Жизнь изменить – тут нужен разум.
И время. Не в момент, не сразу
Придёт и счастье, и свобода,
Сменив сознание народа.
Роль личности важна здесь тоже,
Но не призывом бить по роже!
Пока же с именем добра
Дай Бог нам пережить вчера!
Нас окружали горные вершины
Нас окружали горные вершины.
Внизу, у наших ног, лежала осень.
Мы расправляли согнутые спины
И уходили, никого не бросив.
На этом каменистом косогоре,
Держа друг друга в связке, как в прицеле,
Спокойно, даже взглядами не споря,
Мы обнялись, мы добрались до цели.
Про эти горы шла дурная слава.
Немало здесь срывалось альпинистов.
А мы и для себя, и для державы
Пришли и покорили горы чисто.
Мы на вершине развернули флаг.
Ну, кто там говорил, что, мол, никак?
Кто? За что?
Эй, ВЫ, там, наверху!
Кто ведёт и указывает путь?
Каждый день на слуху!
Телевизор орёт – не уснуть…
А куда мы идём?
Где идея, сплотившая чтоб?
Каждый день кувырком!
До ногтей пробирает озноб!
Наводненья и мор,
да пожар полыхает кругом.
Это с «запада враг»
окружает родимый наш дом!
Или Бог, осерчав
на Земной муравейник людской,
нас решил наказать
за мигалки, что мчат по Тверской…
1937 год
Большие чёрные машины,
Урча, прокрадывались во двор…
Воротники в петлицах синих
Не заводили разговор.
Они гремели сапогами,
Вершили «важные» дела,
А люди забывали сами:
Была машина – не была…
И поднималось отчужденье,
Росла молчания стена…
Ушло ночное наваждение,
Остались только имена…
Под небом чужим
Игла с прозрачной тонкой нитью
Зашила в сердце боли рану.
Я вас прошу: «Повремените!
Ещё чуть-чуть! Я точно встану!»
Здесь, под небом чужим,
Окольцованный болью,
Был завязан я крепко,
Как в узел морской.
Был испытан судьбой,
Потом, кровью и солью…
Не зову никого 
