Николай Скиба – Егерь. Системный зверолов (страница 69)
Отскочить назад — плохая идея, он просто догонит. Влево-вправо — тоже под вопросом, скорость у волков отменная. Остаётся один вариант, рискованный, но эффективный.
Я рванул вперёд, навстречу атаке.
Волк не ожидал, что добыча сама пойдёт на него. На миг в его глазах мелькнуло удивление — и этого было достаточно. Зверь попытался перестроиться на ходу, но инерция уже несла его вперёд.
Падая вперёд и чуть вбок, я пропустил волка под собой и успел полоснуть ножом по его спине, ближе к позвоночнику. Не смертельно, но точно болезненно.
Волк пронёсся мимо, оставляя за собой брызги крови, и резко затормозил, скуля от боли в спине.
Чёрт, а я и правда стал сильнее и быстрее. Раньше такой манёвр мог не получиться — не хватило бы реакции. Неужели эволюция так сильно меня изменила?
Времени изумляться не было. Первый, с пробитым боком, всё ещё держался на ногах, хоть и пошатывался от кровопотери. А второй, с разрезанной спиной, уже разворачивался ко мне, но движения его стали осторожнее — почувствовал, что добыча кусается.
Где-то сбоку раздался оглушительный рык — кошка билась с альфой. Земля дрожала под их лапами, ветки трещали, когда массивные тела врезались в кусты. Клацанье клыков, глухие удары — верю в тебя, девочка.
— Чёртовы псы! — выругался один из наёмников, и я услышал мясистый звук клинка, входящего в плоть.
В этот момент раненый волк с пробитым боком качнулся и рухнул. Кровопотеря сделала своё дело.
Второй попытался зайти сбоку, но боль мешала ему двигаться быстро. Я видел, как он оценивает ситуацию — зверь умный, понимает, что товарищ мёртв, а сам он ранен. В глазах волка мелькнуло сомнение.
Сейчас главное — не дать ему опомниться. Откуда у меня такая уверенность?
Волк замер, его желтые глаза впились в мой нож. Уши прижались к голове, губы приподнялись, обнажая клыки. Низкое рычание вибрировало в груди зверя.
Но он не прыгал. Что-то в моей позе, в том, как я держал нож, заставило его засомневаться. Хищники чуют решимость — и этот почуял, что я готов драться.
Зверь сделал ложный выпад, проверяя мою реакцию. Я не дрогнул, сжав нож крепче. Волк отступил на шаг, его голова чуть наклонилась — он переоценивал ситуацию.
Именно в этот момент колебаний он всё же прыгнул — отчаяние пересилило осторожность.
Память тела сработала сама.
Я успел подставить левое предплечье под его горло — не в пасть, а именно под шею. Потоковое ядро взорвалось силой, и я всем весом прижал зверя к земле. Волк рухнул на спину, а я навалился сверху.
Правой рукой схватил его за затылок, вдавливая морду в мягкую почву. Волк забился, царапая когтями мои руки, но царапины были поверхностными.
Ещё сутки назад такой приём был бы мне не под силу. Но дикий зверь не собирался сдаваться — я едва держал его.
Интуитивно попытался приручить — татуировки полыхнули огнём, но передо мной появился будто клубок сплетённых нитей. Я почувствовал не одного зверя, а целую стаю, связанную невидимыми узами. Моя магия ударилась об эту стену.
Тогда одним точным движением перерезал горло. Волк дёрнулся последний раз и затих.
Слева раздался торжествующий рык кошки, потом — короткий, душераздирающий вой, который резко оборвался. Я обернулся и увидел её, стоящую над телом Альфы. Её клыки были красными от крови, а шерсть взъерошена. Альфа лежал с перегрызенным горлом.
Похоже я получаю какой-то процент опыта от боевых питомцев.
Посмотрел в сторону наёмников. Двое стояли, тяжело дыша, и вытирали мечи о траву. Третий — тот, что с усиками — прижимал ладонь к окровавленному плечу. Кровь сочилась между пальцев, но рана не выглядела смертельной. У их ног лежали тела двух волков, в лужах тёмной крови.
— Живы? — хрипло спросил я, подходя к группе. Голос сел от напряжения, а во рту стоял металлический привкус.
Фёдор кивнул, не отрывая взгляда от моего лица:
— Живы. А вот ты… — он покачал головой, глядя на тела волков. — Неплохо для парня, который совсем недавно лежал при смерти. Ты словно шире и выше стал. Спасибо за помощь, не забуду.
