Николай Серый – Тёмные лучи (страница 17)

Вот и остался в судьбе

Этот глухой водоём.

(15 мая 1981 года, Армавир)

В старинном доме начинались танцы,

И зал был душен светом и гостями,

С улыбками стояли иностранцы,

И мне хотелось объясниться с Вами.

Я был опять неискренен и весел…

Супруг у Вас – подобие вельможи!..

Зелёный бархат феодальных кресел

Вы приласкали золотистой кожей.

Аристократы ели утончённо,

А век плебеев мнился веком прошлым…

Соседка мне твердила возмущённо:

«Мужик до смерти остаётся пошлым!..»

Все гомонили весело и вздорно,

И брал еврей аккорды на рояле…

А Вы смотрели на меня упорно

И, кажется, о чём-то вспоминали…

(19 мая 1981 года, Армавир)

Сегодня – шуточки вечерние,

Вино в весеннем парке пили…

Её нет краше и манернее,

И все о ней загомонили.

При этой хрупкой, нежной прелести

Она отнюдь не беззащитна.

В душе у ней хватает смелости,

Чтоб выбирать легко и скрытно.

Мужчина этот восхитителен:

Его солидность безупречна!..

И взор её стал зол и бдителен,

Но в остальном она беспечна…

Две сути в нас, две неизбежности,

И всем своё подайте счастье!..

Одна желает только нежности,

Другая алчет только власти…

На миг один личина сорвана,

И зло её преобразило…

Она нисколько не взволнована,

Она себя давно простила…

(20 мая 1981 года, Армавир)

Ветви усыпаны мёртвыми грёзами,

А не листьями золотыми…

Возле окон – хрусталь с мимозами,

И мы шепчем ночное имя.

Я молился своим искусам

И серебреной наготе…

Я казался ночным Исусом,

Не распятым ещё на кресте.

Я миги любил позорные

И в полумраке вина…

Злости ожоги чёрные —

Отныне мои святыни!..

Хмель и соблазны мира

Чудятся нам причастьем!..

И мы в темноте квартиры

Смеёмся над счастьем…

Сны, обезумев, пели,

Бред возбудили слёзы,

И распускались в теле

Злые кусты мимозы.

Корни проникли в душу,

В тело точились яды…

И лопотанья глуше,

И удручённей взгляды…