубами в плечо. Даже сквозь одежду мясо зажало, словно в тисках, челюсти и пальцы зараженного давили как стальные щипцы. С минуту они возились на земле, с переменным успехом пытаясь пересилить друг друга. В итоге, Дикарь заорал от страха – прямо перед его носом возник второй бегун, уже полностью освободившийся от контроля. Он оскалился, явно намереваясь отхватить кусочек лица Дикаря. Кваз тратил все силы, в попытках отпихнуть нового врага ногой и одновременно стараясь оторвать от себя спидера. Действуя больше на рефлексах, чем осознанно, он напряг остатки сил, сконцентрировал оболочку «силового поля» на правой руке и нанес короткий, хлесткий удар сперва в лицо бегуну, а после локтем в лоб спидеру, увлеченно жевавшему его плечо.

Он и вправду оказался способен покрыть отдельный участок своего тела невидимым «щитом», как уже делал сегодня под обстрелом пулемета или в момент удара Фиксы. А вот тот факт, что его «щит» ломает физические законы мира, оказался для него открытием.

Да, его удары хоть и были довольно сильными, но в пределах разумного. Сказалась маленькая дистанция и не слишком большой замах. Вот только результат этих ударов оказался далеко за гранью его возможностей. Бегуну, нацелившемуся на его лицо, словно с размаху ударили в переносицу кувалдой. Лицо превратилось в мешанину из мяса и обломков костей, лоб провалился внутрь. Со спидером случилась похожая беда – локоть Дикаря проломил ему череп и тот моментально завалился назад. Похоже, столкновение с его «силовым коконом» имеет для противников фатальные последствия, несопоставимые с изначальной силой его удара. Он вспомнил треск костей Фиксы, в тот момент, когда его кулак соприкоснулся со «щитом». Мур словно с размаху впечатал его стену из камня.

Дикарь запалено дышал, последняя двойка его едва не задавила в тисках своих объятий. Укушенное плечо горело огнем, как и рука, в которую вцепился спидер, волнами накатывала слабость. Ничего удивительного, он уже четвертый раз за день применяет свой дар, внутренние резервы почти на исходе, вот и накрывает.