Николай Скиба – Егерь. Турнир (страница 52)

Мика закрыл глаза на несколько секунд, потом посмотрел на пса и тихо произнёс:

— У него сердце бьётся… неровно. И шрам на боку как шов.

— И? — усмехнулся Барут.

— Шов… хочу назвать его шов.

— Шов так Шов, — хмыкнул я. — Странно, но тебе подходит. А ему, похоже, нравится.

Пёс тут же оживился, хвост затрепетал, и он радостно гавкнул, словно одобряя выбор.

Лекарь наклонился к псу и прошептал, думая, что никто не услышит:

— Никогда тебя не ударю и буду очень любить.

— Теперь пёс получил хозяина, который его не обидит, — сказал я, отозвав стаю. Афина и Карц растворились в цветных вспышках света, уходя в ядро. Старик по-прежнему молчал в самом дальнем углу сознания, игнорируя мои призывы. Вредный дед! Ничего, я с тобой ещё повоюю.

Красавчик одним прыжком переместился на плечо к Стёпе и устроился там, обвив хвостом шею копейщика.

— Мне нужно кое с кем встретиться по торговым вопросам, — сказал Барут, поправляя ремень с кошельком. — Увидимся вечером.

— Стёпка, возьми с собой Красавчика. Идите с Микой домой, а у меня дела. Нельзя заставлять советника короля так долго ждать, — я усмехнулся.

Мика кивнул, всё ещё поглаживая пса по голове.

— Спасибо, Максим.

— Береги его, — коротко ответил я и повернулся к стражнику. — Веди.

Глава 18

Вскоре мы со стражником прошли через несколько коридоров в глубине административного здания возле арены. Каменные стены были покрыты гобеленами с изображениями битв, а факелы в кованых держателях давали неровный свет. Запах воска и старого камня напоминал о солидном возрасте постройки.

Стражник остановился у тяжёлой дубовой двери, обитой медными полосами.

— Здесь, — сказал он и постучал.

— Входите, — раздался голос Ария изнутри.

Я толкнул дверь и вошёл в просторную комнату. Советник сидел за массивным столом, заваленным свитками и бумагами. Драконоборец стоял у окна, глядя куда-то вниз.

— Максим, — Арий поднялся из-за стола и жестом указал на кресло напротив. — Садись. Нам есть что обсудить.

Я устроился в кресле, отметив, что оно расположено так, чтобы я видел и дверь, и окно. Привычка.

— Признаюсь, удивлён, — продолжил советник, усаживаясь обратно. — Когда мы сами предлагали тебе изучить Оплот Ветров, ты категорически отказался. Что изменилось?

— В тот момент были более перспективные задачи. А сейчас… ситуация, — ответил я. — Появились новые обстоятельства.

Драконоборец повернулся от окна, в его глазах мелькнул интерес.

— Какие именно? — спросил он прямо.

Я взглянул на него, оценивая. Прямолинейный мужик, который не любит ходить вокруг да около. Мне такие нравились — с ними можно было говорить без дипломатических реверансов.

— Мне нужно было помочь питомцу, — сказал я. — Но главное — я ищу Альфу Жизни.

Арий резко выпрямился в кресле, а Драконоборец замер.

— Альфу Жизни? — переспросил советник, в его голосе прозвучала нотка беспокойства. — Ты всё-таки нашёл след? Здесь? В Оплоте Ветров?

— Возможно, — кивнул я. — Она коснулась одного парнишки. Альфа Огня чувствует особую метку. Надеюсь на вашу помощь.

Драконоборец медленно выдохнул.

— Если это правда… — он покачал головой. — Тогда есть шансы. Первый Ходок говорил, что Альфа Жизни самый важный из семи ключей. Даже важнее крови. Жизнь всегда победит смерть.

— Именно поэтому я здесь и остался, намеревался поговорить с вами, но вы опередили. Иван, Арий… Мне нужна ваша поддержка. Не думаю, что обойдётся без друидов.

Арий кивнул с пониманием.

— Получишь. Мы наладили контакт со Жнецами, и в Оплоте сейчас много наших людей. Если Семёрка решит показаться — им конец.

— Подозреваю, что они уже здесь, — сказал я. — Но они не глупцы появиться в городе открыто. Максимум, что от них можно ожидать — диверсии. Или могут участвовать в турнире, занимаясь поиском Альфы в скоплениях людей.

Лицо Ария помрачнело.

— Нет предпосылок. Наша разведка ничего не зафиксировала.

— Вы кое-чего не знаете о бандите по имени «Зверь», — протянул я и коротко рассказал им обо всех событиях. А в конце не забыл добавить про воспоминания лже-Харона о прошлом оригинала. С каждым словом лица собеседников становились всё серьёзнее.

— Это невозможно, — пробормотал Драконоборец, когда я закончил. — Память мертвецов нельзя украсть. Это противоречит самой природе Раскола.

— Вот именно, — усмехнулся я. — А значит, что-то происходит. Что-то, чего мы не понимаем.

Арий и Драконоборец переглянулись. В их взглядах читалась озабоченность.

— Продолжай искать Альфу Жизни, — кивнул Арий. — Это критически важно. Только ты и… возможно, Тадиус способны на это. Роман выдвинул предположение, что она сама может не знать где она. Спряталась так глубоко, что забыла собственную суть.

Чёрт… И как мне решить этот вопрос, если Альфа Огня один раз уже не просканировала участников и стадион? До неё просто не дозваться!

— Кстати, о турнире, Макс. — вмешался Драконоборец. — Тот зверолов с Мантикорой. Нойс. Поберегись его.

Я вскинул бровь.

— Чем он опасен? Сильный зверь, согласен, но…

— Дело не только в силе, — Драконоборец подошёл к столу и оперся на него ладонями. — Раскол Южных Островов устроен иначе, чем наш. Там из трещин выбираются не звери, а настоящие монстры. Чистое зло, порождённое самыми тёмными глубинами. Мантикоры, виверны, химеры, выбирай кого хочешь.

— Искажённые твари, — добавил Арий. — Те, кто выживает в таких условиях, становятся… особенными. И Нойс — один из лучших укротителей в своих землях. Не недооценивай его стратегические особенности.

— Понял, — коротко кивнул я.

Драконоборец вдруг поднялся и направился к двери.

— Куда ты? — уточнил я.

— Сейчас мы покажем тебе то, ради чего позвали, — буркнул Иван.

Он вышел, оставив нас вдвоём. Арий нервно барабанил пальцами по столу.

— Максим, ты уверен в своих словах о памяти этого лже-Харона?

— Абсолютно, — ответил я. — Нет причин сомневаться.

— Дьявол… — советник потёр переносицу.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. В проёме показалась фигура, от одного взгляда на которую моё сердце перевернулось.

Григор!

Живой! И стоит на собственных ногах, даже выглядит ещё более массивным, чем прежде. Плечи как у медведя, руки толщиной с мою ногу. Волосы спутались от дороги, а в глазах плескалось что-то дикое и опасное. За его спиной маячил Драконоборец и вряд ли выглядел опаснее этого великана.

— Григор! — вырвалось у меня, не смог сдержаться.

Поднялся с кресла так резко, что оно качнулось, и шагнул к старому отшельнику. Великан расплылся в широкой ухмылке и распростёр объятия.

— Щенок! — загремел его голос, отразившись эхом от каменных стен. — Думал, больше не увидимся⁈