Николай Собинин – Байки из STIKS-а (страница 33)

Собеседники молча смотрели на Мурзика, ожидая продолжения рассказа.

— И что дальше?

— В смысле?

— Ну, ты же очнулся через какое–то время? Дальше–то что было?

— Очнулся — никого уже нет, в смысле, Элитник тот испарился куда–то. Вокруг вовсю идет битва оппонентов в гастрономических предпочтениях, я вмешиваться не стал, выбрался из дома и свалил из этого городишки. Про то, как добирался до стаба, рассказывать скучно, там ничего особенного не происходило, всё как обычно, правда, патронов в конце почти не осталось. Отсидел в стабе обговоренные две недели, хотя тела тех троих у стены мог видеть отчётливо, но договор есть договор, надо выполнять. Потом сюда подался, давно слышал про бар «Горбатый кваз», решил взглянуть на него поближе.

— Ладно, зачет. Стапель, твоя очередь за бутылкой бежать.

— А «Ромео» наш чего?

— Пассия его, видишь, как старается, третью песню уже выводит, надеюсь — последнюю на сегодня. Следующим пусть будет, давайте дадим парню спокойно насладиться зрелищем.

Разлили по новой, опрокинули стопки, закусили. Стапель поскреб лапой свою густую шевелюру, призадумался немного и начал.

35. Истории Мурзика. Полеты в рай.

Тапками в меня не кидайте сильно, за что купил, за то и продаю, сам лично этого не видел, мужик знакомый рассказал. Ну, а я вам сейчас поведаю, как уж смогу.

Чернота — она штука такая, человек на ней долго не выживет, электроника там сразу сдохнет, все, что с электричеством связанно, там не работает, это все знают. В жилой зоне Стикса мертвые кластеры обычно вклиниваются между «зелеными» и их обойти можно, а вот дальше на востоке начинается сплошная чернота. Перебраться через неё и посмотреть, что там за ней находится, никому ещё не удавалось, кроме одного чела. Зовут его — Харон и имя это он сам себе придумал, а от крестного имени отказался. По мне, так стрёмно это, Стикс такое может сильно не одобрить. Я лично считаю, что это враки всё, и про чела этого и про то, что он через черноту может ходить безопасно, но я ж говорю, что не я это придумал, а рассказываю только то, что от других слышал. А Хароном назвался потому, что людей стал через черноту переводить в лучший мир, что по его рассказам, за ней находится, далеко на востоке. И что там рай просто — заражённых вообще нет, в лесах зверья полно непуганого, в реках — рыбы хоть руками лови. Живи — не хочу. Одна проблема — как туда попасть. По черноте не пройдешь, на самолёте не перелетишь, да и до самой границы этой сплошной черноты не просто добраться. Степные кластеры занимают там огромную территорию до её границы, местами, на юге, переходящие вообще в пустыню. Они хоть и перегружаются, да только голая степь, она степью и остаётся, ничего там нет кроме сусликов и ковыля.

Ну, так вот он и придумал, как этот вопрос разрешить. Степную зону пересечь — не так уж и сложно, если всё по уму сделать. Собрать конвой, загрузить продуктами, обеспечить надежную защиту и вперёд. Самое главное в этом деле — через черноту перебраться, а вот здесь Харон свое ноу–хау как раз и использует. Якобы обнаружил он один отдаленный кластер, где аэродром для учебных полетов прилетает периодически, а там — самолёты спортивные и учебные в исправном состоянии имеются, а самое главное — планеры. С помощью их людей Харон и переправляет. Электроники в них нет, корпус из углестеклопластика, полимерные композиционные материалы повсеместно используются и только самые ответственные части из металла изготовлены, так что чернота планерам не страшна. Уязвимы только пассажиры, которые в кабине сидят, но те пару часов выдержат над чернотой, а больше и не потребуется, по уверениям Харона, там лёту–то всего час с небольшим, самое сложное — в конце удачно приземлиться. Прежде чем их в небо запускать, на том же аэродроме будущие «переселенцы» «курс молодого бойца» проходят у опытного инструктора, нашёл он где–то такого чела на просторах Улья и привлек к своей работе за хороший процент от сделок. Стоит всё это удовольствие немало, сколько не скажу, не знаю, не сильно на эту тему там распространяются, но не дешево — это точно.

