Николай Непомнящий – 100 великих достижений СССР (страница 7)
Не получить квартиру, а только встать на учет. И стоять на учете лет 10, если повезет, а если не очень, то и 15–20. За эти 10–15 лет кто-то из членов семьи мог умереть, и тогда эту семью немедленно из квартирной очереди удаляли, потому что на каждого из выживших приходилось уже больше жилплощади.
Из чего составлялся жилой фонд предприятия? Всем крупным предприятиям разрешалось строить за свой счет жилье для своих работников. При этом учитывались многие факторы – важность данного предприятия, наличие у него жилищного фонда, перспективы развития предприятий, необходимость привлечения дополнительных работников и т. д. Возможные сроки получения жилья зависели также от многих факторов – на некоторых предприятиях необходимо было ждать получения жилья несколько лет, на других можно было получить квартиру в течение года-двух и даже за несколько месяцев. К примеру, в Москве или другом крупном городе получить квартиру было очень трудно – ждать приходилось десятилетиями, а на периферии, особенно при строительстве новых предприятий, можно было получить жилье очень быстро, вплоть до нескольких дней после устройства на работу.
Кроме обычной очереди, на предприятиях и в исполкомах были так называемые льготные очереди – в них ставили так называемых льготников. Состоявшие в этих очередях получали жилье намного быстрее, чем обычные очередники.
Исполкомовский жилой фонд состоял из домов, имевшихся на балансе исполкома и строящихся для него, а также для города каждое предприятие (в том числе ЖСК) должно было отдавать 10 % от построенного им жилья. Порядок и нормы получения жилья от города был практически такой же, как на предприятии, однако очереди там были обычно намного длиннее.
Вот два вопроса, обычно поднимаемые при обсуждении жилищных проблем в бывшем СССР. Первый касается самой возможности получения жилья, и имеет два противоположных суждения: одни заявляют, что жилье в СССР получить было практически невозможно, другие – что это было вполне реально, жилье давали достаточно быстро. Как ни парадоксально, но оба этих утверждения верны. Очень трудно, а иногда и практически невозможно было получить жилье или расширить жилплощадь работникам небольших организаций, не имеющих собственного жилого фонда, находящихся в крупных городах, – различных НИИ, проектных институтов и т. д. В то же время на строительстве новых заводов, электростанций, в новых городах на периферии получить квартиру было нетрудно. Но и сменить работу в этих городах было сложно. СССР таким образом привязывал работников к предприятиям не только пропиской, но и жильём.
Второй вопрос – относительно злоупотреблений при распределении жилья. Конечно, злоупотребления были, а в конце 1980‐х имелись уже многочисленные факты незаконного выделения квартир за деньги. При этом надо учесть, что для партийных функционеров обычно строились отдельные дома. Эти были более благоустроенными, чем жилье для простых людей, и даже по этой причине функционеры не очень-то и просили жилье в обычных домах.
Жилье можно было получить от родителей по наследству только в том случае если вы были прописаны в нем. Во всех прочих случаях жилье вы получить по наследству не могли или получали его с обременением в виде обязательной сдачи вашего нынешнего обиталища. Тут были лазейки. Например, можно было развестись и прописаться под этим соусом к престарелым родственникам – после их смерти вы становились владельцем их жилья.
Но в конце концов многие, конечно, после долгих мытарств и десятилетий стояния в очереди жилье получали. Особенно в период интенсивного строительства, начиная с середины 50‐х. Как правило, это были убогие малометражные квартиры отвратительного качества, как правило, на окраинах, и после получения счастливые новоселы (действительно счастливые после многих лет коммунального ада или жизни в страшной тесноте с родителями) еще должны были доводить это жилье до пригодного к жизни состояния. Формально раз квартиры были государственные, то и ремонтировать их должно было государство, но практически добиться нормального ремонта было нереально. Поэтому и всякий ремонт люди делали за свой счет и своими силами, у кого они были.
В Конституцию СССР 1977 г. вписали «право на жилище», поэтому выселить в никуда в СССР формально не могли, также насильственное переселение было запрещено.
Таким образом, красивая легенда про то, что всем-всем в СССР давали бесплатное жилье, разлетелась в прах.
Жилье не было бесплатным – за него всю свою жизнь платили граждане своим трудом на государство.
И квартиры не давали, а предоставляли в пользование, причем отвратительного качества, из расчета не более 18 метров на человека (а практически это было гораздо меньше, и количество комнат равнялось количеству членов семьи «минус один», то есть на двоих однокомнатную, на троих двухкомнатную и т. д.).
Как серп и молот победили безработицу
Более восьми десятилетий назад не стало безработицы. Правда, не стало ее только в одной, отдельно взятой стране и только по официальным отчетам, однако история об этом все равно сохранилась. 13 марта 1930 г. в СССР закрылась последняя биржа труда – Московская. После этого Советский Союз объявил себя первой в мире страной, окончательно покончившей с безработицей.
Биржи труда впервые были созданы на территории России в начале ХХ в. Их отделения появились в нескольких крупных городах Российской империи: в Москве, Риге, Одессе, ну и, конечно, в столичном Петербурге. Помимо них возникли и частные конторы, которые занимались трудоустройством за плату.
С приходом к власти большевиков последние были упразднены, а сама безработица объявлена позорным «наследием капитализма». Началась борьба с «наследием», которой сильно мешала НЭП: не имеющие заработка люди тянулись из деревни в города, а в городах тем временем массово закрывались заводы, сокращались штаты фабрики. Безработных становилось все больше, они проводили акции протеста, и стало ясно, что срочно требуется принимать меры.
После этого началась массовая коллективизация, и методы ее проведения заставили колхозников забыть о возможности поиска лучшей доли. Крестьяне были надежно привязаны к земле, а значит, «заняты». В городах же проблему решили, полностью упразднив частнособственнические отношения в сфере труда, то есть запретив свободный найм рабочей силы, право выбора специализации и сделав трудовые отношения исключительно отношениями между гражданином и государством. Последнее само предоставляло рабочие места и само определяло, кто, как и почему на них будет работать.