Николай Непомнящий – 100 великих достижений СССР (страница 72)
Тогда месторождение решили «запечатать» ядерным взрывом. Буровики сделали канал для бомбы мощностью 30 килотонн, который под углом подошел к газовой скважине глубоко под землей.
Мощный взрыв сдвинул породу и буквально раздавил скважину. Газ перестал выходить на поверхность и выгорать.
К 1970‐м гг. в СССР сформировалась еще одна область применения мирных атомных зарядов – глубинное сейсмическое зондирование. Это когда с помощью взрывов создают искусственные колебания земной поверхности (любой подземный взрыв вызывает землетрясение), которые изучают специальной регистрирующей аппаратурой.
Так можно обнаружить перспективные места для разработки ископаемых. Сейсмосигнал при ядерном взрыве распространяется на расстояние до 700 километров, в то время как от обычной взрывчатки – только на 20.
Для своего времени это была прорывная, хоть и неоднозначная технология. С ее помощью можно было за короткое время исследовать внушительную по размерам территорию.
Атомный заряд, заложенный на глубине от 500 до 1000 метров, позволял изучить геологическое строение региона на площади от 1500 до 4000 километров вокруг эпицентра.
Быстрое развитие тяжелой промышленности рождало проблему хранения и утилизации токсичных отходов. Наземные емкости стоили дорого и требовали постоянного обслуживания. Сливать большие объемы биологически опасных материалов в глубокие скважины, откуда они, по идее, никак не могут проникнуть на поверхность и нанести вред, было невозможно.
Тогда родилась идея создавать специальные емкости с помощью ядерных взрывов. Для этого заряд закладывали в глубокую (до двух с лишним километров) скважину. Когда его подрывали, в породе образовывалась огромная полость. В такие пустоты и предполагалось заливать отходы.
Первый такой взрыв провели в 1973 г. на объекте «Кама-2», неподалеку от Стерлитамака (Башкортостан), в 100 километрах от Уфы. В полученное хранилище стали сливать сточные воды местного содового производства. Годом позже поблизости, возле города Салават, был создан резервуар «Кама-1». В него стали закачивать отходы нефтехимического производства. Только к 1997 г. на «Каме-2» и «Каме-1» захоронили 28 и 1,5 млн кубометров высокотоксичных отходов соответственно. Обе емкости используются по сей день. Технология считалась перспективной и пригодной для использования на большей части нынешней Российской Федерации. Однако больше нигде такие хранилища не создавались.
Также с помощью ядерного оружия промысловики пробовали повысить безопасность на угольных шахтах. Работу на таких объектах осложняют полости с газом, находящимся в недрах под большим давлением. Внезапное вскрытие таких пустот, например во время бурения, провоцирует резкий выброс большого количества метана и угля, что смертельно опасно для шахтеров.
В 1979 г. на донецкой шахте «Юнком» (объект «Кливаж») такие полости попытались «схлопнуть» с помощью ядерного заряда. Расчет был на то, что ударная волна создаст многокилометровые трещины в породе и попутно вскроет газовые пустоты. Через пять дней после взрыва шахтеры вернулись к работе. Количество и мощность внезапных выбросов уменьшились. Планировался еще один такой взрыв, но до развала Советского Союза его провести не успели.
Полностью запретить ядерные испытания и мирные взрывы так и не удалось. Договор о всеобъемлющем их запрещении не подписали три страны, обладающие атомным оружием. Это Индия, Пакистан и Северная Корея. Характерно, что первый свой ядерный взрыв («Улыбающийся Будда») индийское правительство в 1974 г. позиционировало именно как мирный. Последние атомные испытания Индия и Пакистан, государства с непогашенным пограничным конфликтом, осуществили в 1998 г. КНДР с 2006 г. провела шесть тестов. А две ядерные державы, США и Китай, подписали, но так и не ратифицировали договор.
Мирные ядерные взрывы могут вернуться. Согласно Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, каждые десять лет делегации стран собираются на конференцию. На ней представители любого государства могут попросить внести поправку, которая позволит этой стране проводить мирные ядерные взрывы, если они не будут использоваться для военных целей.
