Николай Раков – Центророзыск. Испанское золото (страница 15)

Багажник автомобиля был по-прежнему открыт. Бедняга Томаш не решился его закрывать своими испачканными руками. Портфель и куртка, невидимые из домика охраны, были положены внутрь, крышка багажника захлопнута. «Господин Новак», махнув приветственно рукой бродившему у ворот и разгонявшему сон Зденеку, сел за руль, завел двигатель и, включив фары, дважды нажал на клаксон.

Зденек, видя, что начальство выезжает, поднял шлагбаум и, просунув руку в окно дежурки, опустил рубильник. Электромотор загудел, ворота дернулись и с чуть слышным металлическим скрежетом сдвинулись, медленно открывая проезд.

Охранник улыбнулся. За рулем машины сидел знакомый заяц. Господин Новак был хороший человек и мог прекрасно пошутить. Зденек вытянулся, как на параде, и отдал честь. Заяц помахал ему лапой, проезжая мимо.

И «заяц», и Зденек остались довольны друг другом.

Тревогу через час поднял сидящий на центральном пульте дежурный смены. Пост номер три в директорском корпусе дважды не ответил на вызов. Патрулю, обходящему территорию, было приказано провести проверку поста, где ему открылась ужасная картина. В фойе второго этажа лежал связанный охранник Томаш. Его ноги были просунуты между стойками ограждения лестницы и стянуты ремнем. Он уже охрип от криков, пытаясь поднять тревогу. В коридоре третьего этажа лежал заместитель начальника охраны господин Новак, тоже связанный. Оба были тут же освобождены, но ничего вразумительного сообщить не могли, так как нападавшего не видели и совершенно неожиданно потеряли сознание. В кабинете господина коммерческого директора Клауса был вскрыт его сейф. По всему периметру завода была объявлена общая тревога. Нет, не ревели сирены, не зажглось ни одного лишнего прожектора. Просто охрана постов и патрулей, несколько расслабленная ночным временем и долгим отсутствием каких-либо ночных происшествий, резко активизировала свою деятельность, скрупулезно выполняя план операции «Проникновение», вступивший в силу.

Первым на заводе появился Брант. Еще из дома он отдал приказ дежурному поднимать всю отдыхающую охрану предыдущих смен. Всем была поставлена задача — искать постороннего, проникшего на завод и следы его проникновения через внешний периметр, чем, впрочем, охрана уже занималась. Сам начальник охраны начал с допроса Томаша и Новака, которые уже немного пришли в себя и подробно, с точностью почти до минут, рассказали обо всех своих действиях до момента потери сознания. Третьим «очевидцем» проникновения стал Зденек, уже знающий, что господин Новак не выезжал с территории завода, и потому отвечавший на все вопросы честно, вполне осознавая свою вину. Охрана тут же получила приказ не отвлекаться на поиски неизвестного, а только искать путь его проникновения на завод.

Следующим в директорском корпусе появился начальник службы безопасности. Получив от Бранта результаты первичных опросов «очевидцев», он тут же, превышая свои полномочия, связался с начальником полиции города. Извинившись за поздний звонок, он попросил от имени генерального директора Горака оказать дружескую помощь в розыске автомобиля, угнанного преступниками у одного из сотрудников завода, сориентировав уличные патрули. В такой просьбе полковник отказать не мог, так как Горак был членом городского совета и председателем ряда благотворительных фондов, в том числе и фонда сотрудников полиции. Да и Дворжека, начальника службы безопасности завода, он прекрасно знал как бывшего контрразведчика, выбравшего по его же рекомендации более спокойную и лучше оплачиваемую работу.

Повторно опросив всех «очевидцев», Дворжек вышел из здания и принялся восстанавливать картину преступления. Ориентируясь по лужице масла, он поставил свою машину рядом с дверью, поднял крышку багажника, походил вокруг, прошел до заводских ворот. Всё рассказанное «потерпевшими» полностью подтверждалось. Не было ответа только на один вопрос — когда и как преступник проник в здание. Все окна были закрыты. Стекла и решетки не имели повреждений.

Прибывший коммерческий директор Клаус, утонченный аристократ, чуть не упал в обморок, увидев открытый сейф в своем кабинете. С первого взгляда на его содержимое он понял, что испанские деньги, полученные им несколько часов назад, исчезли. Он стал лихорадочно перебирать папки, и тут ему стало совсем плохо. Отойдя от сейфа, он оперся о столешницу и упал в свое кресло.

К четырем часам утра в кабинете генерального директора господина Горака собралось нечто похожее на руководящий штаб по розыску злоумышленника, позволившего себе наглость проникнуть в святая святых завода. Безопасник коротко доложил об обстоятельствах нападения на сотрудников завода, вскрытии сейфа коммерческого директора и предпринятых им мерах по обнаружению оставленных преступником следов, способных указать если не на его личность, то хотя бы на направление розыска, при этом подчеркнув, что, судя по почерку, работал профессионал самого высокого класса.