Короче, тема такая — как дождутся благоприятной погоды, ветра правильного и всё такое то цепляют планер к учебному самолёту тросами, да и подымают обоих в воздух. В планере само собой «переселенцы» в количестве двух штук сидят, больше не влезает, плюс барахлишко разное на первое время. Самолётом пилот управляет, а у него парашют за спиной, дотянет он планер до границы зоны черноты, поставит на автопилот и выбрасывается из кабины, внизу потом свои подберут. Самолёт, пока движок работает, летит, а как падать начинает, планер отцепляется и дальше — самостоятельно летит, у него ещё и пороховой ускоритель дополнительный имеется, на всякий случай. Если восходящие потоки потеряет или по другой причине пришпорить лошадку потребуется, тут самое стрёмное — чтобы крылья при ускорении не отвалились, но говорят, что это тоже учли, внесли соответствующие доработки в конструкцию. Короче, летит эта штука над чернотой, пассажиры потихоньку ласты клеят и думают уже, что всё, пришел их последний час, Харона кроют на все окорки нецензурными словами и вдруг видят впереди — леса, поля да реки широкие, Эдем, одним словом. И берут они назад слова свои поганые, что великому и благословенному спасителю Харону не по делу сказанные, смеются радостно и к посадке готовятся. Ну, а тут уж как повезет. Кто учился прилежно и инструктора слушал внимательно, тот сядет благополучно, ничего сложного в этом деле нет, а кто филонили — те хряснутся об землю, может, и выживут, но это маловероятно.

— А подробности, как они долетают и приземляются, это тебе кто рассказал? Харон в этом Эдеме сам–то был, или тоже по рассказам очевидцев судит? Назад оттуда вернулся хоть кто–нибудь?

— Тут такое дело. В загробную жизнь многие верят, а подтвердить точно, как там на самом деле, никак не получается. Никто оттуда пока что не вернулся почему–то, тут ситуация схожая, доказательств никаких не имеется. Тем не менее, народ ведется, платят бешеные бабки и отправляются лететь к счастливой жизни. Вон Мурзик нынче у нас богатенький буратино, может, тоже рискнет?

— На хрен надо, мне и здесь неплохо. И ещё я высоты очень боюсь, выше пятого этажа стараюсь не подниматься. А что касается путешествия в «страну счастливой охоты и рыбалки», думаю, это просто сказка для доверчивых лошков. Валяется там, посреди черноты, огромная куча планеров вместе с соискателями и фиг это проверишь, а с байдой про загробную жизнь — сравнение удачное.

Певичка, наконец–то, закончила тянуть кота за хвост, приняла на грудь положенную ей долю аплодисментов и удалилась за сцену. Трое из сидящих за столом облегчённо вздохнули.

— «Ромео», надеюсь, ты в курсе, что она нимфа? Арт её специально держит, чтобы посетителей завлекала, а ты слюни распустил.

Семён взглянул на Моржа, неодобрительно покачал головой, но ничего в ответ не сказал. Молча поднялся и направился к официанту. Притащил из бара бутылку необычной формы и четыре сужающихся кверху пузатых бокала на маленьких ножках.

— С посудой обращаться очень аккуратно, если разобьёте — меня Арт обещал в женщину переделать и на сцену отплясывать выпустить. Это, если кто не в курсе — французский коньяк пятнадцатилетней выдержки, настоящий, не то фуфло, что в наших магазинах раньше втюхивали. Как его пить, сейчас покажу и чем закусывать тоже, это для тех, кто не в теме.

— Закусывать надо лимоном, это все знают.