Советская наука и ученые в СССР
Лев Термен изобретает терменвокс (1926 г.)
120 лет назад – 28 августа 1896 г. – родился советский инженер-электротехник, изобретатель и музыкант Лев Сергеевич Термен. Есть мнение, что, если бы все изобретения Термена были вовремя доработаны и запатентованы, сегодня его имя стояло бы в ряду с гениальным Леонардо да Винчи. Он изобрел первый в мире электромузыкальный инструмент – терменвокс, первую в мире телевизионную установку – дальновидение, охранную сигнализацию и уникальную систему подслушивания «Буран», работал над системой распознавания речи, технологией заморозки человека, идентификацией голоса в криминалистике, занимался военной гидроакустикой…
Термена травили и гноили в ссылке, а он шутил, что бессмертен, и предлагал недругам прочитать его фамилию наоборот. Получалось «Термен – не мрет». Все-таки он умер, прожив очень долгую жизнь – 97 лет. Вероятно, прожил бы еще, да соседи по московской коммуналке затравили чудаковатого старика, не в силах дождаться, когда освободится его комнатушка. Как-то в отсутствие Льва Сергеевича они разгромили его имущество, разломали вещички и уничтожили его записи. Термен вынужден был переехать к дочери, но так от всего этого занемог, что, как следовало ожидать, вскоре и умер. Комнатушка освободилась.
Но самое знаменитое изобретение Термена – терменвокс (от имени изобретателя и латинского vox – «голос»). Высота звука в этом электромузыкальном инструменте определялась движениями правой руки исполнителя над одной из антенн, а громкость регулировалась движением левой руки над другой его антенной.
Для игры на терменвоксе необходимо обладать идеальным слухом, так как во время игры музыкант не касается инструмента. С исполнением на терменвоксе его изобретатель выступал в 1921 г. на съезде ГОЭЛРО, а в 1922‐м демонстрировал его Ленину. Вождь пришел в восторг от изобретения и даже пытался исполнить на терменвоксе «Жаворонка» Глинки.
Tермен сразил мировую научную общественность своим терменвоксом, на котором он сам (а Лев Сергеевич помимо физики еще окончил консерваторию) давал концерты классической музыки. «Небесная музыка, голоса ангелов», – стонала от восторга буржуазная пресса.
СССР получил заказы от нескольких фирм на изготовление 2000 терменвоксов с тем условием, что Термен приедет в Америку курировать работы. Но вместо одного задания Лев Сергеевич получил два: одно от наркома просвещения Луначарского, а второе – от руководства внешней разведки. В 1928 г. Термен, оставаясь советским гражданином, переехал в США. Там он первым делом запатентовал терменвокс и свою систему охранной сигнализации, а также продал лицензию на право серийного выпуска упрощённой версии терменвокса компании RCA. Затем Лев Сергеевич организовал компании Teletouch и Theremin Studio и арендовал в Нью-Йорке на 99 лет шестиэтажное здание для музыкально-танцевальной студии. Это дало возможность создать в США торговые представительства СССР, под «крышей» которых работали советские разведчики.
Вскоре Лев Термен стал очень популярным в Нью-Йорке человеком. В его студии бывали Джордж Гершвин, Морис Равель, Яша Хейфец, Иегуди Менухин, Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн… В круг его знакомых входили финансовый магнат Джон Рокфеллер, будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр. Разразившаяся на рубеже 1930‐х гг. Великая депрессия разорила многих. Но не Термена: у изобретательного ученого был еще один козырь – охранная сигнализация. Датчики Термена отрывали с руками. Их установили даже в тюрьме Синг-Синг и в форте Нокс, где хранился американский золотой запас. К середине 1930‐х гг. Термен был включен в список двадцати пяти знаменитостей мира и состоял членом клуба миллионеров. Каждые две недели Лев Сергеевич приходил в небольшое загородное кафе, где его ждали двое молодых людей. Они выслушивали его донесения и давали новые задания.