Николай Собинин – Игры на выживание (страница 77)

Бетонированный спуск завершился огороженной площадкой, забитой разнообразной техникой с символикой МЧС. Сбоку мелькнуло небольшое здание, выкрашенное в радикальный серый цвет. Но Дикарь прошел мимо, делать там ему совершенно нечего. Дальше длинный деревянный пирс – дно залива рядом с берегом пологое, похоже, что во время прилива и отлива урез воды сильно смещается. Вернее, раньше смещалось, теперь этот водоем, раньше бывший морским заливом, стал частью внутренней акватории Улья. На конце пирса плавучий понтон с небольшой будкой на нем. Вот туда он и направился, ведь тут была пришвартована к пирсу цель их стремительного заезда по Зоне. Обтекаемый серебристый корпус амфибии, больше похожий на кокпит самолета, покачивался на набегающих волнах. И здоровенный движок, рулевые плоскости на корме, да двойной огромный винт позади чудного катера только усиливали сходство с летательным аппаратом.

– Долго вы еще тут возиться будете?

Налим, гоняя рукоятку топливной помпы, перекачивал горючее из бочки в бак.

– Баки сухие, далеко так не уедем, надо хоть немного залить. Где Топор?

– Спекся, Топор, все. Гранатометом пригрело. Давай в темпе, к нам сейчас целая орава злющих атомитов пожалует в гости.

– Суки! Суки, суки! Твари поганые, я же вас руками рвать буду!

– Налим, мать твою, соберись! Валить надо отсюда, быстро валить! Заводи колымагу, а то все тут поляжем! Лунь, помогай ему. Да шевелитесь вы, олухи сонные!

Дикарь взгромоздился на крышу будки, где хранилось топливо и инструменты. На крыше лежала перевернутая вверх дном дюралюминиевая лодка, вот за ней он и примостился со своим пулеметом. Хотя, если подумать, устраивать огневую точку над запасами горючего не самая мудрая идея. Впрочем, фигуры атомитов, появившиеся в пределах прямой видимости, не оставили ему времени на раздумья. Первые три сгорбленные фигуры в лохмотьях, сунувшиеся в ворота базы, легли с первой очереди. Остальные оказались сообразительнее – рассредоточились по кустам за забором базы и принялись планомерно давить его огнем. Приходилось пригибаться за корпусом лодки, вот только плохо, что ее тонкие борта были слабой защитой от пуль, а больше тут прятаться было негде. Поэтому все, что оставалось Дикарю – огрызаться очередями из пулемета.

Злой, ледяной ветер рвал полы химзы, крупные капли усилившегося дождя барабанили по крыше и одежде, шипели, попадая на раскаленный ствол пулемета. До него, наконец, дошло, почему трейсеры так боялись этих осадков – черные разводы стекали по химзащите и давно молчавший счетчик Гейгера под усилившимся дождем начал истошно трещать. Было, отчего испугаться. Вот только у Дикаря сейчас были более актуальные проблемы. Осмелевший гранатометчик высунулся из-за бетонного забора, взяв причал на прицел, и тут же за это поплатился – кваз не зевал и всадил ему две пули прямо в грудь. Атомит завалился назад, росчерк гранаты ушел в небеса. А заодно выхлоп снаряда, ударивший в землю, поджарил пятки еще парочке врагов, вызвав в их рядах нездоровую суматоху. Неизвестно, был ли это тот же самый урод с РПГ, который убил Топора или другой, но Дикарь предпочел считать, что он наказал убийцу трейсера. Ему повезло, что наступать атомиты могли лишь с одной стороны, обходы его позиции со стороны противников ему не грозили. К тому же подходы хорошо просматривались. Другой вопрос, что его скоро просто-напросто задавят огнем так, что голову не поднимаешь. Дальше, выкурить их тройку отсюда, это просто вопрос времени. И он истово надеялся убраться отсюда подальше, прежде чем это произойдет. Повторять судьбу Топора и Вандала не хотелось.

