Николай Непомнящий – 100 великих тайн из жизни растений (страница 14)
Ботанику Жюсье, самому молодому участнику упомянутой экспедиции, удалось выяснить, что цинхона растёт в горах по восточным склонам Кордильер (Анд) на высоте от 2000 до 3500 метров. Хинные деревья (их 40 видов) широко распространены в Южной Америке, но сплошных лесов нигде не образуют. Высота этих питомцев флоры от 10 до 33 метров. У них могучие стволы с красивой серебристой корой, листья сверху тёмно-зелёные, а снизу бледно-серебристые. Цветки растения мелкие и собраны в метёлки, напоминающие соцветия нашей сирени. Семена, заключённые в двухгнёздную коробочку, — небольшие крылатки, легко разносимые сильными горными ветрами.
Исследования Жюсье продолжались 17 лет, а когда учёный решил вернуться домой, его слуга сбежал, похитив все научные материалы.
Неудачи ещё долго преследовали тех, кто решил заняться изучением хинных деревьев. Англичанин Ледгер в течение 16 лет посылал в джунгли на поиски «зелёных лекарей» нанятых им людей, но индейцы убили всех его разведчиков. Только преданному слуге Мануэлю Мамени в конце концов удалось вывезти семена цинхоны. Ледгер собирался выращивать их на юге Англии, но пал жертвой убийц, которых подослали к нему испанцы. Мамени, вернувшийся на родину, был схвачен и казнён, а хинное дерево получило новое название — цинхона ледгериана.
В середине XIX века голландцы уговорили немецкого ботаника Хассекарла поехать в Южную Америку по поддельному паспорту, чтобы скрыть свою профессию. Пережив труднейшие испытания, больной учёный всё же сумел в 1854 году переправить большое количество семян цинхоны на голландский крейсер, специально посланный к берегам Южной Америки. Этот посадочный материал перевезли на остров Ява, где наконец была заложена обширная плантация хинных деревьев. Победителей малярии приручили и поставили на службу здоровью человека.
Хотя давно существуют синтетические заменители чудо-порошка, которые ни в чём ему не уступают и достаточно дёшевы, многие больные предпочитают использовать для лечения натуральную хину. Сегодня, помимо Явы, цинхону выращивают в Индии, на склонах Гималаев на высоте 2500 метров. В коре здешних деревьев содержится до 4 % хинина — значительно больше, чем у их «диких» сородичей. При Хинном департаменте страны действует фабрика по производству лекарства, и сегодня оно присутствует на мировом рынке в достаточном количестве.
Они показывают время и предсказывают погоду
Люди, живущие в тесном общении с деревьями, начинают разбираться в их привычках и настроениях. Ботаник Коуэн наблюдал в Индии листья дождевого дерева, которые обладают замечательным свойством менять свое положение в зависимости от атмосферных условий. Он писал: «В солнечный день они располагаются горизонтально, так что густая крона не пропускает ни единого луча солнца, но по ночам, в пасмурные дни или во время дождя листочки складываются попарно, черешки обвисают и каждое перо поворачивается на своем утолщенном основании так, что все листья обращаются ребрами вверх». Тамаринд складывает листочки на ночь и в пасмурную погоду; в каждой бирманской деревне имеется свой большой тамаринд, который считается обителью бога дождей.
Листья дождевого дерева способны предсказывать погоду
В тропической Западной Африке деревья служат часами, их считают даже весьма надежными будильниками. Дж. Ирвин называет четыре таких дерева.
Гриффония имеет пятисантиметровые вздутые стручки, которые лопаются с оглушительным треском, напоминающим ганским фермерам, что пора сеять.
Клаоксилон — дерево высотой 18 метров. Плоды клаоксилона созрели — значит, пришла пора праздновать Новый год.
Либерийский тополь — дерево высотой 30 метров. Появление молодых красных листьев на этом тополе означает наступление рыболовного сезона.
Трихилия — дерево высотой 18 метров, цветущее в феврале и августе. Цветение этого дерева указывает время второго посева кукурузы перед наступлением второго сезона дождей.
Исследователь Дж. Долзил сообщает, что дикая груша в Восточной Нигерии служит указателем времени — «сев начинается».
Пройдитесь по лесу в сухой и ветреный осенний день, вслушайтесь в его безмолвие, и вы услышите повсюду вокруг шелест и шорох листьев. Вы различите вздохи и тихое эолово пение сосновых игл на ветру. Если деревья уже достигли величественной старости, то вы услышите скрипы и стоны, а иногда и вопли трущихся друг о друга сучьев или громкий треск падающей сухой ветви.
А в теплый тихий апрельский день в березовом лесу стоит будто шум дождя — это раскрываются почки.
Все это — обычные лесные шумы и лишь малая часть того, на что способны деревья.
