Николай Скиба – Егерь. Сердце стаи (страница 5)

Водный гепард отчаянно пытался защитить хозяйку, но от количества ранений его атаки стали жалкими против такой силы.

Бесполезно. Кто бы с ней не сражался, они не атакуют, они играют. Ветер не просто бьёт — он отрезает пути к отступлению, создаёт мёртвые зоны. Вода вымывает опору из-под ног, бьёт точечно по суставам. Это не бой. Это загон.

— Нет-нет! Господи… ПОМОГИТЕ! — мольбы девушки тонул в рёве стихий.

Бедняжка… У неё осталось так мало сил.

Ветер сомкнулся вокруг неё смертельными объятиями, и крик оборвался. Водный гепард рухнул рядом, его великолепная шкура потускнела.

Одно я знал точно — та девушка погибла. А сила, которая её убила, была неизмеримо больше всего, с чем мне приходилось сталкиваться.

Видение сменилось. Величественный и смертоносный огненный тигр предстал перед моим мысленным взором. И снова смена. На этот раз на меня мудростью тысячи лет смотрел ледяной олень.

И вдруг картина изменилась снова.

Видение затянуло меня глубже.

Вокруг завихрились потоки воздуха, переливаясь серебристыми нитями в лунном свете. Ветер обретал плотность, словно невидимая рука ткала из него живую материю. Сначала появились лишь смутные очертания — четыре лапы, изящно изогнутая спина, длинный хвост. Воздушные потоки сгущались, переплетались, создавая мускулы и кости из чистой стихии.

Постепенно проявлялась шерсть — каждый волосок казался сплетённым из ветра, но выглядел осязаемо реальным. Глаза цвета грозового неба зажглись последними, в их глубине плескалась мудрость и сила.

Когда величественная рысь полностью материализовалась передо мной, я понял…

Режиссёр показывал самого себя.

Глава 3

Утреннее солнце осветило долину, которая уже перестала быть дикой. По её периметру работали десятки людей, вбивая в землю частокол. Вовсю поднимались деревянные основания будущих сторожевых вышек. Стража пристально наблюдала за работой с холмов, а их командир периодически спускался проверить ход дел.

Я спешился с лошади, и сейчас стоял на том самом возвышении у озера, где планировал построить главное здание, и обозревал кипящую вокруг деятельность. В долину непрерывным потоком прибывали ресурсы.

Но больше всего внимания привлекали именно рабочие и их питомцы. Мастера с земляными быками погоняли своих массивных питомцев, запряжённых в тяжёлые платформы. Громадные звери медленно тащили по размеченным тропам доски, брёвна и каменные блоки к местам будущих построек. Земляные кроты быстро и точно рыли траншеи для будущих оснований построек. Ветряные скакуны помогали доставлять материалы в самые труднодоступные места долины.

— Максим Александрович, — окликнул меня знакомый голос.

Обернулся. По склону ко мне поднимался Василий, держа в руках свою неизменную записную книжку. Худощавый бригадир выглядел деловито и собранно, хотя на лбу уже проступил пот — день только начинался, а работы было выше крыши.

— Как дела?

— Материалов хватает, люди и звери работают, — доложил он, подойдя ближе. — Есть что заметить по ходу работ?

Я окинул взглядом восточную часть долины, где уже размечались будущие вольеры.

— Да, несколько моментов. Вот здесь, — указал на склон, — планируем размещать хищников. Преобладающие ветра в этих краях какие? Западные и северо-западные, верно?

— Да, — строитель выпучил глаза.

— Отлично. Именно поэтому хищники должны быть выше по склону — их запах будет уносить в сторону от травоядных зон. Поэтому уточнил, на всякий случай.

— Понятно, — Василий что-то записал.

— И ещё, — я продолжил, — нужно продумать систему водоотведения от вольеров. Дополнительные канавки не помешают, особенно для зон, где будем содержать водные виды.

— А какое расстояние держать между вольерами и тренировочными площадками? — уточнил строитель.

— Минимум двести метров. Звуки боёв не должны постоянно беспокоить зверей, особенно молодняк. Стресс влияет на рост и развитие.

Василий внимательно слушал, изредка задавая уточняющие вопросы. Его интерес был искренним — опытный строитель понимал, что передо ним не просто богатый заказчик, а человек, который знает своё дело.