Я посмотрел на свои руки — они были в крови по локти, нож всё ещё сжимался в правой ладони.
Эволюция действительно изменила меня. Не кардинально, но достаточно, чтобы понять, какие перспективы это открывало в будущем.
Но сейчас мне было на это плевать.
Я стоял среди трупов волков, тяжело дыша. Руки тряслись — не от страха, а от прилива адреналина, который никак не хотел отступать. В горле пересохло.
Тишина после боя оглушила.
Только тяжёлое дыхание выживших, да густой и медный запах крови. Мёртвые тела волков лежали вокруг нас в неестественных позах, их серебристая шерсть потемнела от запёкшейся крови, а свечение угасало.
Кошка величественно подошла ко мне и села рядом. Её массивное тело ещё тяжело дышало после схватки, но в жёлтых глазах читалось спокойствие хищника, утолившего жажду охоты.
Фёдор и его люди смотрели на нас с опаской. Один из наёмников даже перекрестился, прошептав что-то о «жуткой громадине». Вряд ли про меня, хех.
А вот Виола…
Она встала, отряхнула пыль со своей одежды и посмотрела на меня с той самой надменной улыбкой, которую я так хорошо помнил. Словно последние минуты её ужаса и визгов были лишь незначительным неудобством, временно нарушившим её планы.
— Ну надо же, — протянула она, и в её голосе не было ни капли благодарности. — Зверолов-неудачник со своим… питомцем. Дедушка будет так рад узнать, что у тебя всё-таки появился зверь. И какой… крупный. Он явно захочет изучить его получше.
У меня невольно сжались кулаки. Эта наглая дрянь! Хрен с тем, как она разговаривает. Хрен с этими оскорблениями, для меня это пустой звук.
Но кажется, она совсем не понимает, что натворила. Тогда я покажу тебе это наглядно, пигалица.
Я сделал резкий шаг в её сторону.
— Эй! Стой, заразный! — выкрикнул один из наёмников, выставляя меч. — Не подходи к ним!
Кошка издала низкий, гортанный рык — её мускулистое тело напряглось, готовое к прыжку. Клыки, ещё красные от крови альфы, обнажились в угрожающем оскале.
Татуировки полыхнули в её посыле:
Наёмники замерли. Поняли, что перед ними хищник, способный разорвать их всех, едва я дам команду. Вот и хорошо, потому что на этот раз урок зазнобе точно нужно преподать. И дело вообще не во мне.
Не обращая внимания на их мечи, я шагнул к Виоле и схватил её за воротник. Она попыталась вырваться, но тщетно.
— Эй! Отпусти меня, — злобно прошипела она. — Ты хоть знаешь…
— Заткнись. И послушай меня внимательно, принцесса, — рыкнул я, разворачивая её лицом к её собственному питомцу.
Звёздный волк Виолы лежал у скалы, скуля от боли. На его боку зияла глубокая рана — видимо, во время схватки один из диких волков успел его задеть. Зверь тяжело дышал, а в его глазах читалась мука.
— Видишь? — ткнул я пальцем в сторону раненого волка. — Из-за твоего безрассудства чуть не погибли люди. И твой собственный питомец истекает кровью. Ты хоть понимаешь, что натворила? Тебе что, совсем наплевать на зверя?
Виола попыталась выкрутиться, но я держал крепко.
— Ай, мне больно! Отпусти меня, урод больной! Как ты смеешь! — процедила она сквозь зубы.
— Как смею? — я чуть не зарычал. — А что ты тут делаешь, дура? Ради чего? Каковы были ваши шансы против Альфы и стаи волков?
Виола дёрнулась, но мой захват был железным.
— Ты что себе позволяешь, выродок! — завизжала она, а потом вдруг обмякла — губы затряслись, глаза заблестели. — Мой дед тебя…
— Тьфу ты!
Она не понимала! Действительно не понимала, до сих пор!
Отпустил Виолу так, что она отшатнулась, и повернулся к Фёдору. Его взгляд метался между мной и кошкой.
— Теперь ты мне объяснишь, — мой голос стал тише. — Что вы тут все делали? Ночью, так далеко от дома?
Фёдор заколебался, глядя на Виолу. Но когда мои татуировки вспыхнули красным огнём, а кошка сделала шаг вперёд и он поспешил заговорить.
— Она наняла нас, — пробормотал он, поджав губы. — Сказала, что сама хочет поймать питомца.