Николай Скиба – Егерь. Системный зверолов (страница 64)
— Ты охотилась на него специально, — сказал я кошке. — Это не случайная встреча. Ты знала, где он появится, и ждала. Выслеживала всю эту неделю.
Кошка поднялась и подошла к телу рысака. Лапой она аккуратно перевернула тушу, обнажив живот зверя.
Принюхалась, затем посмотрела на меня. В её взгляде было что-то просящее. Она мяукнула — короткий, требовательный звук.
— Что ты хочешь? Ты хочешь его… внутренности? — не спрашивал, а констатировал я, попытавшись использовать татуировки. Их обдало жаром, и зверюга мяукнула ещё раз, не отводя взгляда. В её глазах читалось не просто желание — настоящая потребность.
Присел на корточки рядом с тушей, размышляя.
Сейчас кошка доверяла мне настолько, что просила об услуге, это мне только на руку, если хочу приручить. Хочу ли я обманывать её доверие? Точно нет.
Красавчик тихо пискнул у меня на плече, чувствуя мое волнение. Я погладил его, не отводя взгляда от кошки.
— Хорошо, — сказал я тихо. — Помогу тебе.
Достав нож, аккуратно вскрыл грудную клетку рысака. Работа была не из приятных, но я справился быстро и чисто. Сердце оказалось размером с мой кулак, тёмно-красного цвета с синеватыми прожилками, похоже следы магической энергии.
Едва я вытащил его, как кошка рыкнула без агрессии, подошла и принюхалась к сердцу. Её зрачки расширились, а в воздухе появился легкий озоновый запах.
— Всё? — спросил я. — Тебе нужно сердце?
Хищница лишь развернулась и лениво направилась к границе безопасной зоны. Я замотал орган рысака в тряпицу и отправился за ней, качая головой. Деликатес это у неё, что ли?
Дорога домой прошла в молчании. Теперь кошка шла рядом, не отставая ни на шаг. Время от времени она поглядывала на тряпицу в моих руках, и в её глазах вспыхивал голодный огонёк.
Красавчик вёл себя беспокойно. Он чувствовал напряжение в воздухе, магическую энергию, исходящую от завёрнутого сердца. Несколько раз он спрыгивал с моего плеча и семенил рядом, поглядывая на кошку с опаской, но та словно не замечала его.
Когда мы наконец добрались до дома, солнце уже клонилось к закату. Золотистые лучи пробивались сквозь окна, окрашивая комнату в тёплые тона. Кошка остановилась на пороге, словно ожидая приглашения.
— Проходи.
Положил сердце на стол и развернул ткань. Орган всё ещё источал магическую энергию — он словно пульсировал собственной жизнью.
Похоже, пора…
Кошка вдруг подошла совсем близко и положила лапу на мою ладонь. Жест был четким и недвусмысленным.
Я сел на краю кровати, протянув руки к хищнице.
— Кыш, — шикнул я на горностая, и тот, словно понимая серьёзность момента, спрыгнул с меня и укрылся в углу комнаты. Решил остаться и наблюдать за происходящим с безопасной дистанции.
Огромная хищница села передо мной, её жёлтые глаза смотрели прямо в мои. В них не было ни страха, ни агрессии — только спокойная решимость.
— Хорошо, девочка, — прошептал я, медленно поднимая руки. — Давай попробуем.
Осторожно положил ладони ей на голову, чувствуя под пальцами мягкую шерсть и тёплую кожу. Мгновенно ощутил пульсацию — не физического сердцебиения, а чего-то более глубокого. Магическая энергия текла под моими ладонями, как подземная река, мощная и древняя.
Мои татуировки отозвались немедленно. Красные узоры вспыхнули ярким светом, заливая комнату багровым сиянием. Жар разлился по предплечьям, согревающий, как солнце после долгой зимы.
Почувствовал, как от моих рук протягиваются невидимые нити — не физические, но вполне реальные. Они тянулись к сознанию кошки, ища разрешения войти, установить связь.
И…
Она позволила.
