Николай Собинин – Gamemaster. Книга 3. Десятник (страница 2)
– Эй, хозяин! Ты чего там делаешь? – В голосе пикси прорезалась явная тревога. Я молчал, пропустив вопрос мимо ушей, и продолжал ковыряться в довольно объёмном столбце настроек. Ага, вот – доступ существ к вашему инвентарю и профилю. «Полностью ограниченный», «Выборочно ограниченный», «Полностью свободный». Выбираем режим полного ограничения. Так-то лучше.
– Ну-у-у, хозяин! Ну, ответь! – Градус волнения в тоненьком голосе Нико подрос ещё немного.
– Да вот, думаю какое тебе новое имя дать. Тебе что больше нравится – «Вредная пиявка» или «Зелёная лягушка»?
Глаза пикси наполнились неподдельным страхом и отчаянием и увеличились едва ли не в два раза, заняв половину её кукольного личика. Она завопила испуганным голосом, размахивая руками перед собой:
– Я п-поняла, поняла! Нико была неправа, Нико очень и-и-извиняется. Не надо менять Нико имя, ей нравится её старое! Пожалуйста! – Будучи на грани паники, феечка так разнервничалась, что свалилась с моей ладони и чуть не шлёпнулась на землю, взмыв обратно в воздух буквально в самый последний момент.
Ну вот, наконец-то воспитательный процесс возымел действие. Я ещё некоторое время молчал, словно раздумывая, после чего ответил полуденнице, взволнованно прижавшей свои кулачки к груди в ожидании моей реакции.
– Так и быть, на первый раз прощаю. Но если не будешь слушаться и станешь своевольничать, переименую обязательно! Понятно?
Мой фамильяр тяжко вздохнул, плечики поникли, но феечка всё же согласно кивнула в ответ. Впрочем, продолжалось это совсем немного. Она вновь вспорхнула в воздух, филигранно приземлившись мне на плечо.
– Ну и бука же ты, хозяин!
– И не зови меня хозяином! Я же уже сказал!
– А что такое, хозяин? Тебе не нравится, хозяин? – Тоненький голос, звеневший, словно серебряный колокольчик, вновь лучился самодовольством и лукавством. Мне осталось лишь тяжко вздохнуть. Кажется, она неисправима.
Ладно, будем считать, что урок усвоен. Тут мне в голову пришла одна мысль.
– Слушай, а ты можешь мне кое с чем помочь?
– А что такое? – Пикси вновь пришла в хорошее расположение духа и сидела на моём плече, болтая миниатюрными ножками. Я невольно скосил на неё глаза. Ну, хватит уже быть настолько милой!
– Можешь что-нибудь с этим сделать? – Открыв инвентарь, я вынул на свет божий булаву Гролла.
– Ай!
Феечку словно ветром сдуло. Она в ужасе упорхнула за алтарь и выглянула оттуда, уставившись на проклятое оружие в моей руке с неприкрытым отвращением и страхом во взгляде.
– Убери, убери сейчас же!
Голос на грани паники. Ладно, не надо на меня так смотреть, я в курсе, что это очень неприятная штука. Даже сейчас она жжёт мою руку, словно кислота, заставляя морщиться.
– Фух, кошмар какой! Где ты вообще эту дрянь взял! Она же вся насквозь кровью и страхом пропитана! Брр-р! – Когда я убрал чёрный моргенштерн обратно в инвентарь, Нико осторожно выбралась из своего укрытия и вздохнула с видимым облегчением.
– Да знаю я, потому и хочу с этим что-нибудь сделать!
– Не стоит тут это доставать. Рогоз и в прошлый раз, когда вы Гроллу руку оттяпали, мне едва плешь не проел, пристал со своими нотациями, хуже горькой редьки.
– Рогоз?
– Ну да, он вроде как старший в Белой Роще. Такой надоедливый тип, постоянно меня достаёт из-за всяких пустяков.
Феечка раздражённо вздохнула, но потом, вдруг что-то вспомнив, вновь заговорила со мной.
– Эй, хозяин! Это же тоже проклятого Гролла вещь? Где ты её вообще взял?
– Да подвернулось по случаю, не захотел так просто выбросить – мало ли к кому угодит. Могут быть проблемы.
– И много у тебя ещё такого «по случаю»? – Нико подлетела вплотную к моему лицу и, трепеща крыльями, тревожно посмотрела прямо мне в глаза. – Как ты вообще к этому прикасаться-то можешь? Мне даже глядеть на это больно.
– Да хватает. И не смотри на меня так. Сам не в восторге от того, что приходится это с собой носить! – Я раздражённо потёр переносицу двумя пальцами. – Ладно, мы закончили? Может, ты уже поможешь мне в Явь отправиться?
– Ну а где бы ты хотел очутиться? – полуденница вопросительно посмотрела на меня. Хм, она и впрямь может быть серьёзно настроенной?
Я задумался. По идее, мне дорога прямиком в Аспид-камень, ведь у меня всё ещё висит задание на закрытие астрального разлома. Да и ребята, скорее всего, именно там. Но я бы не хотел лететь туда прямо сейчас по целому ряду причин. Кроме того, есть у меня ещё одно незаконченное дело, которое кажется мне более важным и срочным.
