Николай Шевченко – Уравнение (страница 5)

– Иван составил формулы и уравнения, превратив наш мир в этакую математическую модель Бытия – сообщил прапрадед.

– И что? – спросила его жена.

– А то, что он замахнулся на творение Божье! – воскликнул Илья Григорьевич и видя, что никто не понимает смысл, того о чём он говорит спросил – Вы помните, что случилось с чашкой, после того, как я написал его уравнение?

– Да, чашка рассыпалась – ответил сын Ильи Григорьевича.

– Что будет с миром, если он допишет свою формулу? – спросил Илья Григорьевич.

Никто не ответил.

– Через неделю он завершит работу – сообщил прапрадед.

– На следующей неделе все Вербловские, пошли в гимназию, где проходили собрания математического общества. У доски стоял худощавый молодой человек. Он писал на трёх досках формулы и уравнения. Наконец в конце третьей доски он закончил писать длинное уравнение и сказал – сейчас у меня два варианта решения или я ставлю знак плюс и всё остаётся таким же предсказуемым или ставлю знак минус, и мы погружаемся во время перемен и новых решений.

Он замолчал и осмотрев зал сказал – я выбираю знак минус и будем смотреть, что из этого получится.

Он повернулся к доске собираясь закончить уравнение.

– Не делай этого – крикнул Илья Григорьевич, встав со своего места и идя к доске.

Иван улыбнулся, дописал уравнение, в ответе поставив знак минус. Он повернулся к залу. Все ожидали, что сейчас, что – то произойдёт.

– Решение записано, но нужно время, чтобы оно вступило в силу – сказал Иван с довольным видом вытерев руки от мела, поклонился и покинул аудиторию.

В аудитории находилось двадцать человек, участников сообщества. Они некоторое время обсуждали написанное на доске. Потом все разошлись. Илья Григорьевич не стёр уравнения и формулы, а развернул доски к стене. На следующее собрание Иван не пришёл, не пришёл и через неделю. Он исчез, но самое странное, что и квартира в доме, где он жил исчезла словно квартиры в доме просто никогда не было. Вместо входной двери – стена. Илья Григорьевич ходил к нему домой. Опрашивал соседей. Соседи даже приглашали священника осветить дом, после исчезновения квартиры с соседом – закончил рассказ Владимир Николаевич и замолчал.

– Значит у него ничего не получилось? – спросил я.

– В том – то и дело, что получилось – с сожалением ответил Владимир Николаевич и сказал – несколько месяцев назад к нам постучал сосед и передал письмо, которое лежало в лифте на полу и было адресовано нам. Это было письмо от Ивана Самойлова, который просил, чтобы ему доставляли мел.

Прогулка по городу

– Лиза говорила, что носит мел, но я так и не понял, почему он не покупает мел в магазине? – спросил я.

– Как бы понятней выразиться – задумчиво сказал Владимир Николаевич – в общем, творит чудеса с его уравнениями именно наш мел.

– Мел творит чудеса с уравнениями? Чем Ваш мел отличается от любого другого? – ничего не понимая, снова спросил я.

Все переглянулись, и Мария Сергеевна сказала – наверное, надо, чтобы Андрей всё понял.

Я не понимал, что я должен понять. Лиза встала из – за стола, подошла к окну и отдёрнула штору.

– Андрей – позвала она меня.

Я подошёл к ней.

– Посмотри в окно – попросила она.

Что я там не видел – захотелось спросить, но… За окном был другой мир. Люди были одеты не так, автомобили не знакомых марок, деревья и цветы на улице. Я внимательно смотрел на мир за окном, не понимая это изменение привычной для меня реальности. Я посмотрел на родителей Лизы.

– Что – то не так за окном, какое – то всё не такое – сказал я растерянно, не понимая, где привычный пейзаж.

Видя, что я так и не сообразил, что они хотели мне показать, Владимир Николаевич попросил Лизу, сходить со мной прогуляться. После еды мне и самому хотелось пройтись, тем более, что сегодня была отличная погода, солнце грело уставших от дождей горожан. Я понимал, что – то не так, но ответ я ещё не получил. Мы вышли из квартиры и я направился к лифту.

– Нет, мы спустимся по лестнице – предупредила Лиза.

Спустившись на первый этаж, я увидел, что оставленный в парадной торт и цветы исчезли. Мы вышли из дома. Это была не та улица, на которой я так долго ожидал Лизу. Я остановился в каком – то оцепенении, испытав шок от увиденного изменения реальности. Я стоял и не мог понять, где я нахожусь, где мой город!

– Что происходит? – спросил я осматривая улицу.

– Пойдём гулять – предложила Лиза, игнорируя мой вопрос, стараясь вывести меня из состояния ступора.

