Николай Сизов – Зачем мне этот миллион? (страница 14)

Шуруев, войдя в зал, окинул его пристальным оценивающим взглядом, словно генерал будущее поле сражения. Около макета застройки он заметил старика Метлицкого. Положив подбородок на трость, тот пытливо всматривался в панораму проектируемого микрорайона. Шуруев поспешно направился к нему.

— А я-то вас жду в кабинете, Модест Петрович. Очень, очень рад, что выбрались к нам. — И недовольно бросил Круглому и Раисе Львовне: — Надо было сначала ко мне.

Метлицкий долго, подслеповато смотрел на Шуруева и прошамкал:

— Здравствуй, Ванюша. А ты еще ничего, держишься. Как Надежда Кирилловна? Скрипит?

— Ошиблись вы, Модест Петрович. — Вадим Семенович оглянулся кругом, поморщился. — Шуруев я, Шуруев.

Метлицкий нахмурился, напряг память.

— Шуруев? Ах да, Шуруев. Сон мне тут как-то приснился. Будто Москву стеклянной крышей перекрывать собираются. Фантастика, думаю. А вскоре звонок — к тебе приглашают. Какой-то грандиозный проект обсуждать. Сон-то, оказывается, в руку. А?

— Ну, со столицей нам тягаться трудновато, однако…

Метлицкий, показывая на макеты, спросил:

— Ваши творения?

— Наши, наши, Модест Петрович. Очень это расчудесно, что вы их посмотрите. Каждое слово ваше запишем и учтем.

Шуруев снова оглядел зал.

— Так, может, начнем? Не возражаете, Модест Петрович?

— Как знаете, как знаете.

Участники совета, стараясь не очень греметь стульями, усаживались на места.

Шуруев взял в руки микрофон.

— Нам предстоит, товарищи, обсудить один, но очень важный вопрос. Принято решение о реконструкции нашего областного центра и строительстве нового жилого района в объеме примерно пятисот тысяч квадратных метров. Дело, как видите, исключительно ответственное, а если учесть предельно ограниченные сроки, которые нам даны, то и довольно сложное. Если Приозерск мы будем приводить в порядок не год и не два, будем располагать временем для того, чтобы семь раз отмерить и один раз отрезать, то с новой застройкой дело обстоит несколько сложнее. Мы очень остро нуждаемся в жилье, и областные и городские организации считают, что возведение первой очереди нового района начинать надо уже с будущего года. Конечно, это вовсе не значит, что мы будем строить что-нибудь и как-нибудь. Нет и еще раз нет.

Мы должны будем создать такой жилой массив, чтобы он добрую сотню лет радовал взоры людей. Видимо, мы под эту застройку отведем левый берег Серебрянки и берег озера Тростникового. Назовите мне лучшее место для такой благородной цели. Так грешно же будет застроить такое раздолье без истинной красоты и трепетного вдохновения… По поручению руководства института проектная группа, возглавляемая Глебом Борисовичем Круглым, некоторое время назад начала в предварительном плане готовить свои соображения по новому жилому комплексу. Нам представлены эскизный проект планировки Левобережья, система инженерных коммуникаций, предварительная схема транспортных связей, система общественного обслуживания… Наконец, вашему вниманию предлагается тип жилого здания, предполагаемого к привязке на Левобережье. Я не собираюсь отбивать хлеб у Глеба Борисовича и не буду характеризовать и анализировать плюсы и минусы представленных работ. Хочу лишь еще раз подчеркнуть, что проектная планировка, как и все материалы, представляется в предварительном, консультативном порядке. Учитывая, однако, огромное значение предстоящего дела, напоминаю о нашей с вами ответственности за него и призываю отнестись к предстоящему разговору со всей возможной серьезностью. Если члены совета не возражают, я предоставляю слово товарищу Круглому.

Круглый взял указку, подошел к основному планшету и, после небольшой паузы, сдерживая волнение, начал свое сообщение:

— Участникам сегодняшнего форума наглядно, так сказать, представлены все необходимые материалы. — Круглый показал на обвешанный схемами зал. — Поэтому пространного доклада я делать не собираюсь. Позволю напомнить, что уже подчеркивал Вадим Семенович, все это лишь предварительные, эскизные варианты.

Сегодня общепризнано, что система общественного обслуживания в жилых массивах должна дополнять комфорт, который обеспечивает человеку квартира. Фактически понятие «жилье» приобрело теперь новое значение и включает в себя представление не только о доме и квартире, но и обо всем комплексе, определяющем уровень бытовых услуг. Рассматриваемый проект планировки жилого массива на Левобережье Серебрянки учитывает опыт строительства жилых комплексов в Москве, Ленинграде, Киеве, Минске, Вильнюсе. Разумеется, при этом приняты во внимание местные градообразующие факторы: почва, рельеф местности, климат и другие. Что касается жилых строений, то мы, тоже предварительно, разумеется, предлагаем вашему вниманию новую модификацию сборного каркасно-панельного дома, известного в архитектурно-строительной среде как «СКП-10». В чем его отличие от тех, что возводятся в нашем да и не только в нашем городе? Повышена этажность, она, как мы полагаем, может быть доведена до 12—16 этажей, изменена внутренняя планировка, заново переконструирован санитарно-технический блок…

— Сортиры, надеюсь, не вместе с ванной? — Это неожиданно проскрипел голос Метлицкого.