– Ты можешь меня отправить к Бажену?
Пикси задумалась на несколько секунд.
– Это который Лесной Леший? Ну, думаю, что смогу. Не прямиком к нему, но примерно туда, где он находится. Всё-таки он тоже дитя Рода. Если очень постараться, я могу почувствовать его присутствие.
– Будь добра!
– Ну хорошо, но это только ради хозяина! – Она снова радостно хихикнула. Вот ведь егоза, и впрямь неисправима!
Поманив меня пальчиком, она опустилась на мрамор алтаря.
Вспомнив о том, что собирался сделать ещё до прибытия пикси, появление которой меня отвлекло, я повторно открыл интерфейс монумента. Передо мной выпал огромный столбец настроек и функций, правда, основная их масса была неактивна – то ли у меня нет доступа, то ли по какой-то другой причине. Решив не тратить время и довериться своему фамильяру, я просто сохранил скриншот настроек, на всякий случай. Изучу как-нибудь потом, на досуге. Ну что ж, поехали!
Райские кущи вокруг меня медленно заволокло молочно-белым светом, и они исчезли из виду.
Ещё не открыв глаза, я понял, что вернулся в мир людей. Тут даже воздух был не такой, как в Яви или Нави. Я не удержался и с наслаждением вдохнул его полной грудью, ощутив густой запах хвои, прелой лесной подстилки и молоденькой, едва проклюнувшейся листвы. После безвкусного, раздражающего слизистые, воздуха Нави это подействовало на меня подобно бальзаму.
Я очутился на уже знакомой мне опушке леса, недалеко от болота Бажена. Судя по карте, чуть правее меня располагалась бывшая стоянка Ледащего. В эту сторону я не ходил, но зато теперь мог определиться со своим местоположением. Навевает ностальгические воспоминания. Вроде бы прошла всего неделя с тех событий, но по моим внутренним ощущениям это промежуток едва ли не в вечность длиной. Ладно, закончим с лирикой, мне стоит заняться делом.
Я деловито осмотрелся в попытках понять, куда же мне направиться теперь.
– Туда! – Пикси, вновь угнездившаяся на моём плече, указала пальчиком в глубь леса. Хм, вроде бы говорит серьёзно.
– Уверена?
– Ну, более или менее. Я кого-то там ощущаю, думаю, это именно тот, кого ты ищешь.
Ладно, доверимся этому микронавигатору. Тем более у самого-то у меня вариантов вообще нет. Я двинулся в указанную сторону, петляя между исполинскими елями в два обхвата. Шагая по пружинящей лесной подстилке из прошлогодней хвои, вдыхая густой аромат леса и наслаждаясь ясным погожим небом над головой, я почувствовал себя бесконечно счастливым. Только сейчас я ощутил, насколько же сильно давила на психику угнетающая и мрачная атмосфера Дажь. А ведь там казалось, что притерпелся и всё мне нипочём. Ха, как бы не так. Тут я будто заново родился, кожей ощущая, как нервное напряжение и стресс, скрутившие нутро в тугой узел, медленно отступают, а на их место приходит моё всегдашнее спокойствие. Дендротерапия – поистине волшебное средство.
Так, предаваясь приятным мыслям, я некоторое время двигался в глубь лесной чащи. Нико, проявив чудеса эмпатии и тактичности, молча сидела на моём плече, не мешая мне. Спустя короткое время я вышел на круглую лесную поляну. Она примыкала к знакомому мне скалистому кряжу и, судя по всему, находилась метрах в двухстах севернее того места, где я сражался с Ледащим. На поляне обнаружилась низенькая бревенчатая избушка, по самые окна вросшая в землю. Она не выглядела ветхой, но стояла тут уже достаточно давно, это было сразу видно – на дощатой крыше, заросшей мхом и лишайником, даже успела прорасти некрупная берёзка.
На завалинке у стенки лесной сторожки, вытянув голые пятки к пятну солнечного света, сидел Леший, нежась в весенних лучах светила. Но едва услышав мои шаги, он напрягся и вскочил на ноги.
– Пришёл-таки! – В его глухом голосе не было и следа от той безмятежности, которую я наблюдал ещё секунду назад, лишь боль и невысказанное ожидание, как у подсудимого, ожидающего приговора суда.
Я лишь коротко кивнул ему в ответ. Мне трудно понять, что чувствует Бажен. Но сомнений в том, что ему всё это время было невыразимо тяжело и больно, у меня нет. Всё так же молча я вынул из инвентаря Костяной Молотильщик и продемонстрировал череп Крыжня Лешему. Тот, словно не веря глазам, протянул руку и прикоснулся к пепельно-серому черепу своего заклятого врага. И тут же с отвращением отдёрнул её. При этом его напряжённая фигура разом как-то обмякла, словно стальной стержень, поддерживавший его долгое время, оказался вырван из его тела. Невидящим взглядом он уставился в темноту и заговорил пустым, сдавленным голосом.