Николай Романецкий – Император (страница 55)
— Звал, брат? Добрый день!
— Добрый день, сестра! Садись, пожалуйста!
Ольга прошла к столу и села в кресло для посетителей.
Выглядела она теперь много лучше. Лицо порозовело, движения стали уверенными.
В общем, перед императором снова находилась принцесса.
— Как себя чувствуешь, Оля?
Цесаревна улыбнулась:
— Спасибо, Остромир, хорошо! Я почти вылечилась от угрызений совести. — Улыбка сошла с ее лица. — Однако полагаю, ты позвал меня вовсе не для того, чтобы поговорить о моем здоровье.
Нет, она была далеко не дура! Какой бы сволочью ни являлся Владислав Второй, он наградил своих детей умом.
По крайней мере, двоих из них. А с остальными еще разберемся!
— Ты права, сестра. — Осетр встал и прошелся по кабинету.
Ольга молча ждала, провожая его взглядом.
Осетр подошел к окну.
В императорский садик уже пришла осень. Березы нахлобучивали на себя желтые, а клены — оранжевые шапки. Цветовые кусты неотвратимо уходили в зимний сон. Сверху на все это смотрело пасмурное небо. От пейзажа веяло откровенным унынием.
Но в Осетре уныния не было. Хотя сомнения иногда случаются унылыми…
«Правильно ли я поступаю? — думал он, глядя в бесконечную серость неба. — Не получится ли в результате, что встреча вызовет совсем противоположные события?.. Может быть, может быть… Но если расчет верен, то должно возникнуть хоть что-то, похожее на доверие».
— Скажи, Оля! Какие у тебя отношения с великим князем Владимиром?
— С дядей? — Ольга развернула кресло в сторону окна. — Какие могут быть отношения у молодой девушки с командиром «росомах»! Время от времени встречались во дворце на балах. Слышала от него дежурные комплименты. Но не помню, чтобы говорили хоть о чем-то серьезном. Мне кажется, отец не слишком любил дядю. Считал, что тот завидует его первенству. Полагает, что судьба обделила его, что не повезло: родился вторым. Уже после всего отец как-то сказал… Мол, он бы еще понимал, кабы мятеж вознес на трон дядю. А так получилось, что подчиненные даже не ради своего командира старались, а ради… Прости, пожалуйста! — быстро проговорила Ольга, увидев, как помрачнел император.
Осетр тряхнул головой:
— Да ладно, сестра! Не извиняйся! Переживу, привык… Послушай… А что если я попрошу тебя слетать к дяде?
Она вперила в него удивленный взгляд:
— Как слетать?!
— Как обычно летают по Галактике?.. — усмехнулся Осетр. — На борту транссистемника!
— Зачем?!
— Передашь ему привет от меня и скажешь, что я хочу с ним встретиться. Место встречи пусть выберет сам. Я согласен на любое. — Осетр улыбнулся. — В границах империи, разумеется!
Она задумалась, сузив глаза и потирая двумя руками виски. Как мама…
Теперь ждал Осетр.
Наконец она опустила руки на колени:
— Можешь пообещать мне одну вещь?..
— Какую?
— Я ведь не дура, брат… К тому же закончила Институт благородных девиц в Петрограде. А там преподавали не только домоводство… Правильно ли я понимаю, что между империей и Великим Мерканским Орденом будет война?
Осетр отошел от окна, вернулся за стол и сказал:
— Я бы очень хотел этого избежать. Но, думаю, что война рано или поздно случится. Два тигра не могут делить одну долину.
— Это я тоже понимаю. Вот поэтому и прошу тебя пообещать мне, что ты сделаешь все возможное, чтобы спасти моих… — она запнулась. И поправилась: — Моих и твоих сестер. Обещаешь?
Глаза у нее сделались большими и ожидающими. Как у Яны, когда та лежала на кровати в гостиничном номере.
Впрочем, о Яне сейчас не время. С нею мы разберемся потом…
Ольга ждала.
«Одну женщину мне в любом случае предстоит спасать, — подумал Осетр. — Ну, значит, будет не одна, а три женщины… Счастливое число! Как будто судьба снова подает мне знак…»
— Обещаю, сестра.
Ольга снова потерла виски жестом графини Шуваловой:
— Как ни странно, я тебе верю.
Осетр поморщился и хотел попросить ее, чтобы она никогда не делала такого жеста. Но понял, что бессмысленно. Эта привычка уже въелась в ее плоть и кровь.
— Скоро ли надо лететь? — продолжала Ольга.
— Скоро, — сказал Осетр. — Завтра.
— Что ж… Значит, полечу. И все дяде передам. — Она повеселела, словно обещание брата было гарантией необходимого будущего.
— Спасибо! Ты мне очень поможешь.
Ольга улыбнулась:
— Я не только полечу. Я даже вернусь. Если отпустят…
— Отпустят. — Осетр тоже улыбнулся. — Как заложница ты для них ценности не представляешь. Иначе бы я просто тебя туда не послал.
Глава семидесятая
Когда адъютант доложил великому князю Владимиру, что на Коломну прибыла молодая женщина, назвавшая себя старшей дочерью Владислава Второго и хочет встретиться с дядей, ВКВ чуть из кресла не вывалился.
— Адмирал Барятинский знает?
— Никак нет, ваше высочество. Ее высочество не велела никому докладывать о себе. Кроме вас.
— И не докладывайте!
— Слушаюсь! — Адъютант удалился.
А ВКВ крепко задумался.
Как племянница оказалась здесь, в столь отдаленном от Великого Мерканского Ордена районе?
Ведь погибший император, удрав с Нового Санкт-Петербурга, захватил с собой всю свою семью. И, разумеется, правильно сделал. На месте брата Владимир поступил точно таким же образом. Отдавать противнику в заложники жену и дочерей — либо обречь их, в конечном счете, на гибель; либо, поддавшись шантажу, себя на поражение.
Третьего не дано.
У ВКВ не было информации, в каком мире обосновалась семья Владислава после его гибели. Логичней всего было допустить, что они нашли приют у самого Вершителя Бедросо.
Так с какой стати Ольга оказалась здесь, около базы «Змееносец»? Может, Вершитель прислал ее в качестве связника?
У ВКВ даже пальцы похолодели.
Неужели пришел конец метаниям?! Неужели судьба сама все решила за него?!
Нет, с девочкой надо срочно встретиться.
И великий князь отправился на Коломну. Якобы навестить семью.