Николай Нестеров – Парсек налево - 2 (страница 5)

— И ты об этом сообщаешь только сейчас? — я чуть не выскочил из кресла, услышав такую новость.

— Нет оснований для беспокойства. У меня есть коды для доступа. К тому же система ликвидации давно уже отключена от источника питания. Реактор остановился несколько десятилетий тому назад — об этом тебе было сообщено заблаговременно.

— Твоим кодам восемьдесят лет в обед. Не очень-то они свежие. Может кто-то наведывался сюда, например, чтобы снять информацию, заодно и коды доступа поменял? Может такое быть?

— Вероятность 0/169. Изначально при планировании операции не было предусмотрено посещение станции — она полностью автономна.

— Как тогда собранную информацию забирать? По гиперсвязи? Дорогое это удовольствие.

— Гиперсвязь поддается перехвату и легко позволяет вычислить источник сигнала, что противоречит уровню секретности, поэтому от неё отказались. Связь осуществлялась раз в два года при помощи отправки автономных ботов.

Опасения мои оказались напрасными, хоть и не беспочвенными. Вот такой парадокс. Когда узнал, что база заминированная двумя термопольными зарядами мощностью по 500 мегатонн каждый, то сразу захотелось оказаться подальше отсюда и как можно скорее. Вычислитель уточнил, что заряды не простые, а модифицированные, специально для такой ситуации — выжигают всю электронику в радиусе десяти тысяч километров полностью, и вплоть до тридцати тысяч километров — частично поражают незащищенное оборудование.

В качестве трофеев нам достался локатор, он же — гравитационный интерферометр в идеальном состоянии. К сожалению, антенны от него приватизировать не удастся — нет механизма для развертывания и скручивания, а вручную растягивать и собирать обратно многокилометровую конструкцию — врагу не пожелаешь. Выч обещает пристроить его к нашей антенне, но это съест половину от максимальной дальности.

Больше ничего ценного и не нашлось. Основную часть станции занимает энергоустановка, но реактор, давно выработавший свой ресурс, разбирать — дураков нет. Скрасило разочарование обилие ремонтных дронов — восемь штук, разного размера и назначения. Это хороший прибыток и весьма полезный для хозяйства — обычными ремботами, которые продаются на Спике, Вычислитель управлять нормально не может, а с "родными" из ЕССТ, производительность ремонтных работ вырастет на порядок.

Наш корабельный Плюшкин, конечно, набрал себе несколько тонн запчастей и прочего хлама — но меня это мало радует. Хабар, который нельзя продать за звонкую монету, меня мало радует. Только место в трюме занимает, а пригодится или нет — ещё тот вопрос.

— Это, что за конструкция?

Странная платформа, похожая на вертолетную площадку, местами оплавившаяся.

— Платформа для пусковых операций. Отсюда курьерские шлюпы стартуют. Но сейчас их нет. Все восемь штук израсходовали.

— Фига себе! Это они что годами ползли на досветовой скорости отсюда до Утопии?

— На химической или фотонной тяге отсюда до Утопии за десять лет не доберешься. Поэтому на каждом из шлюпов устанавливается гипердрав. Упрощенной модели, рассчитанный на ограниченное количество прыжков.

— Топливо, естественно, тоже дешевое? Такое, как у нас? — уцепился я возможность пополнить на халяву свои запасы.

Но Вычислитель жестко обломал. Стержни идентичные нашим. Но запас твердого топлива на каждой ракете — только на три прыжка. Из соображений секретности и для экономии топлива, было принято соломоново решение не возвращать курьеры напрямую в систему Утопии-2, а забирать их эсминцем из некоей фиксированной точки в открытом космосе неподалеку от границы ЕССТ.

— Подожди, так забирать их по идее, тоже должен был "Гнев НП"? Логически рассуждая — зачем расширять круг посвященных, если уже есть подходящее судно для этой цели?

— Так и должно было быть, но боевые действия внесли коррективы. Обстоятельства изменились, и научные исследования отошли на второй план. Потом некому стало забирать информацию — Союз СТ прекратил существование.

— Получается, сейчас все они дрейфуют с нулевой скоростью в одном месте посреди открытого космоса? Так?

— Вероятность 142/169. Возможно, не все курьерские суда прибыли в конечную точку.

— То есть, прямо сейчас, относительно недалеко от нас, плавают посреди вакуума, без малейшей пользы, как аммиачный лед в проруби, восемь жестянок и в каждой из них — бесплатный гипердрав?

— Вероятность, что они исправны 99/169…

— Пусть даже половина — все одно, брать надо! Считай координаты.

Через два дня мы нашли их. Хотел сказать — все, но нет, только шесть штук. Две ракеты потерялись где-то по дороге. Хорошо, что кучно легли — иначе замучались бы собирать их по окрестностям. Автоматические маячки давно уже отключились, а искать по пассивным уголковым отражателям на большом расстоянии — это рулетка с минимальными шансами на успех.