Похоже, атомитов радиоактивный дождик не пугал, наоборот, они словно с цепи сорвались. Как он ни старался экономить патроны, стреляя короткими очередями и одиночными, лента в трофейном пулемете закончилась, и тот встал на затворную задержку. Отшвырнув ставшую бесполезной железку, Дикарь перехватил в руки «вихрь». Хорошая оптика сразу сказалась на результативности, он меньше чем за минуту ранил или убил четырех врагов. Правда, это больше заслуга психологического эффекта, ведь автомат стрелял бесшумно. Атакующие решили, что раз грохот пулемета затих, то можно идти в атаку. Вот таких, самых наглых, он и отправлял в страну Вечной Охоты. Автомат посылал пули в цель быстро, точно, а главное убойно, спасибо Надфилю за качественную пристрелку. Снизу хлопнул раз и другой карабин Луня. Атомиты потеряли еще двух или трех бойцов, прежде, чем до них дошло, что дело принимает скверный оборот и залегли. И вот тут настала пора ретироваться уже Дикарю, противник притащил пулемет и начал засыпать его позицию длинными очередями. Застучало по дюралюминию лодки, парочка пуль просвистела над самой головой, взъерошив волосы. Ему обожгло огнем плечо, и он, недолго думая, спрыгнул вниз и укрылся за дизель-генератором, стоявшим под навесом. Рядом пристроился Лунь, который постреливал в сторону врагов из своего новенького «Вепря», похоже, того самого, который рекламировал Дикарю торговец оружием. А атомиты обнаглели в конец – на воде вокруг причала вспухали фонтанчики, от сарайчика летели щепки. Потом на пирсе в опасной близости бабахнул ВОГ, оставив после себя звон в ушах. Левую ногу дернуло, заставив его зашипеть от боли. Дикарь скрючился рядом с топливной бочкой и с тоской подумал, что вот сейчас шальная пуля или осколок прилетит в движок амфибии или в эту самую бочку с бензином, что стояла рядом с ним, или очередной гранатометчик засадит выстрел в эту сараюшку, и их одиссея на этом трагично закончится. Удивительно, что их противник еще не додумался до этого. Похоже, и у них и впрямь все не очень хорошо с сообразительностью. В любом случае, еще несколько минут и их просто задавят огнем.

– Налим, долго там еще? Нас сейчас тут прикончат, если ты и дальше будешь возиться.

– Уже почти все.

За спиной басовито чихнул несколько раз и зарычал на низкой ноте мощный авиационный движок, от раскрутившегося винта их с Лунем обдало водяной пылью.

– Залазьте быстрее! Отчаливаем! – в голосе сенса промелькнули панические нотки. Кваз без всяких церемоний схватил за шиворот увлекшегося стрельбой Луня и просто-напросто швырнул его в открытый люк, запрыгивая следом за ним. Но тут же высунулся наружу, пытаясь разглядеть противника сквозь косые струи разошедшегося черного ливня. Атомиты, почему-то, внезапно прекратили стрелять в сторону амфибии, медленно отчаливавшей от пирса. Казалось бы, идеальный момент, чтобы расправиться с врагом. Но вместо этого, они стреляли куда-то совсем в другую сторону. А потом Дикарю удалось увидеть куда именно – через забор базы МЧС перемахнул размытый силуэт «панголина», того самого суперэлитника, которого они уже видели на трассе в городе. Охотник пришел на шум перестрелки. Все, насчет атомитов можно больше не переживать. У них появились более насущные проблемы.

Налим потянул регулятор акселератора подрагивающими руками, заставляя амфибию встать на глиссер, и направил ее прочь от недружелюбных берегов. Перешедший на высокие обороты движок издавал оглушительный гул, словно они и впрямь летели на самолете. Трейсер, перекрикивая шум, обратился к ним:

– Закрывай хренов люк. Ни к чему нам лишние рентгены, и так уже хватанули тройную норму. Скидывайте весь хлам и дезактивируйтесь. И гляньте, что там с нашим пассажиром, еще дышит или нет?

Глава 20. Стычка.

Амфибию, рассекавшую мрак на большой скорости, подбрасывало на разгулявшихся из-за бури волнах. Еще и этот жутковатый радиоактивный дождь вносил собственную лепту, растекаясь черными разводами по кокпиту. Как Налим ориентировался в условиях нулевой видимости, для Дикаря осталось загадкой, однако тот уверенно управлял катером даже в таких условиях. Спросить у него на этот счет тоже не выйдет — двигатель издавал рокочущий гул такой мощности, что разговаривать не представлялось никакой возможности.

Последовав совету оставшегося в живых трейсера, Дикарь и Лунь содрали с себя фонящую химзащиту, которую упаковали в пластиковый мешок и зашвырнули его в пассажирское отделение катера. После этого они с Лунем протерли лицо, руки, волосы, а также свое оружие и рюкзаки специальным чистящим составом. Повторили процедуру с Сухарем, который все также находился в бессознательном состоянии. Ну, он хотя бы перестал пускать кровавую пену изо рта. Есть шанс, что сможет выкарабкаться.

Спустя двадцать минут за плексигласовыми стеклами рассекавшего волны катера значительно посветлело — буря с черным дождем, разыгравшаяся над Зоной, оказалась локальным феноменом, и осталась позади. А еще через десять минут Налим направил серебристую амфибию к берегу.

— Приехали?

Дикарь вглядывался в заросли на берегу, пытаясь понять, прибежал ли на рокот движка кто-то нехороший или нет. Наверняка неслабый шум двигателя услышали все заинтересованные лица и морды в округе.

— Можно было бы еще километров пятнадцать проехать по воде, но у нас топливо на нуле. Эта малышка его жрет, как бездонная дыра. А из-за долбанных атомитов мы заправились едва-едва на донце. Так что да, дальше придется пробираться по суше.

— А если где-то поблизости попробовать поискать топливо?

— Ну, если отыщешь в ближайшей деревне бочку авиационного бензина, то почему бы и нет.