Николай Собинин – Игры на выживание (страница 50)

Дикарь кивнул, обдумывая сказанное Бураном.

— Ну, так вот, возвращаясь к нашим баранам. Вернее, к Чертям. Мурам с атомитами перемирие никогда не светит, хоть и живут они по соседству. Те давят на кодлу Тритона не на шутку. Если бы они друг с другом не цапались, в округе бы давно от внешников и муров житья не стало. Ведь у тех по воде прямой коридор от самой Внешки есть. А так, еще куда ни шло, дышать можно. Получается что враги всех нормальных иммунных самостоятельно, так сказать, и обоюдно контролируют собственную численность. Было бы просто прекрасно, если бы они только между собой воевали и в нашу сторону не лезли, но это, к несчастью, недостижимая мечта.

— А чего тогда банда этого Тритона в другое место не уйдет? Атомиты-то, как я понял, к своим «грязным» кластерам привязаны, далеко уйти от них не могут. Но муры-то? Передвинулись бы на другое место, и нет никаких проблем.

— Так-то оно так, только ты не понял одну важную вещь. Черти в Улье существуют не сами по себе, они у внешников на коротком поводке. «Полосатым» нужно, чтобы Черти сидели именно тут и контролировали регион, даже если им приходится выбрасывать часть ресурсов на войну с атомитами. «Полосатым» на это плевать, а Тритон этой темы соскочить не сможет, как бы ни старался. Он, конечно, набрал силы в последнее время, но мур – это билет в один конец. Стоит ему остаться без поддержки внешников, местные стабы возьмутся за него всерьез, и от его банды не останется и мокрого места. Сам ведь видишь, как даже самые последние позорные быки Тритона упакованы, космодесант, мать их в душу. А не станет подпитки от хозяев, где брать технику, патроны и оружие? Голыми задами что ли прикажешь воевать? Стабы-то между собой торгуют – у одних оружие есть, другим патроны с перезагрузками прилетают, где-то развитые ксеры сидят и снаряды пачками штампуют, кому-то на поляну техника военная грузится. Так и выживают. А с мурами кто будет торговать? Нет, не станет внешников, и муры загнутся, причем быстро. И Тритон это не хуже нас с тобой понимает, вот и не рыпается, что сказали, то и делает.

— Как тут у вас все непросто устроено.

— А ты думал в сказку, что ли попал? Не знаю, откуда ты там вылупился, но эти места та еще мясорубка.

— Слушай, Буран, а что будет с нашими свежими?

— В каком смысле?

– Ну, они же ни сном ни духом, про то где очутились и что с ними будет. Да и я, если честно, тоже.

– А, вот ты о чем. Как в стаб приедем, проверят на иммунитет, потом с ними ментат переговорит, окрестят, дадут на первое время жилье, предложат какую-нибудь работу. Во Флюгере вечный недостаток рабочих рук, приток новичков слабенький. Заслуга Чертей и атомитов, чтоб им пусто было. Нам, кстати, за них еще и награда полагается, если ты не в курсе. Руководство стабов поощряет спасение иммунных свежаков. Есть команды, которые только этим и промышляют. Не все рейдеры горят желанием воевать с мурами и атомитами или охотиться на мутантов.

– И большая награда?

– Последний раз, когда я был во Флюгере, давали по пять споранов за нос. У нас тут девять человек в кузове – считай, почти полтинник «виноградин» заработали. И это не считая остальных ништяков.

Они выкинули из машины последний труп, и Буран отправился к пожарному щит. Прихватил с него ведро, зачерпнул воды из бочки под дождевым стоком на проходной, залез в кузов и окатил днище кузова машины, смывая загустевшую кровь.

– Ну ладно, поболтали и хватит. Пора нам двигать во Флюгер, и без того задержались. По трофеям порешаем, как в стаб вернемся, не будем сейчас время терять. Созывай свежаков, а то я, если опять ко мне сунется эта визгливая тетка, за себя не отвечаю. И да, сними ты уже шеврон Чертей с формы, а то местные могут не оценить таких шуток. У нас и без того эмблемы эти на технике муровской намалеваны, не хватало еще чтобы нас на подъезде к стабу встретили из крупняка.

Рейдер с треском оторвал шеврон-липучку в виде красной четырехлучевой звезды с собственной формы и швырнул его на асфальт, после чего хлопнул по спине Шута и направился к пикапу.

Дикарь дал сигнал Луню и остальным, чтобы грузились по машинам. Притормозил за локоть проходившего мимо Фингала, ухмыльнувшись про себя, что, похоже, парень окрестился сам собой.

– Друг, будем к селению подъезжать, сильно не гони. Ни к чему нервировать местных.