— Никогда не встречал Зверолова, который так глубоко продумывает детали, — признался он. — Обычно говорят: «Построй вольеры, чтоб звери не сбежали», и всё. Конечно, преувеличиваю, но всё же…

— А потом удивляются, почему питомцы болеют или плохо развиваются, — отозвался я. — Каждая мелочь важна.

У площадки под будущий склад кормов я заметил проблему — фундаментная траншея была вырыта под неправильным углом. Она шла поперёк склона холма, а не вдоль, что грозило проблемами с дренажом во время дождей. Вода будет скапливаться у основания здания, размывая фундамент и превращая территорию в болото.

Земляной крот, работавший там, тяжело дышал, высунув розовый язык, явно измученный многочасовым трудом под палящим солнцем.

— Стоп! — крикнул я, спускаясь вниз. — Траншея неправильная! Нужно переделывать!

Но вместо того, чтобы разобраться в ошибке, Мастер разъярился:

— Ленивая бестолочь, как ты меня достал! Из-за тебя переделывать! — рявкнул он и замахнулся железным прутом на изнурённого зверя.

Щелчок моих пальцев отчётливо прозвучал в утреннем воздухе.

Афина материализовалась прямо позади Мастера, и её массивное тело обрушилось на него всем весом. Мужчина с криком рухнул лицом в землю, а железный прут отлетел в сторону. Кошка припечатала его к земле огромной лапой и глухо зарычала, обнажив клыки размером с кинжалы.

— Отпусти, — скомандовал я, спускаясь по склону. — Сильно не дави, в тебе дури много.

Афина послушно отошла, но осталась рядом, готовая в любой момент снова вмешаться. Мастер с трудом поднялся, отряхивая грязь с одежды. Его лицо было бледным от неожиданности.

— Что за чёрт…

— Здесь никто не будет бить зверей, — холодно произнёс я, подойдя ближе. — Ясно?

— Но это мой питомец…

— Мне плевать. Ты жалуешься на то, что нужно переделывать, хотя это всё равно будет делать зверь, который выполнял твои команды? Так сильно хочешь побыстрее свалить отсюда? На моей территории действуют мои правила, уясни это.

Василий поспешно спустился следом, явно обеспокоенный конфликтом.

— Рейнджер, — осторожно начал он, — но так давно всё работает. Мастера имеют право…

Ярость вспыхнула в моей груди, как лесной пожар. Тёмная энергия в ядре отозвалась на эмоции, и я почувствовал, как что-то хищное шевелится в глубине сознания.

Резко повернулся к бригадиру, и тот невольно отступил назад от выражения моего лица.

— Я не понял, ты хочешь поспорить со мной?

Это был рык защищающего свою территорию хищника, который заставил всех замереть.

Василий быстро замотал головой:

— Нет-нет, Рейнджер, конечно, нет! Как скажете, так и будет!

— Отлично. Тогда передай всем: кто поднимет руку на зверя, того я лично вышвырну с моей земли. Без разговоров. И только этим человек не отделается.

Мастер с земляным кротом торопливо кивнул и поспешил отойти в сторону, не решаясь возразить. Остальные рабочие переглянулись между собой, но молча вернулись к работе.

Когда напряжение спало, я озадаченно почесал затылок. Приступ ярости был… странным. Слишком сильным, слишком звериным, и это было совсем на меня не похоже. Словно исходил из самого ядра.

К моей ноге прижалось тёплое тело. Режиссёр бесшумно подошёл и осторожно потёрся о колено, словно пытаясь успокоить и поддержать. В его прикосновении читалось одобрение — рысь видела мой внутренний конфликт и давала знать, что я поступил правильно.

— Так-то оно так, дружище. Но не с такими эмоциями, — выдохнул я и погладил его по голове.

Режиссёр удовлетворённо мурлыкнул, а затем грациозно отошёл к озеру — рысь явно нуждалась в прохладе после утренней жары. Афина последовала за ним, её массивное тело отбрасывало длинную тень на траву.

Василий нервно откашлялся, привлекая моё внимание:

— Рейнджер, я передам всем. Никакого насилия над зверями. Это понятно.

— Хорошо, — кивнул я, успокаиваясь. — Пошли взглянем. Нужно разобраться, почему так вышло.

Мы спустились к проблемной площадке. Земляной крот всё ещё тяжело дышал в тени повозки, где его оставил Мастер. Зверь явно был измотан.

— Видишь? — показал я Василию. — Траншея идёт поперёк склона. Первый же ливень превратит это место в болото.

Бригадир нахмурился, присел на корточки и внимательно осмотрел работу.