Николай Николаев – Следователь и Корнеев. Повести и рассказы (страница 15)

После некоторой паузы я продолжил допрос:

– Настя жила вместе с вами?

– До последнего года. Пока не познакомилась со своим женихом, Мишей. Познакомились и стали жить вместе. Снимают квартиру. Миша тоже следователь.

– Вот как? – удивился я. От удивления я даже перестал делать пометки в своём блокноте. В таких случаях, чтобы не снижать психологического накала, оформлением протокола я занимался позднее.

– И где же, интересно, он работает следователем?

– Он ездит в Чечню; знаю, что надолго. А здесь обычно сопровождает какие-то важные грузы по железной дороге.

– Ах, вот оно что! – я снова обратился к своему блокноту, сделав очередную пометку. Миша был милиционером-охранником.

И, не поднимая головы, уточнил:

– А сколько лет вашей дочери?

– Двадцать.

Двадцать! Ручка в моей руке замерла на какое-то мгновение. Но я продолжил:

– Как Миша воспринимал ваши конфликты с Корнеевым? Или это его не касалось?

– Миша был нам барьером. Он сдерживал нас обоих. – Она задумалась. – Честно говоря, если бы не Михаил, то Корнеев, думаю, действовал бы со мной ещё жестче.

Выждав паузу, я сказал уже несколько другим тоном:

– Ну, а как Михаил отнёсся к ссоре между Корнеевым и Настей?

Я имел в виду ту стычку между ними, о которой упоминал сосед Павлюченков, когда Корнеев отказывался подвозить Настю на своей машине.

Корнеева бросила на меня быстрый взгляд.

– Ну, я так и знала, что вы об этом спросите! Только уж больно долго вы к этому подбирались. Как! Как! – Корнеева раздосадовано посмотрела по сторонам. – Тогда, полгода назад, я была в командировке в Нижнем Новгороде. Корнеев и Настя оставались одни. Миша находился в Чечне. Когда я вернулась домой, вошла в квартиру, то не сразу поняла, что происходит. Из дальней комнаты доносился вой. Я и не подумала, что это Настя. Слышен был голос Корнеева. И вдруг меня как молнией пронзило. Мишу, думаю, в Чечне убили! Поспешила туда, в комнату… – Корнеева расстегнула сумочку, которую держала на коленях, достала сигарету и закурила. После этого посмотрела на меня и спохватилась, отставив сигарету в сторону:

– Можно? Я вижу, вы не курите.

– Курите, курите!

– Когда я зашла туда, в спальню, то встала и стою, глазами хлопаю. Что к чему – понять никак не могу. Настя на кровати лежит в разодранной ночной рубашке. Уткнулась в подушку лицом. Корнеев штаны на себя натягивает… Хоть и не отец он ей, но при нём же я Настю воспитывала! Вот подонок! Чтоб его там черти разодрали! Грязная скотина!

Корнеева разволновалась и, порывисто поднявшись, подошла к окну; несколькими глубокими затяжками докурила сигарету и выбросила окурок в форточку. Тяжко вздохнула.

– В общем, Настя, дурочка, как я её ни предупреждала, рассказала всё жениху.

– Ну, и что Миша?

– Миша? – Корнеева усмехнулась. – Как ни боялась я дальнейшего, но даже разочарована была. Я думала, что Миша Корнеева убьёт. Но он его только избил. Тогда-то Корнеев и ушёл, стал жить отдельно.

– Ну, а чего вы ожидали? Когда вернётся Миша и Корнеева убьёт? Почему в милицию не заявили об изнасиловании дочери?

– Поймите, я же не думала, что Настя так сглупит! «Молчи, – говорю ей. – Молчи и забудь. А Михаилу – ни слова!» – «Ладно, ладно», – говорила. А потом взяла да и рассказала ему всё! Вот же глупенькая! Когда Корнеева застрелили, я грешным делом подумала, что это Миша сделал. Слава богу, что тогда он был в командировке!

– И вы поверили, что Миша простил Корнееву такое надругательство над своей невестой?

– Нет, он, конечно, ему этого не простил.

– Когда вы виделись в последний раз с Бекетовым?

– Несколько лет назад. На тридцатилетие Корнеева встречались, в кафе на улице Хохрякова.

– Скажите, Светлана Андреевна, – произнёс я, отложив в сторону авторучку, – у вас есть друг?

Я даже не стал извиняться за не слишком деликатное любопытство. Мы всё-таки в кабинете следователя, и речь идет об убийстве.

– А к чему всё это, Иван Иванович, к чему? Никак не пойму! Ведь убийство-то уже раскрыто! Вы же сами сказали, что Бекетов убил! К чему всё это – мой друг, мои семейные дрязги, а?

