Николай Новиков – Наномашины, Король Чудовищ! Том 12 (страница 32)

Ты… живой. Механический, без души, но живой.

Американцы, намеренно или нет… стали творцами иной формы жизни. Существа разумного, не содержащего душу, но сделанного на её основе.

И я не знаю что во мне откликается: личность Терры, прагматизм или здравый смысл — но я против этого. Это преступление против души и человека. Это даже не создание личности с ноля! Это — просто обман, копия, и посягательство на целую ЖИЗНЬ, что случилась когда-то!

Я могу допустить создание искусственного интеллекта, но никак не то, что проделали с Тесеем. Его ведь просто обманули на всю оставшуюся жизнь вперёд, забрав ЕГО личность.

Это ведь… всё неправильно. Мёртвые должны быть мёртвыми. А рождённые должны прожить новую жизнь, в новом мире с новыми шансами.

— Тесей, давай ещё раз, — вздыхаю, — Мы можем…

Передача на телевизоре резко прерывается, и снова включаются новости.

— Срочные новости. С важным обращением выступит глава обороны.

Я медленно перевожу глаза. Тесей застывает, его зрачки сужаются.

— Граждане. Думаю, уже все осведомлены о начавшихся беспорядках в штате Аляска, и я хочу обратиться к протестующим — пожалуйста, подождите! Правительство готово говорить, готово слушать! Следующим утром я уже предстану перед вами лично, и я уверен, мы сможем прийти к общему решению, и обещаю, что лично выступлю связующим звеном между Вами и Советом!

Я его видел. Своими глазами видел. Но Тесей лишь мог слышать, ибо повёрнут затылком к экрану.

Но ему смотреть было не нужно.

Ведь он и так прекрасно узнал свой собственный голос.

«Они… и правда просто запустили его полноценную копию», — видел я, как застыло лицо Тесея, — «Они просто списали целую личность как расходный инструмент».

Нет. Так нельзя. Когда личность превращается в расходник, меняемый по кнопке — тогда я сидеть не буду.

*Чик*, — раздаётся щелчок.

— Не шевелиться! — услышал я голос за спиной.

Хмурюсь. Замираю.

Какого…

— Джон?.., — узнаю я голос, — Какого… что ты… как ты подкрался⁈

— Пара аугментаций на тишину! — процедил он, — Я направлю на тебя мощное оружие. Не делай глупостей, пацан! Резкое движение — и принесу им труп! Им сойдёт!

Смотрю на Тесея. Он застыл: глаза распахнуты, а лицо парализовано. Если бы он был человеком с полноценным телом, то я уверен — он бы сейчас очень тяжело и часто дышал. Я не знаю, что он испытывает. В каком шоке пребывает. Но он не реагировал на незваного гостя.

Тц. Плохо. Всё же удача вообще не на моей стороне, чтоб её!

— Как ты вообще меня нашёл?

— Долго бегал и много думал! — он явно был зол, — Вставай. Отведу тебя начальству, и ты расскажешь, что я не при делах и не виновен в этом хаосе!

— Ну приведёшь, а я скажу, что ты сообщник. И что тогда?

Молчание. Такого варианта он явно не предвидел.

Я же вздыхаю и поднимаю руки, начиная медленно вставать.

— Ну хочешь видео запишем, что я признаю твою невиновность, и вообще тебя не знаю? Джон… просто отпусти меня.

— Видео? А на вопрос: «Почему отпустил», что ответить⁈ — слышу щелчок, — Нет. Я передумал. Я… я принесу им тебя! — голос дрожит, — Если ты готов меня подставить, то я… я готов принести только твоё тело!

— Ты убьёшь ребёнка? — задираю бровь, начиная медленно поворачиваться.

— Я н-не хочу этого! Но… но у меня… — тяжело задышал он, — У меня семья. Дочка только родилась! Если попаду под трибунал… если работы лишусь… я потому и в армии, чтобы точно не уволили! Всех увольняет, но не нас — никто не будет нарываться на людей с навыками и оружием! — краем глаза вижу его измученное лицо, — Я не могу. П-прости но я не могу. Не… не ради себя.

