реклама
Бургер менюБургер меню

Николай Романецкий – Узники утлого челна (страница 70)

18

Он уже понимал, что проиграл, но не сдаваться же!

Рубка продолжалась, но впереди ждало неизбежное.

Вот носа челна коснулся один из сиреневых жгутов, вот второй… Правый борт заякорен. Левый.

Челн поволокло в сторону сиреневого шара, неотвратимо, безостановочно.

Что ж не получилось! Впрочем, он – не первый самонадеянный щенок в волшебном мире. Варяжский альфар тоже переоценил свои силы, сцепившись с чародеем Смородой. И проиграл.

Жаль! Остается надеяться токмо на то, что когда-нибудь систему сломает другой словенский волшебник. А может, и не словенский. Но сломает. Ведь нельзя обманывать всех и всегда!

А пока мы будет драться, сколь есть Силы…

Со свистом разрезал воздух еще один клинок, разворотил сиреневое вервие, вцепившееся в правый борт.

Свет на мгновение обернулся.

Рядом стояла тонкая фигурка, которую он всякий раз видел в последние месяцы, когда смотрелся в зеркало.

Ива!

Как она тут очутилась?

– А я никуда и не пропадала, – сказала Ива, в очередной раз взмахивая клинком. – Просто вы не замечали, что я вкупе с вами. Вы видели токмо себя.

– О Велес! Мы с вами жили в одном теле?

– Мы и посейчас в нем живем.

Взмахи клинков, разрубленные вервия, новый жгут цепляется за борт…

– Почему же вы скрывались от меня?

– Я не скрывалась. Просто до сей поры была вам не нужна.

Клинки. Ошметки. Новые жгуты…

Силы снова иссякали.

И вновь челн потащило к сиреневому шару, навстречу смерти.

– Нам не справиться, – сказал Свет, теряя надежду.

– Так позовите на помощь!

– Кого?

– Того, кто еще живет вкупе с вами!

Свет на мгновение замер, и челн понесся вперед, все ускоряясь и ускоряясь.

– Быстрее! – крикнула Ива. – Зовите!!!

– Помогите нам, – прохрипел Свет.

Слева появился еще один голубой клинок.

– Конечно, помогу. Ведь вы дали мне жизнь.

Это была Вера-Криста.

Времени на разговоры больше не осталось. Даже три клинка не успевали обрубить рождающиеся вервия. Сиреневый шар все ближе и ближе. Вот он уже совсем рядом.

И тут Света осенило. Клинок – оружие, не требующее постоянного контакта с десницей бойца.

– Метайте!

Девицы поняли его сразу.

Три клинка голубыми молниями пронзили пространство и вонзились остриями в сиреневый шар.

Навстречу перестали лететь вервия. А те, что уже впились в челн, осыпались сиреневой чешуей.

В какую-то долю секунды шар невообразимо распух. И взорвался.

Разлетелся на куски челн. Пропала серая вода вокруг. А через мгновение пропало вообще всё.

«Неужели я проиграл?» – успел подумать Свет.

И тоже пропал.

37. Ныне: Век 76, лето 2, травень

Чародей Колдовской Дружины Великого княжества Словенского князь Светозар Сморода смотрел в зеркало. И сам себе нравился.

Статная фигура. Волевое лицо. Голубое одеяние.

Мужчина хоть куда!

Сегодня знаменательный день. И не только для него. Для всей Колдовской Дружины.

Да, сегодня знаменательный день. А через две недели будет еще один такой – состоятся выборы руководителя Колдовской Дружины. И если за это время не произойдет ничего экстраординарного, братия вручит ему Волшебную Ленту.

В дверь постучали.

– Войдите!

На пороге появился Святослав, дворецкий:

– Ваша светлость, пожаловали ваши родители!

– Иду!

Свет выскочил из гардеробной и промчался в гридницу. Здесь пока сновали слуги, готовясь к празднику. Встретили хозяина поклонами.

А тот выскочил в сени:

– Мама! Папа! Здравы будьте!

– И вы здравы будьте, Светушко!

– Поздравляю, сыне!

Обнялись, расцеловались.

– Как там Старая Русса?

– Стоит, – сказал Владимир Сморода. – И Полисть по-прежнему течет. Многие горожане кланяться велели!

– Благодарствую всем! Я – хоть и столичный житель, но очень многих помню.

Пока слуги поили гостей чаем и угощали бутербродами, хозяин дома поднялся в кабинет и сочинил несколько деловых писем – время еще позволяло.

А работу негоже бросать даже в такой день. Никто ее за вас не сделает!

Когда в кабинете снова появился дворецкий, Свет уже надписал конверты и наложил на них отвращающее заклятье – дабы ничья рука, окромя адресатов, не вскрыла конверты.

– Пора, ваша светлость!