Я молчал.

Корнеева после некоторой паузы сказала недовольно:

– Ну, пожалуй, нет. Нет у меня никакого друга, если вы это хотите знать.

Нет, конечно, я допускал, что убийцей мог быть Бекетов. Но эта версия была очень слабенькой. И я вовсе не намеревался следовать указаниям начальника, замыкая обвинение на этом несчастном пропойце. Пусть следствие идёт своим чередом. После ухода Корнеевой, перечитывая протокол допроса, я выстроил в голове такую картину происшедшего преступления. Миша, будущий её зять, решил Корнеева убить. У Миши есть пистолет. Яснее ясного, что в Чечне, куда он так часто ездит в служебные командировки, добыть можно любое оружие. Миша привозит пистолет калибра девять миллиметров. Но не успевает воплотить в жизнь задуманное, как его отзывают в командировку. Предположим, о его приготовлениях догадывается Корнеева. Она похищает у него пистолет и просит Смольянова помочь ей убить Корнеева. Тот находит исполнителя. Бекетова? А затем подставляет его? Так, что ли, получается? Нет, скорее всего, исполнителя находят другого, а Бекетов оказывается крайним.

Что ни говори, я завяз в этих версиях. Перечитывая протокол, я видел, что начинаю заболевать убийственной жвачкой. Когда течение мысли не совсем правильное, но оно продолжается, здравый смысл начинает бунтовать, и мозг сигнализирует человеку, что всё это неверно и надо возвращаться в исходную точку, к фактам. А к имеющимся фактам прибавился конфликт между женихом Насти Мишей и Корнеевым. Конфликт очень серьёзный. Корнеев изнасиловал Настю! Ну и подонок же, оказывается, этот потерпевший! Не удивлюсь, если ещё что-нибудь выявится. Надо расширять проверку круга людей, с которыми общался Корнеев. Глядишь, и ещё какой-нибудь конфликт выявится, и, возможно, связанный с его бизнесом. Если выяснилось, что Корнеев за один год жизни убил одного человека и изнасиловал женщину, тогда что он натворил за всю жизнь? Кинул, к примеру, с деньгами кого-нибудь в своём бизнесе? Вызвав по телефону Валентину, Полушкина и Федосеева, я решил провести с ними совещание, обсудить версии, определиться на будущее. А на указания Брагина завершить следствие мне было ровным счётом наплевать.

14

Встреча с операми ещё раз напомнила, что за это дело только я один в ответе. И Румянцева, и Федосеев, и Полушкин – все опера как один обиделись на меня. И всё из-за того, что я отказался выставить в информационный центр карточку о раскрытии убийства.

– Иваныч! Ну, предъяви Бекетову хотя бы дежурное обвинение! Ведь очевидно же, это он завалил Корнеева! Во всяком случае, причастен к этому! Тут как минимум соучастие в виде сокрытия следов преступления… Эх! Накрылась квартальная премия! – Федосеев раздосадовано махнул рукой, закрывая дверь кабинета.

Я пожалел, что забыл высказать им вдогонку упрёк о плохой работе. Добро бы они денно и нощно бегали, исправно выполняя мои указания. Нет, Федосеев и Полушкин потратили уйму времени впустую и всё только для того, чтобы выяснить в ходе поквартирного обхода, что к Бекетову в дом приходили только они сами. Но чемодан с деньгами как-то появился под кроватью у Бекетова! Это значит, что Федосеев и Полушкин поверхностно выполнили моё поручение. Только и всего. Иначе получается, что преступник, подкинувший деньги, был в форме сотрудника милиции. Но это маловероятно. Или, что уж совсем сомнительно, деньги никто не подбрасывал, а Бекетов сам спрятал их у себя под кроватью.

Целая бригада сыщиков работает, думал я раздражённо, а результатов работы, которым можно было бы доверять, нет!

Вечером я сам отправился по адресу, где проживал Бекетов. С ним пора было определиться, поскольку срок содержания его под стражей уже истекал. Перед тем как покинуть кабинет, я взбодрился крепко заваренным кофе, пробежался глазами по милицейскому рапорту. Сидоренко В. П.,1952 года рождения, проживающий в квартире №5, – сказать ничего не может. Водолазова Е. М., 1968 года рождения, воспитатель детского сада, из квартиры №6 – то же самое, ничего не видела, ничего не знает. Пермяков Г. К.,1955 года рождения, из квартиры №2 – он-то как раз и говорит, что приходили в дом только сотрудники милиции… Когда и сколько – это Федосеев с Полушкиным уточнить не удосужились. Вот с него, Пермякова, пожалуй, и начну.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.