Внешне — ничего примечательного, космические путешественники похожи на большие толстые трубы для газопровода, только обрезанные. Шесть стальных десятиметровых сосисок. Блок информации, очень скромное по возможностям, считающее устройство, реактивный движитель и гипердрав — точная копия нашего, только меньше в размерах, и качеством похуже. Хотя, казалось бы, куда уж хуже? Инерционные гиродины словно вручную напильником выравнивали — жуткое качество обработки. Хотя, если учесть, что ракеты фактически одноразовые — то грех жаловаться, большая часть добралась до точки назначения — уже успех!

При погрузке добычи на борт неожиданно выяснилось, что у нас в трюме "заяц". Что самое удивительное — незадекларированный груз явно не живого происхождения и самостоятельно забраться внутрь никак не мог.

— И как это понимать? — задал я вопрос Хванну, который, не долго думая, отфутболил меня дальше к Раме.

— Вычислитель сказал грузить — я и погрузил. А что такое и зачем — откуда мне знать.

Пришлось обращаться за разъяснениями к электронному скупердяю. Два странных металлических бочонка с проводами и трубками, похожие на газгольдер. Что означает последнее слово, я не знаю — лишь предполагаю, но выглядят эти агрегаты также подозрительно, как звучит это мерзкое слово "газгольдер".

— Что за хрень на борту? Как она здесь оказалась, и почему без ведома капитана?

— Ты сказал, забирать все самое ценное. Что приравнено к прямому указанию, — тут же отбрехался Вычислитель.

— И что они, правда, очень ценные? Что-то непохоже, что внутри них платина в слитках, — подозрительно осмотрел я внеплановый хабар.

— Стоимость одного устройства 1ВЖ-133ГЯ согласно накладной сто семьдесят пять тысяч трудодней. А у нас их теперь два! — поделился радостью искусственный недоинтеллект.

— Это много или мало?

— Гипердрав стоит всего сорок тысяч трудодней. Правда, это цена с учетом хозяйственного вычета по балансу среди отраслей.

— Ого! В три раза дороже гипердвигателя? И для чего нужны эти девайсы?

— Ты уже получил эту информацию несколько дней назад. Термопольные заряды, мощностью пятьсот мегатонн каждый. Модификация для электронного и магнитного поражения.

Глава 4

— Знакомые места!

На самом деле одну звезду от другой я смогу отличить, только если они будут различаться цветом и размерами, да и то, если их рядом на экране показать вместе с названием, желательно крупным шрифтом. В космическом пространстве "все кошки серые". Звезды похожи одна на другую, как сиамские близнецы — светящие точки или в лучшем случае — крошечные светлячки, если подобрался менее, чем на сто миллионов километров. А уж отличить спектр на глаз только опытный астронавигатор способен. Тем не менее, эта звездная система мне хорошо знакома — именно здесь я провел первые и самые скорбные месяцы моей внеземной эпопеи. Впрочем, есть вариант, что всё самое скорбное и печальное у меня ещё впереди. Ибо Вычислитель определенно решил отравить мне жизнь, причем на несколько лет вперед.

— Ты обязан освободить из рабства всех каторжан, — поставил мне условие свихнувшийся комп, да ещё и пригрозил лишением лейтенантского звания в случае отказа. — Долговое рабство — худший вид эксплуатации. Тем более, что нам нужен полностью укомплектованный экипаж.

И ведь, не соврал насчет лишения звания, зараза! Оказывается, политическое разложение офицера приравнивается, чуть ли, не к дезертирству и утере боевого духа. Несоответствие моральным нормам ЕССТ, шьет, душа чернильная, бюрократ электронно-разумный.

— Но у меня нет денег, всех выкупить за один раз!

— Твои проблемы.

— Штатное расписание — тридцать один человек. А зэков — около сотни! — привел я ещё один неотразимый аргумент.

— Ты поклялся на Уставе, что будешь всеми силами стремиться воссоздать Общества Свободного Труда. Бывшие угнетенные — лучшие кандидаты в первопоселенцы. Ты же должен создать автономную коммуну. Из кого, как не из благодарных спасенных её формировать?

Убиться ап стену! Только не получиться — изнутри стены обшиты мягким пластиком, по всей видимости, конструктора подозревали о том, что такое желание может возникнуть. Ведь они родом с Утопии — точно предусмотрели!

— А если они не захотят строить Светлое Будущее с большой буквы Бэ?

На самом деле слово "если" здесь не нужно абсолютно, но спорить ещё и об этом, у меня нет сил.

— Только добровольцы. Остальные должны сами созреть и принять идеалы нашего общества.