Она взяла меня за руку и потянула за собой. Я пошёл за ней. Прохожие, которые встречались нам, были одеты не так, как мы обычно одеваемся в джинсы, джемпера, куртки. Женщины все были одеты в платья и плащи, мужчины в основном в костюмах и лёгких пальто. Хорошо, что идя в гости, к Лизе я надел костюм – подумал я, смотря на мужчин одетых в костюмы. На улице было тепло и воздух казался чище.

– Пойдём – тянула меня за руку Лиза, не давая останавливаться и задавать вопросы.

– Идём на Сенную – объявила она.

Мы шли по обычному для меня маршруту, но в данный момент не очень узнаваемому. Я испытывал странное чувство, словно находился в своём городе и одновременно в чужом. Зданий новой постройки по пути не встречалось, словно их не было вовсе. Шли по мосту Ломоносова. Чернышев мост – прочёл я на табличке. Мистика какая – то происходит – думал я о невероятной смене декорации города. Повернули налево и пошли вдоль Фонтанки. Не было здания Лениздата, на его месте был парк. Здание БДТ находилось на месте, но название было другое – Императорский Малый театр. Я остановился.

– Что происходит? Куда исчезли здания? Где я нахожусь? – начал я задавать вопросы Лизе.

– Лиза, я ничего не понимаю, всё не такое, как должно быть – спрашивал я, пытаясь получить от Лизы объяснений.

– Пока держись и ничего не спрашивай – попросила меня Лиза.

Свернули на Гороховую, затем на Садовую. Шли молча, Я крутил головой и осматривал знакомые и в то же время не знакомые дома и улицы.

Возможно я сплю и это сон – подумал я.

Лиза не торопила меня, я имел время и возможность осмотреть изменения привычной для меня картины города. Мы вышли на Сенную и я увидел огромный храм, с пятью куполами. Я повернулся к Лизе.

– Церковь «Спас на Сенной» – сказала она.

– Её же взорвали – сказал я, не веря своим глазам.

– Наверное взорвали, но в Вашем мире, а у нас все на месте – сказала она и не дав мне ничего сказать, взяла за руку и потащила за собой.

– В моём мире? – переспросил я, идя послушно за ней.

– Взорвали в моём мире? – снова спросил я и вдруг понял!

Я понял то, во что не хотел верить. Это не мой привычный мир! Это мир Лизы. Это какой – то параллельный, альтернативный мир, в котором я оказался. Я закрыл глаза и сказал вслух – это всё не правда.

Открыв глаза, я снова сказал вслух – это не правда, потому, что этого не может быть.

Лиза остановилась и посмотрела мне в глаза.

– Мы живём в разных мирах – призналась Лиза.

Моя голова готова была разорваться от мыслей. Это мистика какая – то. Я начал понимать смысл её слов – другой мир! Фантастика или галлюцинация? Этого не может быть, потому, что не может быть! Не может быть! Не может быть! Не может… Мир один – мир, в котором я живу! Да, но я же сейчас здесь и вижу храм на Сенной площади. Где реальность? Я не мог допустить реальность нахождения в (как я решил) параллельном мире. Я постоянно останавливался и Лизе приходилось уговаривать меня идти дальше. Она вела меня за руку, так как я находился в каком – то невменяемом состоянии. Лиза повела меня в кафе, чтобы я как – то пришёл в себя. У входа в кафе нас встретил официант и провёл к свободному столику.

– Здесь тоже вкусные пирожные – сообщила Лиза, усаживаясь за стол.

Подошёл молодой официант – что желаете? – спросил он нас.

– Пирожные и чай с чабрецом – заказала Лиза.

– Сию минутку будет готово – сказал официант и убежал исполнять заказ.

– Я вижу, что я нахожусь в другом мире, но в каком? – спросил я.

– Когда вернёмся, отец всё объяснит – ответила Лиза.

Хорошо, буду ждать объяснение Владимира Николаевича – решил я. Официант принёс вазу с маленькими пирожными, просто на два укуса, но много, полную вазу. Подал чайнички с чаем и каждому разлил в красивые чашки.

– Теперь я угощаю – весело сказала Лиза.

Я увидел своё любимое пирожное – картошка. С него и начнём – подумал я и взяв пирожное с удовольствием откусил кусочек. Это пирожное было намного вкуснее того, к которому я привык.

– Вкусное пирожное – сказал я, беря ещё одно.

Чай был душистый, пахнущий травами. Пирожные вкусные. Мы съели всё. Официант принёс счёт. Лиза достала деньги.

– Можно? – спросил я и взял монету достоинством рубль.

На ней был изображён профиль человека с короной на голове и двуглавый орёл. Официант забрал деньги, дал сдачу мелкими монетами, получил от Лизы чаевые и приглашая заходить, проводил до выхода. Мы ещё прогулялись по площади. Мне хотелось запомнить всё, что меня окружало.