Николай Раков – Волки пустыни (страница 25)

— Здесь есть еще одна загадка, — продолжая разговор, сообщил Шаман. — С той стороны плиты имеется камень, поднявшись на который, можно увидеть, что на плите стояло что-то очень большое. Возможно, жертвенный камень или какой-то артефакт, который помогал в чем-то или им нужно было научиться управлять. Похоже, гаюны просто стянули его с плиты и либо увезли с собой, либо уничтожили.

— Ну и что со всем этим мы будем делать?

— Разберемся. Самое главное, что нам тут никто не будет мешать.

— Ну конечно. Несколько сотен этих убийц бегали за нами, как голодные псы, которым наступили на хвост, и ты хочешь сказать, что они нам не будут мешать?

— Когда Базы уничтожит все вокруг, я думаю, что никто не усомнится, что мы тоже стали его жертвами.

— А если они придут проверить?

— Если и придут, то нескоро.

В этот момент в зал въехала песчанка Колдуна и, прижимаясь к стене, остановилась справа от входа.

— Все сделал, командир, — выбираясь из кабины, доложил Колдун. — Думаю, минут через пять начнется.

— Ложимся вдоль стен. Парализатор на грудь. Ствол в подбородок, палец на спуск. Когда он начнет просыпаться, песок потечет. Не тяните, стреляйте сразу.

Подчиняясь приказу, они рассредоточились подальше от входа, так как проснувшееся чудовище могло в первую очередь выместить свой характер на машинах, и замерли, прижавшись плечами к стене и наблюдая за волнистой песчаной поверхностью.

Все произошло, как предупреждал Шаман. Песок вокруг каменной плиты начал течь, сначала перемешиваясь, а потом стал проваливаться куда-то вниз. Увидя это, Сирена закрыла глаза и нажала на спуск парализатора. Сознание девушки померкло.

Очнулась она от того, что кто-то держал ее за кисть, а по ее лицу текла вода.

— Долго это продолжалось? — с трудом шевеля губами, спросила она.

— Часы в моменты магнитных бурь останавливаются, но думаю, не меньше часа, — ответил откуда-то сзади Колдун и, подхватив ее под мышки, приподнял и прислонил к стене.

— Первый раз попала под луч?

Девушка утвердительно кивнула, пытаясь справиться одновременно и с головокружением, и с тошнотой.

— Попей, — протянул ей флягу Самум. — В следующий раз будет полегче. Пока сидишь, поиграй мышцами.

Сирена попыталась последовать совету. Мускулатура отозвалась легкой болью, но вскоре это ощущение прошло и она почувствовала себя довольно сносно.

— А где этот? — кивнула она на песок.

— Ушел в пустыню искать более тихое место. Крупные духи больше спят. Если бы они постоянно бродили с места на место и вели активный образ жизни, думаю, выжить здесь было бы трудновато, — произнес подошедший Шаман. — Ну что, давайте посмотрим, какой прием получили наши непрошеные гости. Ты как?

Сирена улыбнулась и, опираясь на руку Самума, еще не совсем уверенно поднялась.

Пройдя непроницаемый занавес входа, они миновали тоннель и оказались под вечерними лучами заходящего светила. Раскинувшаяся перед ними пустыня по-прежнему была спокойной и величественной. Правда, ландшафт ее несколько изменился. На просматриваемом пространстве в пяти местах виднелись полузасыпанные бесформенные груды каких-то образований.

— Я же говорил, неизвестно кто кого ловить будет, — проговорил Самум, оглядев окрестности. — Теперь этих лохотников за сто километров не найдешь.

— А давайте посмотрим, как встреча происходила, — предложил инженер.

— Ты что, камеру поставил? — спросил Шаман.

— Да нашлось пару минут свободного времени, — ответил Колдун, подходя к стене пирамиды и отрывая от нее на высоте полутора метров черную полусферу диаметром не более трех сантиметров.

— Видео будет впечатляющим, — многозначительно проговорил Самум.

— Шаман, я пока сбегаю посмотрю, как там мои ловушки сработали, — заторопился инженер, передавая камеру психологу.

— Поедем вместе. Кстати, если твоя задумка удалась, посмотрим, что у них там за информация в блоках памяти имеется.

Колдун быстро выгнал песчанку и, когда все расселись, повел ее в пустыню, сверяясь с указаниями памяти электронного штурмана.

— Приехали, — сообщил он, увидев, что двигающаяся на экране точка, обозначающая их машину, почти совпала с неподвижной — местом установки песчаной мины.

Все выпрыгнули из машины. Самум повел по сторонам металлоискателем.

— Здесь, — указал он пальцем в трех метрах от песчанки.

