Николай Романецкий – Узники утлого челна (страница 59)

– Вы… Вы… Вы меня обманули! Чародея тут нет!

Ерга достал пистолет:

– Да, сударыня, Смороды здесь нет. Но вполне возможно, что вы скоро с ним увидитесь. А сейчас полезайте в подвал.

– Я вас ненавижу!!!

– Я вас тоже не слишком люблю. – Он ткнул дулом ей в живот. – В подвал! Уж больно вы шумная.

Он принялся открывать люк, надеясь, что она кинется на него, и можно будет от души ей врезать.

Однако она уже сдулась. Беспрекословно спустилась по лестнице, поежилась.

Ерга кинул ей лежащий на кровати плед.

– Это чтобы вы не замерзли. Кричать бесполезно. Все равно никто не услышит! – Он закрыл люк и задвинул щеколду. – Проголодаетесь, зовите. Дам поесть.

– Значит, я нужна вам живой, – сказала она из-под пола.

Резиденция Кудесника за прошедшие месяцы тоже не изменилась. Как и личный его кабинет – темно-зеленые шторы на окне, фундаментальный стол, покрытый такого же цвета сукном.

А вот сам Остромир изрядно постарел и выглядел так, будто трое суток таскал соху по задерненному полю.

Лишь очи его остались прежними – бесконечная жизнь, стальная воля и неукротимая энергия.

– Здравы будьте, сударыни! Присаживайтесь, прошу вас!

Ответили на приветствие. Присели.

Снежана принялась осматриваться. Свет сидел ровно, сложив руки на укрытых подолом коленях.

– Слушаю вас, барышни. Как я понял по вашему письму, княжна, речь пойдет о чародее Светозаре Смороде.

– Именно так, сударь. – Снежана оторвалась от созерцания окружающей обстановки. – Чародей в прошлом лете жил у нас в доме. Когда шло расследование смерти Клюя Колотки.

– Да, я помню. И что дальше?

Снежана растерянно оглянулась на Света.

– Вы написали, когда просили об аудиенции, что у вас есть какая-то информация о чародее Смороде, – продолжал Кудесник. – Это правда?

– Нет, – сказала Снежана настолько упавшим голосом, что душу Света тронула нежность.

– Тогда зачем вы ко мне пришли? Для чего я трачу на вас время, которое можно было бы употребить с гораздо большей для страны пользой?

Снежана снова оглянулась на Света и принялась комкать в руках носовой платок.

– Простите меня, Кудесник… Я хотела попросить вас позволить мне увидеть чародея.

– А с чего вы, княжна, решили, что Сморода еще жив? За прошедшие месяцы, находясь в том состоянии, в каком его арестовали, он ведь мог сто раз отправиться на погост, к Марене.

– Мне она сказала. – Снежана с убитым видом кивнула на свою служанку.

Кудесник перевел пристальный взгляд на Иву.

– А вы, сударыня, почему решили, что Сморода жив? По-моему, о его состоянии в газетах не писали…

Свет решил позволить себе небольшую дерзость:

– О смерти его тоже не писали! – фыркнул он. И тут же отыграл назад: – Простите, сударь… Все совсем несложно. Кабы чародей умер, я бы непременно почувствовала. Но я чувствую, что он жив.

– Это моя новая служанка, – пояснила Снежана. – Величают ее Ива Алюшникова. Работать начала у нас недавно. Но не в этом дело… В прошлом лете она лечила чародея.

На лице Кудесника не дрогнул ни единый мускул. Старик перевел взгляд с княжны на служанку.

– Где это случилось? И когда? Поведывайте, сударыня Ива.

– Когда – я уже точно не помню. Где-то в начале вересня. Я тогда жила в обители Ордена дочерей Додолы, у предводительницы Натальи Кондаковой.

И Свет принялся рассказывал собственную историю в тех объемах, в которых ее могла бы знать настоящая Ива Алюшникова.