— Коньяк закусывают лимоном только недорезанные буржуи и исключительно в Российской Федерации, остальное прогрессивное человечество «закусывает» хорошей сигарой, предварительно выпив чашечку неплохого кофе. В наших пенатах курение не приветствуется, а приверженцы этой вредной привычки в Улье долго не живут, так что закуски не будет никакой, оно и к лучшему.

— Да ты Сёма гурман, а по тебе не скажешь.

— Моя очередь воздух сотрясать, я так понимаю?

— Ты хоть слушал, что ребята сегодня рассказывали?

— Слышь, Морж, отстань, а!

— Ладно, давай излагай. Что там у тебя припасено?

— Жили–были в славном городе Верона парень и девушка и звали их Ромео и Джульетта…

— Сёма!

— Ладно, ладно, пошутил я.

36. Истории Мурзика. Сказ о жадной нимфе

Жили–были муж с женой в одном маленьком городишке. Не то что бы уж хорошо между собой ладили, но и не ругались сильно, в общем, всё, как и у всех остальных. Так бы, наверное, и прожили свою жизнь рядовой ячейкой общества до глубокой старости и померли в один день, только судьба распорядилась немного иначе. Заволокло в один прекрасный день их городишко странным туманом и началось… В подробности перемещения в Улей углубляться не буду, все они пережёваны не один раз и похожи как братья–близнецы. Семейке нашей повезло очень, а может и не очень, это как рассудить, в дальнейшем поймете почему. Людьми нормальными оба остались, зараза их миновала, не пришлось им друг друга убивать, а пришлось совместно выживать в свете вновь открывшихся обстоятельств. Дети в деревне у бабушки за триста километров отсюда в этот момент находились, хоть с этим удачно сложилось. В городке дела страшные творились, сами понимаете — идет первичное накопление жировых запасов, все друг друга рвут на части, кто–то за кем–то бегает, схарчить стремятся, во что бы то ни стало, идет обычное для Стикса перераспределение мясных и жировых запасов. Так что валить требуется отсюда и желательно куда подальше и где поглуше, про это они быстро смекнули. Сначала хотели в деревню расположенную неподалеку податься, там только бабки старые остались, а с ними бы они вдвоем справились при необходимости. Да только заболели оба на следующий же день, голова сильно болит у обоих, во рту сухость неимоверная и почему–то обычная вода не помогает от него избавиться. Поняли что в больничку им надо, видать хворь какая–то злая напала, которую аспирином и прочими народными средствами не победить. Ближайшее медицинское учреждение в пятнадцати километрах отсюда в райцентре находится, а туда ещё добраться требуется. Решили выдвигаться в том направлении, не здесь же сидеть и смерти дожидаться. Свихнувшиеся рано или поздно до них доберутся, сколько не хоронись, найдут по запаху. Муж свой мотоцикл с коляской выкатил, а он тарахтит зараза на всю округу, толпа заинтересованных шумом сразу же набежала со всех сторон, еле прорвались. Первую деревеньку на пути проскочили сходу, там жителей — два с половиной человека, встречать некому. А вот в следующей — вышла засада. Движок мотоциклетный там издалека услыхали, и комитет по встрече уже поджидал, дорогу им перегораживая. Успели свернуть вбок на грунтовку и в лес, а там дороги сами знаете какие, через пару километров в луже застряли — не вытащить. Бросили мотоцикл и пешком дальше пошли, лесом да полем, деревни обходя и в зарослях хоронясь. Перед райцентром — трасса междугородняя проходит, добрались до неё и рядом с обочиной затаились. Рядом с остановкой автобус стоит, уткнувшись в неё передним бампером, а внутри движуха нехорошая происходит. Издалека не видно всех подробностей, но понятно, что дальше по маршруту он точно не поедет. Решили дальше пройти вдоль трассы и зайти в город немного дальше, больничка тут не слишком далеко от окраины находится, доберутся. Только в очередные придорожные кусты забрались, тут же мужу прямо в лицо дуло автоматное нарисовалось.