Ботаник Фредерик Коу писал: «Казалось бы, шелушение коры — не такой уж шумный процесс, но в роще тихоокеанских земляничных деревьев в жаркий и сухой июльский день непрерывно раздается тихий шепчущий звук. Это со стволов и веток, открытых прямым солнечным лучам, планируют, как конфетти, тонкие пластинки коры… Осыпается только верхний бумажный слой коры, но он опадает со всего дерева и устилает землю легким ковром.
…Стоило бы, вероятно, в жаркий сухой день послушать и растущие по соседству большие эвкалипты, с чьих белых чистых стволов кора свисает полосками по семь-восемь метров». Предположение Коу отвечает истине: эвкалипты действительно шумят. Врач Дж. Хьюитт из Австралии писал: «Да, когда кора эвкалиптов… отходит от ствола, кажется, что это рвется бумага или полотно. Часто такой звук возникает потому, что длинные полосы коры отваливаются под действием собственной тяжести».
Однако не все звуки, издаваемые деревьями, поддаются такому простому объяснению. А. фон Гумбольдт сообщал об оглушительном треске, который нарушает ночное безмолвие на Амазонке.
Другие путешественники приписывали этот звук пушечным деревьям, но без каких-либо конкретных оснований. Ботаник У. Спрус пытался установить источник этого звука, который он тоже слышал и сравнил с выстрелом большой пушки. Судя по всему, это не такое уж редкое явление, так как Л. Блоссфелд сообщил, что сам его слышал во время пребывания на реке Инка в верховьях Амазонки. Он объяснял этот треск внезапным разрывом тканей в чрезвычайно быстро растущих древесных стволах, когда заболонь под влиянием повышенного тепла и влажности начинает расти с такой скоростью, что остальные ткани за ней не успевают. В результате заболонь внутри лопается. Блоссфелд видел такие внутренние разрывы в поленьях, которые грузили на пароходы на реке Амазонке.
Л. Блоссфелд сообщал и о других звуках: «Гонконгский старожил, навестивший меня в Сан-Паулу, рассказывал о своей поездке вверх по реке Янцзы в края бамбуковых лесов, которые снабжают весь Китай строительным материалом. Он поселился в гостинице, стоящей посреди рощи гигантского бамбука. Перед рассветом он проснулся, разбуженный ужасным визгом, плачем и слабыми стонами, доносившимися из рощи. В испуге он разбудил своего спутника, который объяснил ему, что звуки эти производятся растущими молодыми побегами гигантского бамбука, пробивающими себе путь сквозь кроющие листья. В теплое влажное утро бамбук растет с необычайной быстротой, и трение порождает эти жуткие звуки».
Деревья чаще шепчут, но иногда они и повышают голос. Шелковая акация, тропическое дерево родом из Азии, но прижившееся в Вест-Индии и во Флориде, дает великолепную тень, и ее культивировали бы куда более широко, если бы не множество стручков длиной 30 сантиметров, свисающих с ее веток всю зиму и отвечающих на каждый порыв ветра громким стуком свободно перекатывающихся семян.
В Западной Африке суеверным почтением окружено «говорящее дерево» и тому, кто его срубит, грозит суровое наказание. Дж. Долзил говорит, что оно и по сей день считается оракулом и суеверные люди платят большие деньги за разрешение посидеть под ним, поведать ему свои заботы и сорвать несколько листьев.
Подобное же суеверие существует и в Либерии, где магические свойства приписываются дереву из семейства бобовых — Cynometra ananta. Долзил сообщает, что человек, желающий, чтобы его друг пришел к нему или получил от него весть, должен сдуть с ладони в том направлении, в каком этот друг находится, щепотку нюхательного порошка, изготовленного из высушенных листьев магического дерева.
В ботанической литературе не раз описывался магический «камфарный язык» сборщиков камфары. Этот оригинальный язык, возникший в Джохоре, употребляется только во время сбора капель камфарной смолы с деревьев, и больше никогда. Местные жители свято верят, что не получат камфары, если заговорят на каком-нибудь другом языке. Эта смола в десять раз дороже смолы китайского камфарного дерева. Дриобаланопс в пределах своего ареала встречается в больших количествах, но кристаллы камфары дает далеко не регулярно. Это не настоящее камфарное дерево, но его смола обладает сходными свойствами и служит для тех же целей. Малайцы и другие джохорские туземцы верят, что у каждого вида дерева есть свой дух или бог-покровитель. Дух камфарного дерева называется Бисан — буквально «женщина». Богиня Бисан любит отдыхать возле своих деревьев, и когда по ночам в лесу раздается своеобразный звук, напоминающий треск цикады, считается, что это поет Бисан и что в этом месте непременно окажется камфара.