Николай Раков – Центророзыск. Испанское золото (страница 29)

— Зовите меня Карл.

— Я думаю, наше общение будет более откровенным, если вы позволите называть вас тем именем, под которым вас все знают. Все-таки человек, представляющий одну из партий в рейхстаге, неоднократно попадал на страницы газет. И еще я вас прекрасно помню по забастовке датских моряков и докеров в тридцать четвертом году.

— Сейчас эта, так сказать, популярность серьезно осложняет мне жизнь, — заметил гость.

— Не сомневаюсь, герр Волльвебер, но здесь вы можете быть абсолютно спокойны. Что привело вас ко мне?

— Вы. Точнее, не совсем вы, а работа ваших людей.

«Вот оно, — мелькнуло в голове у старого чекиста. — Рано или поздно это должно было случиться, и хорошо, что случилось здесь и сейчас. Это то, чего я боялся — кто-то из моих людей, а скорее, людей Кубарева и Стриженка, вызвал подозрение докеров или моряков, и «профсоюз» заволновался. Возможно, полный провал группы Стриженка в Голландии при попытке проникнуть на «Медузу» и послужил причиной сегодняшнего посещения. Если его группу отследили до Борнмута, то сразу поняли, что здесь что-то не так. Вот тебе и «профсоюз». Не зря Кубарев докладывал, что в порту участились аварии, и наверняка их причиной является «работа» докеров».

— Но моя транспортная компания никак не связана с деятельностью вашей профсоюзной организации. Мы не конкуренты, а скорее, если можно так сказать, единомышленники. Ваши интересы — порты и корабли. Интересы же моей компании акцентируются на центральной Европе и сухопутье.

Старый подпольщик не собирался раскрываться. Он не сомневался, что перед ним сидит стойкий коммунист-антифашист, руководящий мощной организацией, раскинувшей свои щупальца во многих странах. Печать то и дело будоражила статьями о судах, не дошедших до портов назначения, пожарах и авариях. Он и так сказал слишком много, пообещав безопасность этому человеку, а также то, что его внимание направлено на центральную Европу, то есть Германию.

Волльвебер тоже понял, что сидящий перед ним человек не перешагнет законы конспирации и не раскроет свою суть.

— Значит, я могу быть спокоен, и никаких недоразумений между нами не случится, — подвел он итог.

— Я в этом уверен, но мне не хотелось бы, чтобы кто-то здесь или где бы то ни было еще узнал о нашем разговоре, — глядя в глаза собеседнику, твердо проговорил Аубахер. — Мы небольшая скромная фирма, и не нуждаемся в рекламе.

Подтекст просьбы хозяина кабинета был понятен. Сотрудники «профсоюза» не должны знать, что рядом с ними работает другая группа разведчиков-антифашистов.

— Вы абсолютно правы. Похоже, мои люди ошиблись и поторопились с непроверенной информацией.

— Тогда всего вам доброго, герр Волльвебер, если у вас ко мне нет других вопросов.

Хозяин кабинета встал и протянул через стол на прощание руку. Рукопожатие двух соратников было крепким.

Купленный сухогруз отремонтировали в течение трех месяцев, команда была сформирована. Капитаном корабля по рекомендации Кубарева согласился стать старый, но еще крепкий моряк с тридцатилетним стажем Стил Амсторн. Судно начало осваивать порты Балтийского и Северного морей, принося своему владельцу неплохую прибыль.

Теперь Кубарев в основном пропадал на будущей базе. В первую очередь здесь нужно было построить пирс, для того чтобы «Спрут», так они назвали корабль, мог швартоваться у берега. Строительство требовало массы строительных материалов, различных других грузов, которые было значительно дешевле привезти морем. Нужна была и сухопутная дорога, чтобы привозить более мелкие грузы, приобретенные неподалеку. Требовались также склады и жилье для рабочих, которых было катастрофически мало. Немного выручал купленный катер, каждый день ходивший в Гетеборг и раз в неделю привозивший и увозивший рабочие смены. Люди жили в палатках.

Федорович приезжал примерно раз в месяц. Замотанный хозяйственными делами Василий, фактически оторванный от семьи, от разведывательной работы, в которую втянулся и к которой привык, постоянно с ним ругался, требуя его заменить, считая, что старик чересчур перестраховывается. Периодически он требовал отправить его в Испанию и грозил, что если Федорович ему не поможет, то он сделает это самостоятельно. Только напоминание чекиста своему агенту о том, что у него семья и ребенок, а в Испании, случается, убивают, несколько охлаждало накал страстей. Чтобы снять напряжение споров и требований, в один из таких вечеров Федорович пообещал, что как только пройдут осенние и зимние шторма теперь уже близкого тридцать восьмого года, он отправит Василия на «Спруте» в качестве капитана в Атлантику на охоту за кораблями, снабжающими франкистов оружием, боеприпасами и топливом. Топливо для судна нужно было позарез. Сейчас оно было очень дорогое, а во время войны, в наступлении которой старик не сомневался, станет почти недоступным. Две емкости под бензин и дизельное топливо, по двести тонн каждая, уже собранные и установленные под козырьком одной из скал, были пока пусты. Едва видимую тропу через гряду расширили, и теперь по ней шли машины со строительными материалами и всем необходимым, но в зимний период она становилась непроезжей из-за снега, оледенения и своей крутизны.