Теперь мы стоим лицом к лицу. Одежду он сменил — был в гражданской, видать, чтобы протестанты не остановили. А лицо… очень уставшее. Правда измученное — от беготни, от страха и от сомнений. Он сжимает зубы, его глаза намокли, а губы дрожат.

Он пытается заставить себя выстрелить, пытается сломать свою личность! Но…

— Ты не стрельнешь, Джон, — вздыхаю я, — Ты не сможешь.

Дрожащими руками он наводит выскочившее из запасться аргументированное оружие мне на ноги. Его руки трясутся.

— Просто притащу… — шепчет он, — Притащу и всё закончится. Не обвинят… меня не должны обвинить!

Ничего не отвечаю. Просто смотрю. Он в мучениях: на одной чаше его родной ребёнок, на другой — чей-то другой.

Он хороший человек, которому просто не повезло. Но и сам сдаваться из-за дебильной правительственной системы чужой страны я тоже не собираюсь.

Но есть человек, который может всё это легко решить.

Точнее… не совсем человек.

— Михаэль… выключи психоз… — услышал я механический шепот за спиной.

Джон хмурится, не понимая откуда звук. Да, всё это время американец не видел отрубленную голову на низком столике — чем ближе он подходил, тем активнее я поднимался и преграждал видимость Тесея. Специально. Так, на всякий.

— Ты своих позовёшь, — хмурюсь я.

— Некого звать, Трибунал, — его голос ослабевает, — Не было никаких «моих»…

И этот ответ всё поставил на свои места. Он сказал куда больше, чем уговоры и оправдания.

Я выключаю психоз. Будет что будет! Говорю же, уж сейчас у меня козырей полно — я будто против американцев и создавался. Что-что, а уж выбраться труда у меня не составит.

Стоило помехам пропасть, как глаз Джона неожиданно мерцает. Он хмурится, затем распахивает глаза и судорожно начинает ими водить, что-то разыскивая!

— Рядовой, вы получили подтверждение моей личности. Немедленно опустить оружие! — голос Тесея возвращается в норму.

Глаза Джона ещё больше лезут на лоб, он делает шаг в сторону, смотрит на неприметный стол и…

— Это ты его убил! — он резко наставляет оружие на меня.

— Ты получил приказ высшего руководства! — гаркнул Тесей, и глаз Джона вновь замерцал, — Ты получил моё удостоверение. Живо выполнять!

Джон резко опускает оружейное запястье!

Я отхожу в сторону. Теперь у Тесея и Джона был нормальный прямой зрительный контакт.

— Г-господин Тесей… но вы же… вы же по телевизору только что… — не понимал бедолага.

— «Тесей», — фыркает механическая голова, — Это не личность. Это имя серийного продукта. Видимо… малец был прав. Я всего лишь пустышка, убеждённая в уникальности.

Поворачиваюсь на голову.

— Тесей, ты не… — пытаюсь кое-что сказать.

— Не нужно утешений. Я прекрасно понял твою мысль. И… после того, как они просто запустили мою копию… — голос дрогнул, — Я правда пустышка. И это хорошо. Пустышка может начать всё сначала, а не притворяться Алексеем, которого уже давно нет.

Я вскидываю брови. ёмаё! О как!

Это что, награда за мою попытку поступить по совести и справедливости⁈ Или может там что-то ещё есть?

— У меня не прописано чувство юмора, но даже я нахожу забавным, что мозг посылает сигналы в ядро. Сигналы о детонации, — Тесей пытается изобразить кривую ухмылку, — Они знали. Они всё знали. Даже прописали самоуничтожение при раскрытии правды. И я жив, лишь потому что мне отрубили голову.

— То есть… сегодня день чертовски огромных совпадений, — хмыкаю я, — Абсурд.

— Абсурд, — уверен, Тесей бы сейчас кивнул.

Джон же, полнейший бедолага в этой ситуации, даже не знал что делать и куда смотреть: не то на карлика, отрубившего голову буквально начальнику всей безопасности страны, то ли на этого же начальника, который ещё и благодарен!