Он сразу почувствовал, как изменилась ментальная обстановка в кабинете. Кудесник привычно проверял, не врет ли напросившаяся на аудиенцию девица.

Однако раскрывать свой Талант перед Кудесником не стоило, а потому и понять, какое впечатление рассказ Света производит на старика, было невозможно.

Во всяком случае, Кудесник внимательно слушал посетительницу, лишь на мгновение иногда прикрывая очи.

Когда Свет закончил, Остромир спросил:

– И вы не ведаете, что тогда случилось с чародеем?

– Нет, знамо дело! Мне ж для того надо применить руконаложение, что было в момент ареста чародея попросту невозможно. Лекарское воздействие требует сосредоточенности и отсутствия посторонних. А стражники уже находились в палате.

– Понятно. – Кудесник пожевал губами. – Вас, кстати, через пару дней разыскивали. Куда вы пропали из обители?

– Предводительница отвезла меня в устюженский приют. Самолично препроводила. И до недавнего времени я жила там, у матушки Всеславы.

– А зачем Наталья Кондакова это сделала?

– Не ведаю, сударь. Мы на эту тему с нею не разговаривали. Я ведь и сама захворала тогда. И прохворала до самой весны. Возможно, сказалось то, что я лечила чародея. Или потрясение от сцены ареста. Помню, было очень страшно. В обители же мужчин не бывало. Опричь сторожа да больных. А тут пришли такие… такие… – Свет не договорил.

– А куда подевалась сама предводительница Ордена?

Вопрос был настолько неожиданным, что Свет опешил.

– Не понимаю, сударь, – пробормотал он. – Что вы имеете в виду? Куда еще она могла подеваться, окромя как вернуться в столицу?

– Все очень просто, – сказал Остромир. – В те самые дни, о которых вы поведываете, Наталья Кондакова исчезла.

– Как исчезла? – Свет растерянно положил десницу на перси.

Ну надо же! Оказывается, матушка Всеслава скрыла от подопечной столь серьезную новость. Индо при расставании ничего не сказала! Может, сама ничего не ведала?.. Да нет, чущь! Раз Кондакова пропала, в Ордене непременно должны были состояться выборы новой предводительницы…

Кудесник внимательно изучал его пристальным взором.

– Кондакова не вернулась в обитель Ордена. И долгие упорные розыски ни к чему не привели. Хотя ими занимались весьма справные сыскники министерства безопасности. Так что случилось в Устюжне?

Свет пожал раменами:

– Не ведаю, сударь. Мы расстались с мамой Натой… с предводительницей… в тот самый день, когда она привезла меня в устюженский приют. Ехали на поезде. Уже там, в приюте, она, поговорив с матушкой Всеславой, зашла ко мне попрощаться, когда собиралась на вокзал, чтобы вернуться в Новгород. Боле мне о ней ничего не известно.

Кудесник перевел взгляд на Снежану:

– А вам, вняжна, что-нибудь известно о случившемся в те дни?

– Я вообще была незнакома с предводительницей Ордена, – сказала Снежана. – Читала об ее исчезновении в газетах. А потом читала, что дочери Додолы выбрали новую предводительницу. Индо не помню ее имени… Собственно, и все. Вроде незачем мне ею интересоваться.

Кудесник опять пожевал губами и прикрыл глаза.

Свет снова не стал активно проверять ментальную обстановку.

Да было и так понятно, что происходит.

Похоже, наступил решающий момент. Как в народе говорят: либо грудь в крестах, либо голова в кустах! Третьего не дано…

Кудесник открыл глаза и впервые посмотрел на молодую лекарицу с самым настоящим любопытством:

– Послушайте-ка, сударыня. Уж коли вы лечили в обители чародея Смороду и, насколько мне известно, почти вылечили. И вылечили бы, наверное, кабы вам не помешали… Так может, вы закончите начатое дело.