Горишь, горишь, как добрая душа,
Горишь во мгле, и нет тебе покоя…
Сенокос
С утра носились,
Сенокосили,
Отсенокосили, пора!
В костёр устало
Дров подбросили
И помолчали у костра.
И вот опять
Вздыхают женщины –
О чём-то думается им?
А мужики лежат,
Блаженствуя,
И в небеса пускают дым!
Они толкуют
О политике,
О новостях, о том, о сём,
Не критикуют
Ради критики,
А мудро судят обо всём,
И слышен смех
В тени под ветками,
И песни русские слышны,
Всё чаще новые,
Советские,
Всё реже – грустной старины…
«Помню как тропкой едва заметной…»
Помню, как тропкой,
едва заметной,
В густой осоке, где утки крякали,
Мы с острогой ходили летом
Ловить налимов
под речными корягами.
Поймать налима непросто было.
Мало одного желания.
Мы уставали, и нас знобило
От длительного купания,
Но мы храбрились: – Рыбак не плачет!
В воде плескались
до головокружения,
И наконец на песок горячий
Дружно падали в изнеможении!
И долго после мечтали лежа
О чём-то очень большом и смелом,
Смотрели в небо, и небо тоже
Глазами звёзд
на нас смотрело…
«Сапоги мои – скрип да скрип…»
С. Багрову
Сапоги мои – скрип да скрип
Под берёзою,
Сапоги мои – скрип да скрип
Под осиною,
И под каждой берёзой – гриб,
Подберёзовик,
И под каждой осиной – гриб,
Подосиновик!
Знаешь, ведьмы в такой глуши
Плачут жалобно.
И чаруют они, кружа,
Детским пением,
Чтоб такой красотой в тиши
Все дышало бы,
Будто видит твоя душа 