Вместе с Колдуном они стали ботинками разгребать песок. Вскоре под ногой у инженера что-то звякнуло — и из песка показалась верхняя часть башни шестиколесника с крышкой люка. Инженер, не торопясь, вынул из кармана вакуумный баллончик с распылителем и, направив его сопло в тонкую щель между башней и крышкой люка, надавил на кнопку. Струя жидкого ВВ, выброшенного под давлением, просочилась в зазор и частью застыла на поверхности, образовывая от контакта с воздухом коричневатую пену. Вдавив в нее радиовзрыватель, хранившийся в колпачке того же баллончика, Колдун сделал знак всем отойти. Взрыв прогремел негромко, и когда диверсанты выглянули из-за машины, погнутый люк вражеского вездехода был открыт.

Инженер первым спустился в башню, откуда несло нестерпимым жаром.

— Один, кажется, еще жив, — через несколько минут донесся его глухой голос из чрева машины.

Самум принес из песчанки трос и сбросил его конец в отверстие люка.

— Привяжи его, — проговорил он, наклоняясь вниз.

Трос задергался в руках психолога, и он совместно с Шаманом потянул его на себя. В отверстии показалась сначала голова, а потом плечи и грудь гаюна, под мышки которого был пропущена петля. Тело вытащили, уложили на песок, и Самум склонился над ним.

— Действительно жив, — закончив свое обследование, проговорил он. — Давайте отвезем его в пирамиду. Может быть, удастся откачать.

Пленника уложили на заднее сиденье песчанки, и Сирена с психологом уехали.

Шаман спустился вниз в башенное отделение. В командирском кресле, склонив на грудь голову, сидело повисшее на ремнях мертвое тело командира машины. Духота была неимоверная, и он не представлял, как Колдун может так долго находиться внизу, на месте механика-водителя. Прислушавшись и не уловив никаких звуков, свидетельствующих об активной деятельности инженера, он позвал его.

— Миша, что там у тебя?

— Сейчас закончу, — глухо донеслось из глубины корпуса.

Голова инженера неожиданно появилась под ногами Шамана в проеме люка.

— Блок памяти я вытащил, — проинформировал он, протягивая командиру металлическую коробку с обрывками проводов. — В вигваме посмотрим. Давай вытащим отсюда этих лохотников, как выражается Самум, а то через несколько часов сюда уже невозможно будет спускаться.

Они полчаса провозились, вытаскивая из вездехода его погибший экипаж и оттаскивая тела подальше от люка. Окончив работу, закрыли люк, присыпав его слоем песка.

— Горючки в нем еще больше полбака. Боезапаса под завязку, — сообщил, обливаясь потом Колдун. — Надо бы проверить вторую закладку, а то потом туда не проникнем, дышать будет нечем.

Второй вездеход они нашли достаточно быстро, но добраться до него не смогли. Начав проваливаться в зыбучку, созданную миной, он перевернулся на бок, и выкапывать яму в песке глубиной более метра, под палящими лучами Хохайя, диверсанты не стали. Они уже с тоской поглядывали на скалу, до которой пришлось бы идти почти километр, когда заметили, что от пирамиды отделилась песчанка и двинулась к ним.

На этот раз Сирена учла прошлую ошибку и сбросила скорость вовремя, не окатив их пылевым облаком.

— Ну, что там наш пленник, — спросил Шаман, усаживаясь в кабину.

— Очень плох. Самум утверждает, что из него высосали всю энергию.

— Сможем допросить? — поинтересовался Колдун.

— Самум не уверен.

Гаюн был действительно плох. Он находился в сумеречном состоянии. Сканирование мозга, проведенное психологом, показало, что его сигналы медленно, но неуклонно затухают и уже не в состоянии управлять всеми функциями организма.

При появлении в зале Шамана врач протянул ему черную книжечку воинского удостоверения.

— Военная разведка? — несколько удивленно произнес командир, ознакомившись с содержанием документа. — А этому-то что тут было надо.

— Базы его знает, — ответил Самум.

— Базы действительно знает, но и нам бы не помешало. Можно, что-нибудь придумать? — обратился Шаман к врачу.

— Я уже вколол ему стимулятор. Результат, как видишь, слабенький. Он умрет.

— А если еще одну дозу?

Психолог молча достал всасывающуюся капсулу и выразительно посмотрел на командира.

— Как только начнет приходить в себя, все отойдите подальше, чтобы он вас не видел, — приказал Шаман и кивнул Самуму. Тот приложил капсулу к шее пленного и подождал, когда ее содержимое всосется, а потом опустил руку, прощупывая пульс.

Лицо гаюна порозовело, ресницы начали подрагивать. Он стал приходить в себя. Психолог утвердительно кивнул и отошел на несколько метров.