Тот лишь кивнул в ответ и полез в кабину. А Дикарь услышал, как сзади него кто-то нерешительно покашлял. Он обернулся и увидел за своей спиной спасенную им девушку, имя которой он так и не удосужился узнать. За прошедший час она успокоилась и привела себя в порядок, насколько это вообще возможно в условиях стандартного кластера. Дикарь осмотрел прежде опухшее от слез, а теперь весьма миловидное лицо, и не мог про себя не признать, что девушка, даже с синяками на лице, растрепанными волосам и расплывшейся тушью, кутаясь в его бесформенную куртку, накинутую на голое тело, остается невероятно привлекательной. Неудивительно, что муры позарились на нее. Девушка сильно смутилась под его взглядом, но быстро смогла взять себя в руки.

– Привет!

– Эм…привет. Нам долго еще ехать?

– Нет, Буран говорит, что скоро будем на месте. А в чем дело?

– Там Лара, Лариса умерла – видя непонимание на лице Дикаря, она уточнила – Та женщина, которой ты меня отдал, перед тем, как мы уехали. В нее пуля попала в городе, я пыталась кровь остановить, но у нее, кажется, внутреннее кровоизлияние произошло. Денису – парню, который ехал с нами в кузове, повредило осколком ногу. Мы ему поставили жгут, но это временно, долго его так держать нельзя, может начаться гангрена.

– Ты медик?

– Нет, что ты. Просто проходила курсы по оказанию первой помощи. Что-то вспомнила, что-то мне твой друг подсказал, который иностранец, с акцентом.

– Ясно. Не переживай, скоро мы будем в безопасном месте, там ему помогут. А насчет Ларисы сейчас решим, надо ее похоронить, не зачем ей ехать с нами в стаб.

Было заметно, что она в замешательстве, но опасается задавать лишние вопросы – не забыла еще реакцию Бурана на ту истеричку.

– Как тебя зовут-то, краса девичья?

– Лина…Алина.

– А я Дикарь, очень приятно.

Девушка неожиданно прыснула смехом.

– Это же кличка какая-то, а не имя.

– Имя, Линочка, самое настоящее имя. Ладно, залезай в машину, нужно ехать.

Он проводил ее взглядом, пока она шла к кузову грузовика, залезла в него с помощью поданной Бисмарком руки, стыдливо одергивая низ его куртки. Сделал себе зарубку в памяти, что нужно проследить, чтобы в стабе ей выдали все самое необходимое, а то заметно, что она со своей скромностью, будет молча терпеть неудобства, такой уж склад характера. Но, нужно признать, что стержень у девушки присутствует. Любая другая после того, через что ей пришлось пройти, ушла бы в себя или закатывала истерики. А эта ничего, держится, даже другим старается помочь.

Насчет остальных свежаков тоже надо будет уточнить. Как-никак они их спасли, так что, часть ответственности за их судьбы лежит и на его плечах. Как минимум – за самое ближайшее будущее этих судеб.

Лару, ту женщину, которая успокаивала Лину в кузове, похоронили на следующем стандартном кластере. Без красивых фраз и почестей. Он вместе с Лунем ножами срезал несколько пластов дерна, и прикрыли ее в получившейся лунке. Сняли каски, постояли минутку над свежей могилой вместо эпитафии. Буран сказал, что так и принято хоронить покойников в Улье – нет смысла копать глубокие могилы, тела исчезнут вместе со следующей перезагрузкой. А Дикарь сделал себе еще одну зарубку в памяти насчет очередного обычая СТИКСа.

В этот раз он поменялся местами с Лунем, отправив его в кузов, а сам сел в кабине. Хотел сам посмотреть на приближающийся стаб, да и если на въезде возникнут какие-то проблемы, лучше ему быть в курсе.

Стаб оказался странным. Это оказался мыс, далеко выдающийся в водную гладь, на берегу той самой реки, которую они пересекли чуть ниже по течению. Раньше тут, похоже, располагался серьезный речной порт, торчащие конструкции портовых кранов, ангары и огромные штабеля грузовых контейнеров виднелись издалека. Единственный въезд на территорию порта был перегорожен стеной из все тех же ржавых контейнеров, виднелась хорошо укрепленная огневая точка с блокпостом.

Поначалу он удивился, вспомнив слова Бурана о том, что небом безраздельно владеют дроны внешников. Ведь, если так, что этот стаб для них просто лакомая добыча. Но потом разглядел торчащие за укреплениями стволы ЗУшек и гнезда с зенитными пулеметами. Дронам тут явно ничего не обломится, кроме очереди в корпус на дальних подступах.

Охрана увидела их издалека и засуетилась, из капонира выехала БМП и наставила на них ствол боевого модуля. Видно, разглядели в бинокль эмблемы на бортах, или им о гостях маякнул один из «секретов» у дороги. Они наверняка там были, после всего, что он услышал и увидел сегодня, сомнений в этом даже не возникало, это элементарный здравый смысл. Их маленькая колонна на минимальной скорости проехала змейку перед блокпостом, под прицелом множества стволов, потом они остановились перед солидными воротами.

Голос искаженный металлическими хрипами мегафона, дал команду:

– Руки держать на виду! Оружие не доставать! При первых признаках агрессии стреляем без предупреждения!