К наступившим осенним холодам уже были выстроены деревянные дома для сотрудников базы и заготовлено топливо. Работы практически прекратились. В новых постройках осталась зимовать охрана. Василий вернулся в свой бар, где не торопясь, через знакомых капитанов начал подбирать нужные карты и лоции, рассчитывать необходимую численность десантной команды и намечать кандидатуры. Слишком увеличивать количество бойцов было нельзя. Кубрики сухогруза и его кладовые не могли вместить достаточно припасов, чтобы прокормить большую команду. Рейс, по его прикидкам, мог продолжиться не менее двух месяцев, и людям надо было полноценно питаться и отдыхать. Находясь в длительном походе и ограниченном пространстве, организм быстро устает и начинает давать сбои, тогда неизбежны потери, если не провал всей операции. Он решил ограничиться десятью бойцами. Матросский экипаж сухогруза состоял из двадцати восьми человек, полтора десятка из которых могли усилить боевую группу или составить на короткое время такую же. За период выхода на позицию ожидания десяток его бойцов вместе с ним вполне смогут подготовить моряков грамотно пользоваться оружием и освоить порядок действий в различных ситуациях. На активное сопротивление будущих противников он особо не рассчитывал. Боевая двойка, одним из членов которой является опытный боец, должна была справиться с поставленной узкой задачей — нейтрализацией невооруженных членов захваченного судна.

Необходимо было продумать тактику действий в ситуациях, которые могут возникнуть в ходе операций, просчитать нужное количество топлива и продуктов, сделать запасы оружия. Еще осенью тридцать седьмого года, когда Федорович дал согласие на совершение рейда к берегам Испании, Кубарев, осмотрев приобретенный сухогруз, провел тщательный обмер четырех его трюмов. Острая необходимость в запасах топлива натолкнула его на мысль переоборудовать хотя бы два из них под транспортировку жидкой крови войны. Всем было известно, что танкеры американской фирмы «Стандарт Ойл» систематически снабжают армию Франко бензином, и Василий надеялся встретиться хотя бы с одним из них в море. Но такая удача представлялась разовой. Переоборудование стоило очень дорого и не могло быть постоянно используемым. В этом случае судно теряло существенную часть своих трюмов для перевозки других грузов. Продумав варианты, Василий заказал на одном из заводов в Гетеборге двадцать многотонных контейнеров, которые по пять штук, как патроны в магазине пистолета, входили в каждый из трюмов и в любой момент могли быть извлечены грузовыми стрелами судна и оставлены на берегу.

Не желая омрачать радость Полины от того, что он наконец вернулся, Василий не стал посвящать ее в свои летние планы, тем более что до их реализации было не меньше полугода. Федорович настаивал на переезде Полины со Степаном в Гетеборг, как это уже сделали несколько семей сотрудников его транспортной компании. Пока Кубарев не хотел нарушать установленный порядок и отрывать жену от привычной, нравившейся ей работы в музее. Прямой опасности он не видел, да и Степану было очень хорошо у леди Фризингер.

Новости из Кронштадта были обнадеживающими. Указанный объект был найден, и за ним велось периодическое наблюдение. Команда собрана в полном составе. Подходы к объекту разрабатывались.

С исполнением сплана своих агентов старик не торопил. Необходимо было закончить и подготовить базу, дождаться возвращения корабля из достаточно опасного рейса. Были у него и сомнения в целесообразности захвата объекта, но уж очень много полезного можно было с его помощью сделать.

Весна тридцать восьмого года ознаменовалась новым известием — произошел аншлюс Австрии. В марте Гитлер захватил страну без единого выстрела.

— Всё, — прокомментировал это событие старый чекист, — теперь бесноватый фюрер начнет входить во вкус. Мы едва успели.

Атлантика

С апреля Кубарев начал демонстративно готовиться к обещанному ему Федоровичем рейду в Атлантику. Районом патрулирования и перехвата транспортников из Америки согласившийся идти в рейд капитан Амсторн посоветовал определить акваторию севернее Мадейры. Именно здесь должны были проходить суда, следующие к Гибралтару.