Вместо сопротивления, которого я ожидал от такого гордого и независимого существа, кошка добровольно открылась мне. Её сознание не было крепостью, которую нужно было штурмовать — она сама распахнула ворота, позволяя мне войти.
Что… Что это?
Сила.
Невероятная, первобытная сила хищника, который знал себе цену. Гордость, доходящая до высокомерия — она не могла позволить хоть кому-то забыть об этом. Даже своему Мастеру.
Но глубже, под этими доспехами из гордости и силы, я нашёл преданность.
Не слепую покорность, которую встречал у обычных питомцев, а осознанную преданность того, кто выбрал сам. Она помнила мою доброту, когда я кормил её рыбой в мастерской. Помнила, как лечил её раны после схватки с волками.
В её памяти я увидел кадры нашего знакомства с её стороны — как она наблюдала за мной из тени, как оценивала каждый мой поступок, как медленно, осторожно училась доверять. Каждое проявление заботы записывалось в её сердце, как строчки невидимого договора. Ей было важно даже, как я обращаюсь с горностаем.
Магические потоки сливались в единое целое. Моя сила Зверолова переплеталась с её дикой магией, создавая нечто новое — связь, основанную на взаимном уважении и доверии.
Ощущал её эмоции, как свои собственные. Удовольствие от удачной охоты, раздражение от глупости людей, которые не понимали её истинной природы. И под всем этим — глубокую, почти детскую потребность в понимании, в том, чтобы кто-то увидел в ней не просто опасного зверя, а личность.
Процесс казался вечностью, но на самом деле длился считанные секунды. Постепенно свечение моих татуировок стало мягче, а магические потоки успокоились, найдя своё русло.
На шее кошки, прямо под левым ухом, проступила красная ярко горящая спираль. Символ нашего союза.
Убрал руки с её головы, чувствуя лёгкое головокружение от внезапного разрыва такой интенсивной связи. Кошка посмотрела на меня как обычно, словно между нами вообще ничего не изменилось.
— Ну что, девочка, — сказал я, протягивая руку. — Теперь вместе?
Она обнюхала мою ладонь, затем лизнула её шершавым языком. Жест был коротким, но красноречивым.
Красавчик осторожно приблизился, его любопытство пересилило страх. Кошка посмотрела на него сверху вниз — с неким снисходительным интересом к новому младшему товарищу. Она лениво рыкнула в его сторону, Красавчик недовольно фыркнул и запрыгнул ко мне на руки, словно показывая, кто здесь был первым.
Я же чувствовал себя отлично, поэтому взглянул на завёрнутое в тряпицу сердце рысака. Теперь понятно, почему кошка так требовала вскрыть ту зверюгу. Она уже давно достигла потолка и жаждала развития.
Силы у меня были, так чего тогда тянуть?
Я быстро приготовил новую порцию еды для Иглистого Ушкана.
— Пойдём, — сказал кошке, забирая со стола сердце рысака и миску с кормом. — Найдём укромное место.
В полигоне царила тишина, если не считать ушкана, который настороженно уставился на нас из своей клетки. Большие чёрные глаза следили за каждым нашим движением.
Я поставил миску с едой рядом с клеткой и медленно открыл её. Он сжался в комок, готовый к прыжку.
— Тихо, — мягко произнёс я, активируя татуировки. — Ешь.
Красные узоры вспыхнули ярким светом, и волна успокоения прокатилась по воздуху. Ушкан дрогнул, его мышцы расслабились, и он с любопытством принюхался к предложенной еде.
Я прошёл к центру, где на полу лежала старая солома, и сел прямо на неё, скрестив ноги.
Хищница последовала моему примеру, устроившись напротив с кошачьей грацией. Её хвост лениво покачивался, но глаза горели напряжённым вниманием.
Развернул тряпицу и поместил сердце теневого рысака между нами.
Орган всё ещё пульсировал магической энергией. От него исходило слабое свечение, и воздух вокруг мерцал от концентрированной магии.
— Готова? — спросил я тихо.