Возникла пауза, потом в зале раздался смешок. Однако под насупленным взглядом Шуруева оживление в зале смолкло. А Метлицкий продолжал:

— А коридорчики-то… полтора метра? Мы со своей половиной, например, не разойдемся. Значит, придется очередь-график устанавливать, кому и когда идти? И кухня убогая, не повернуться.

— Совершенно точно! — вставил Стрижов.

Шуруев обеспокоенно посмотрел на Круглого. Тот, натянуто улыбаясь, стал объяснять:

— Совмещенных узлов, Модест Петрович, не будет. Коридоры — да, узковаты. Кухня — да, маловата. Таков шаг несущих конструкций.

— А кто вас ограничивал с этим самым шагом?

— Экономика.

— Не то говорите, батенька, не то. — Метлицкий метнул сердитый взгляд на Круглого и замолчал.

С легкой руки старика Метлицкого вопросов посыпалось много: и почему такая этажность, и зачем такое обилие стекла — ведь в Приозерске и морозы сильные бывают, и как со звукоизоляцией…

Круглый начал уже беспокоиться и подумал с тоской, что зря вытащили сюда этого «патриарха», но за столом поднялся Шуруев.

— Хочу дать небольшую справку: проектировщики выполнили точно наши требования — не выходить за принятую среднюю стоимость квадратного метра, сферы же обслуживания несколько расширить.

Но вновь раздался голос Метлицкого:

— Вы, товарищ Круглый, убедительно доказали, как будет компенсироваться малый объем бытовых служб в квартирах. Маленькая кухня? Иди в ресторан. Ванная комната как скворечник, — в бассейн идите. Ну а если я не хочу в этот самый ресторан? И в бассейн не хочу? А хочу в ванну. Или это уже консерватизм? А? — И затем другим, сразу потускневшим голосом продолжал: — Новое, конечно, искать надо. Как же, обязательно. Только чтобы не хуже старого.

Шуруев подбросил Круглому еще один спасательный круг:

— Скажите нам, Глеб Борисович, как в итоге вырисовываются экономические расчеты?

— Мы укладываемся точно в установленные нормативы. Потому-то и возникают некоторые из поднятых сегодня вопросов. Прибавьте нам хотя бы по пятнадцать — двадцать рублей на квадратный метр, и все они будут сняты. Может, раскошелитесь?

Шуруев пообещал с улыбкой:

— После совета скинемся.

Раздался напряженный голос Коваленко:

— У меня есть вопрос.

— Пожалуйста, товарищ.

— Глеб Борисович, как с церковью святой Варвары? И вообще с архитектурным ансамблем Старо-Спасского монастыря?

— Святую Варвару мы не обидим. Застройка не зайдет дальше границ заповедника. Правда, автомагистраль срезает кромку охранной зоны, но немного, триста — четыреста метров.

Коваленко заметил:

— Но ведь загораживаем весь памятник. Никто не увидит церквушку.

— Кому нужна эта самая преподобная Варвара, тот найдет и увидит.

Этот ответ Круглого поддержали смешком, и Глеб Борисович отвернулся от Коваленко, ожидая очередного вопроса.

Коваленко, наблюдая ход архитектурного совета, отмечал про себя, как умело Шуруев уводит его от опасных рифов и подводных камней. Делает это живо, с увлечением, расточая свои широкие, добродушные улыбки. Бросилось ему в глаза и то, как нервозно ведет себя Стрижов, с трудом удерживаясь от реплик и вопросов. Конечно, планировка застройки пока не проработана, тип сборно-каркасно-панельного дома «СКП-10» тоже не ахти какая находка. Так думали многие. Но ведь надо-то срочно и без излишеств, потом, в областных и республиканских организациях эти эскизы как будто уже смотрели.

Сергей чувствовал, что опрокинуть предложения Шуруева и Круглого почти невозможно, слишком явным было общее настроение участников совета.

Год работы в этих стенах — срок крайне маленький, чтобы выступать против таких китов, как Шуруев и Круглый. А потом, не будем отбирать лавры у товарища Стрижова, подумалось Сергею, он же хотел сегодня высказать все, что думает по поводу застройки.

Коваленко с некоторых пор чувствовал двойственное отношение к Стрижову. Его немногословность, упорство, независимость суждений по-прежнему тянули к себе. Но эта странная, удивительная привязанность к нему Нади… Как только Сергей вспоминал об этом, сразу же настраивался против Анатолия Федоровича. Вот и сейчас он, тронув Надю за плечо, проговорил: