Николай Раков – Человек без прошлого (страница 53)

Небольшое помещение наполнилось запахами паленой одежды и горящей плоти. Достав из висящей на боку сумки брусок грамита с прикрепленным к нему таймером-детонатором, он нажал кнопку пуска. На таймере загорелась цифра пятнадцать. «Целая вечность», — подумал Дин, бросая взрывчатку вниз, на пол зала, и, выходя, закрыл дверь. Он успел отбежать от операторской метров на пятнадцать, когда мощный взрыв потряс корабль и полкоридора ушло из-под ног.

Несколько секунд он полежал сбитый взрывной волной, а потом сел, опершись спиной о стену. Его окружала полная темнота. Первый этап операции был успешно завершен. Пора было приступать ко второму, о котором он не сообщил капитану Усатову. Чем быстрее он приступит к его осуществлению, тем легче будет команде «Вепря». Не хотелось думать о том, сколько человек оставили свои жизни в коридоре «Крестоносца». Сколько еще потеряют ее, не дождавшись победы, но он был твердо уверен, что она будет.

Сейчас на корабле не работал ни один лифт, и он помнил, что должен двигаться в сторону рубки прямо по коридору, а потом по аварийной лестнице подняться на четыре палубы. Включив ночное видение на бронестекло забрала, Альбрайт двинулся по намеченному маршруту.

Поднявшись на рубочную палубу, где уже горели лампочки аварийного освещения, Дин стал приближаться к центральному посту, когда заметил, что впереди справа от него одна из дверей кают открыта. Он ускорил шаг. Как делал всякий раз, когда встречал в коридорах идущих ему навстречу корсаров. На корабле авария, и члены его экипажа должны передвигаться быстро и целеустремленно.

Проходя мимо двери, он услышал обрывок фразы, заставившей остановиться и прижаться спиной к стене.

— Вы жадный и мстительный идиот, гер Урген, — произнес властный раздраженный мужской голос. — Вам было мало денег, лежавших благодаря мне в вашем кармане. Условием контракта было уничтожение русского. Уничтожение и только. Нет, вам еще понадобился их груз. Вы захотели отомстить за прошлые поражения. И что вы получили? Если русский сможет уйти, то вам не найдется места в этой Вселенной. Кстати, у вас не будет неприятностей, потому что у мертвых их не бывает.

— Вы мне угрожаете? — ответил собеседник.

— Угрожаю. Ни в коей мере. Я почти констатирую факт. После таких провальных операций свидетелей не остается. Они опасны.

— Так вот что ты хотел сделать, подлая крыса, — проговорил мужчина, судя по имени капитан «Крестоносца». — Руки, — повысил он голос.

По разговору было похоже, что корсар выхватил какое-то оружие и предупреждал своего собеседника держать руки на виду.

— Уберите оружие, капитан. Корабль заминирован и может быть взорван в любую минуту. От русских мы вас спасем. Но кто будет спасать вас от моих хозяев?

Прислушиваться дальше не было никакого смысла. Сориентировавшись по голосам, Дин шагнул в каюту и упер ствол бластера в спину стоящего перед ним человека.

— Спасать вас буду я, — сказал Дин, закрывая свободной рукой за собой дверь, и добавил: — Если вы бросите оружие, это будет сделать гораздо легче.

Плечи стоящего спиной к Дину Ургена опустились, и пистолет глухо ударился о пол.

— Пройдите вперед и сядьте рядом со своим работодателем, — приказал Дин, толкая барона в спину стволом.

Барон послушно исполнил приказание, расположившись в кресле лицом к Альбрайту.

— Я вас знаю, — произнес неизвестный мужчина. — Сколько вы хотите, чтобы этот неприятный инцидент был между нами здесь и сейчас забыт?

— Я не беру денег от неизвестных мне людей, тем более когда работа еще не закончена.

Произнося эту фразу, Дин, не опуская бластера, прошел за спины сидящих рядом пленников и коротко ударил рукояткой оружия по голове незнакомца, который сразу обмяк.

— Гер Урген, — уперев для убедительности ствол бластера в затылок барона, проговорил он, — прошу вас отдать приказ экипажу сложить оружие и всем собраться в грузовом трюме. Вы мне не нужны, и в случае неподчинения я с вами заранее прощаюсь. Если мы договорились, то пусть просигналят внешним аварийным освещением. Прошу подняться на борт.

Барон медленно встал из кресла и, пройдя к небольшому пульту, установленному на стене, отдал требуемые распоряжения.

— Что теперь будет со мной? — спросил он, поворачиваясь лицом к Альбрайту.

— Думаю, решение этого вопроса находится в руках русского капитана. Я выступлю на вашей стороне, только убедившись в активном сотрудничестве.

— Можете задавать свои вопросы.

Они проговорили минут пятнадцать, когда «Крестоносец» слегка качнуло. Через дверь было слышно, как по коридору в сторону рубки прошла группа людей.

Дин дождался, когда в каюту заглянул абордажник в знакомом боевом скафандре.

— Как у нас дела? — задал он вопрос.

— Все в порядке, — узнав Альбрайта, ответил боец. — Рубка захвачена. Ребята шуруют по всему кораблю. Сопротивления не оказывают.

— Я ухожу на «Вепрь». Пойдемте со мной, барон. Этого, — Дин кивнул на тело незнакомца, так и не пришедшего в сознание, — в мою каюту. Ты за него отвечаешь перед капитаном.

— Сделаем в лучшем виде, — ответил абордажник, подходя к креслу и взваливая на плечо грузную фигуру.

Они молча прошли по пустым коридорам «Крестоносца» и только у переходного модуля увидели стоящего часового, приветствовавшего Дина взмахом руки.

Закрыв барона в пустой каюте и оставив у ее дверей охрану, Альбрайт прошел к капитану.

Усатов лежал на диване в своей каюте. Его руки и грудь были плотно стянуты бинтами, но сомкнутые веки приподнялись, когда в каюту шагнул Дин. Рядом с капитаном на стуле сидела Люба. При его появлении она вскочила. Молодые люди оглядели друг друга и одновременно улыбнулись. В глазах обоих можно было прочитать облегчение, никто из них не был даже ранен.

— Докладывай, сорвиголова, что там да как? — с натугой в голосе потребовал Усатов.

— Все в полном порядке, господин капитан. Барон Урген и главный подстрекатель нападения захвачены, доставлены на «Вепрь» и находятся под охраной, — в шутку вытягиваясь у постели раненого, выпячивая грудь и повысив голос, сообщил Альбрайт.

— Молодец. Садись рядом, рассказывай. Вишь, подкачал я маленько. Да не шуми, слышу я хорошо. Раскричался, как петух на насесте. А вы что тут делаете? — заворчал Усатов, заметив, что в каюту уже просунулись несколько парней. Пошли отсюда, лучше бы делом занялись.

Дин коротко сообщил капитану о проведенном допросе Ургена, своих соображениях и покинул каюту, давая возможность раненому восстанавливать силы. Он торопился к себе, с нетерпением ожидая допроса захваченного на «Крестоносце» незнакомца.

В коридоре его ожидал Дымов. Мужчины крепко обнялись, осматривая друга. Не прошло еще и месяца с периода их знакомства, а сколько событий произошло. В каком количестве опасных переделок они побывали. В ходе сражения экипаж «Вепря» потерял восемь человек. Теперь каждый был на счету, и, когда объятия разжались, журналист убежал по своим делам.

Альбрайт подошел к своей каюте и, отпустив охранявшего ее абордажника, вошел. Пленник уже пришел в сознание и сидел в кресле. Судя по позе, его руки были связаны за спиной. Не обращая на него внимания, Дин сначала начал стягивать с себя боевой скафандр. Раздевшись и немного размяв плечи, он присел на диван со стаканом воды в руках.

— У вас было время подумать и решить для себя вопрос, будете ли вы сотрудничать со мной добровольно или нет, — обратился Дин к пленнику. — Не скрою, вы обладаете информацией, очень меня интересующей. Скажу даже больше. Если вы откажетесь говорить, то вас не убьют. По крайней мере, не сейчас. Вы сами вступили в эту опасную игру и проиграли, а как известно, проигравший платит. Нужны еще какие-то доводы?

— Снимите наручники, — запекшимися губами произнес пленник.

Альбрайт поднялся и, выполнив просьбу, вновь опустился на свое место.

Пленник молчал, растирая затекшие запястья рук.

«Как бы долго человек ни готовился к опасному прыжку и ни говорил себе, что все же придется прыгать, в последний момент он все равно останавливается на рубеже, собирая свою волю, — мелькнуло в голове у Дина, определившего состояние незнакомца, тянущего время».

Наконец тот решился.

— Я не буду торговаться. Способов получить у меня информацию множество, и вы не станете церемониться.

Дин утвердительно кивнул.

— Я уже мертв. Меня уберете либо вы, либо те, кто меня послал. Так почему бы и нет. Приказ о вашей ликвидации я получил из центрального офиса корпорации «Эмигот», от своего непосредственного начальника, руководителя службы безопасности господина Варса.

Сказать, что Альбрайт был удивлен, значило не сказать ничего. Чтобы скрыть свое удивление, он сделал небольшой глоток из стакана.

Пленник продолжал:

— Мне было приказано, не считаясь с расходами и не высовывая носа, это его слова, по вашем прибытии на Легу осуществить операцию устранения. В это время у меня под рукой оказалась команда барона. Я предложил Варсу свой план, и он согласился с ним. На счет Ургена перевели пятьсот тысяч федов. Нас подвела его жадность. Если бы он просто расстрелял «Вепрь» в космосе, я бы сидел в своей конторе и потирал бы руки, прикидывая, на что потрачу свои премиальные. Вот, собственно говоря, и все.

— А вам не показалось странным, что сумма за голову одного человека несколько завышена?