Картина преступления, по его словам, представлялась следующим образом. Неустановленным способом похититель проник в корпус и поднялся в кабинет коммерческого директора. В момент вскрытия сейфа он услышал шаги приближающегося заместителя начальника охраны Новака. Когда Новак зашел в кабинет, он был оглушен и связан. Взломщик вышел проверить, где находится дежурный, о котором он, конечно, знал. Охранника он тоже оглушил и связал, после чего открыл сейф и, воспользовавшись одеждой Новака и его машиной, покинул завод. В настоящее время сотрудники отдела безопасности занимаются изучением замка вскрытого сейфа.

— И что это нам даст? — спросил Горак.

— По следам, оставленным внутри замка, можно установить, каким инструментом работал взломщик, — поясненил безопасник. — Способ вскрытия замка и примененный инструмент — это уже индивидуальные особенности, способные указать на их владельца. Специалистов такого уровня не так уж много. В Праге на каждого заведено по толстому досье. В крайнем случае можно будет обратиться в Интерпол. По моему мнению, нашу полицию о нападении в известность ставить пока не стоит. Ссылаясь на вас, господин директор, я попросил полковника Кучеру принять меры к розыску автомобиля Новака. Когда его найдут, возможно, у нас появятся какие-то новые следы преступника. О происшествии на заводе я полковнику не сообщил, ожидая вашего решения.

— Вы правильно поступили, Дворжек. В полицию пока сообщать не будем. Я надеюсь на вас и ваших сотрудников.

— Что скажете вы, Клаус?

Только здесь, после доклада коммерческого директора безопасник узнал, что из сейфа похищено более десяти миллионов фунтов стерлингов, оплата за очередную партию оружия.

— Кто знал, что вы привезли деньги на завод? — раздраженным тоном спросил Горак.

— Никто, кроме меня и испанцев, — потеряв весь свой апломб и гонор, виновато ответил Клаус.

— Тогда каким образом, — ни к кому конкретно не обращаясь, задал новый вопрос директор, — преступник узнал о совершенной сделке?

Клаус молча пожал плечами.

— Мы это узнаем, господин Горак, — последовал уверенный ответ безопасника.

— Значит, мы знаем, что он сделал и как он ушел с завода, — продолжил директор. — А кто мне скажет, как он здесь появился?

— Это компетенция охраны, — ответил Дворжек. — Брант со своими сотрудниками сейчас рыщет по всем углам.

— Пригласите его сейчас ко мне.

Дворжек поднялся, вышел из кабинета и передал стоящему у дверей охраннику требование найти Бранта. На некоторое время в кабинете установилась тишина. Каждый в очередной раз анализировал сложившуюся ситуацию и возможность ее наименее болезненного разрешения. Раздумья мужчин прервал стук в дверь, которая тут же распахнулась, и в кабинет вошел Брант.

— У вас есть чем порадовать нас, Йохим? — с легкой издевкой спросил Горак. — Хотя какая радость, когда узнаешь, что твой сотрудник не справился со своими служебными обязанностями.

— Никак нет, господин директор. Место и способ проникновения на завод неизвестного лица пока не установлены. Мои люди еще работают, но уже сейчас я могу с уверенностью сказать, что периметр нарушен не был и возглавляемая мною охрана в полной мере обеспечила безопасность вверенного ей объекта.

— Прекрасный способ защиты своей беспомощности и отрицания очевидных фактов. Вы хотите сказать, что сюда никто не проникал и ваш охранник на воротах должен был спокойно выпустить преступника с завода? Ведь, появившись здесь, взломщик планировал как-то и выйти со своей добычей.

— Никак нет, господин директор, я не отрицаю факта проникновения. Охранник, выпустивший неизвестного, будет уволен, но тут сыграл свою роль человеческий фактор.

— Опять оправдания. Меня они не интересуют, — раздраженно проговорил Горак. — Идите, Брант. У вас есть время до восхода солнца, разберитесь со всем этим, — директор неопределенно помахал в воздухе рукой.

Когда Брант вышел, Горак, еле сдерживающий свое негодование в разговоре с ним, убежденно заявил:

— Ничего он не найдет, и я его уволю.

— И он будет в этом не виноват, — в тон директору добавил Дворжек.

— Вы можете это доказать?

— Пока нет, но я это чувствую.

Генеральный директор поджал губы. А бывший контрразведчик с некоторым восхищением продолжил:

— Нас посетил очень интересный экземпляр. Как он мгновенно сориентировался в обстановке и изменил способ ухода с завода. Приятно поработать против такого профессионала.