Николай Наумов – Вера, Надежда, Любовь, или Московская фантасмагория (страница 9)

Они уехали от Таисии во втором часу ночи. В такси Вера, прижавшись к мужу, сразу задремала и проспала до самого дома.

VII

Участковый уполномоченный лейтенант Яков Паленских шел к Сахаровым по просьбе начальника УГРО майора Ефимцева. Ефимцев позвонил ему после очередной встречи с Верой. Она разрыдалась у него в кабинете когда он сказал ей, что сейчас по Калининскому району в розыске находится порядка десяти Валер разных возрастов. Ефимцев подал ей стакан воды, вынул из стола объемистую папку, пододвинул стул и сел рядом с ней.

– Вот что, Вера Александровна, буду говорить с вами откровенно. Вот здесь у нас около двухсот пропавших за один только март месяц, а ведь мы, сами понимаете, занимаемся в первую очередь грабежами и убийствами. Я в милиции работаю с сорок восьмого года и за эти десять лет у меня по району ни чего не изменилось – каждый год пропадает порядка тысячи человек. По нашей статистике находится где-то порядка пятидесяти процентов. Часто пропадают люди, которые не должны пропасть – для этого нет абсолютно никаких причин видимых и не видимых, так что человеку просто некуда пропасть. Похоже, что случай с вашим сыном именно такой. Мы проверили все обстоятельства его пропажи, да вы их наверняка знаете лучше меня и зацепиться, к сожалению, пока не за что. Но вы, главное, не отчаивайтесь, не теряйте надежды. Работа по розыску ведется постоянно, дела находятся в разработке до пятнадцати лет, так что вам надо просто набраться терпения.

Ефимцев, подключая участкового к этому делу, рассчитывал, что Паленских, которого знали и уважали во Владимирском поселке, «примет огонь на себя»: «Просто чтоб ты, лейтенант, был в курсе, может прояснишь какие-то детали, тут любая мелочь может помочь, хотя скажу тебе, дело мертвое, фактов ноль, но ты хотя бы поговори с ними по душам».

Было около девяти вечера и Яков рассчитывал застать дома всех членов семьи. Подходя к дому, он заметил под фонарным столбом на против подъезда темную неподвижную фигуру ростом ни как не меньше двух метров. «Ну и верзила, баскетболист, наверное, никогда его не видел». В тусклом свете фонаря можно было только рассмотреть, что он был узкоплеч и неестественно худой, так что его плащ или, скорее, балахон до пят был ему явно велик и висел на нем, как на вешалке. Лицо было полностью скрыто капюшоном. Он стоял неподвижно и не пошевельнулся, когда Яков прошел мимо – буквально в десяти шагах от него. Яков почувствовал, что от странной фигуры веет какой – то жутью. «Ты чего тут ошиваешься? – спросил Яков, но ответа не получил. «Ищешь кого?» – «Уже нашел» – странно высоким и каким – то звенящим металлическим голосом ответила фигура, медленно двинулась вдоль забора и буквально растворилась в воздухе. Яков проводил ее взглядом. «Вот черт, что это было?» – подумал он и вошел в подъезд.

Дверь ему открыла Вера.

– Вы нашли его? – выпалила она, задыхаясь от волнения, – Валеру нашли?

– Добрый вечер, я ваш участковый, извините, зашел по делу… а вы, простите, кто?

– Я Вера Сахарова, мама Валеры, вы проходите пожалуйста, пойдемте в комнату, вот сюда проходите, осторожно, тут порожек, лампа не горит… Евгений, это вот насчет Валеры,..

– Добрый вечер, Паленских, ваш участковый.

Евгений Максимович отложил газету и подвинул ему стул.

– А по отчеству вас как?

– Семенович. Яков Семенович.

– А я Евгений Августович, вот, пожалуйста присаживайтесь.

– Майор Ефимцев в общем ввел меня в курс дела, хотелось бы, если можно, по подробнее узнать, как все произошло.

Евгений Августович вопросительно посмотрел на Веру.

– Евгений, давай ты, я очень волнуюсь.

– Ну, в общем, мы сразу в тот же день обратились в милицию, оставили заявление…

– Это я в курсе. Расскажите, при каких обстоятельствах это произошло.

– В конце февраля, кажется двадцать седьмого да? Ну да, точно. Валера должен был сдавать курсовой проект, перед этим он пол ночи сидел что-то там исправляя и подчищая, поспал он какие-то три или четыре часа, встал около семи, буквально за пятнадцать – двадцать минут собрался и убежал.

– Как, прямо так и побежал?

– Ну да, он опаздывал.

– А потом?

– А что потом? Больше мы его не видели.

Вера села на диван и заплакала, спрятав лицо в ладонях. Плечи ее вздрагивали.

– Извините, а у вас есть его фотка, желательно по новее, хотелось бы посмотреть.

– Да, конечно, минуту.

Евгений Августович достал из нижнего ящика гардероба пакет с фотографиями и отобрал одну из них.

– Вот, это сразу после Нового года. Такую же точно я передал в милицию.

– Ясно, можно я ее возьму с собой… с возвратом.

– Конечно берите.

– А во что он был одет?

– Черное пальто и серая кроличья шапка. А еще у него был портфель и футляр с чертежами.

– Скажите, а не оставлял он какой-нибудь записки или… понимаете, тут любой клочок бумаги может помочь.

– Да нет, ничего такого… правда в его тетрадке была запись… сейчас попробую найти.

Евгений Августович вынул из ящика письменного стола общую тетрадь.

– Вот, это я пару дней назад нашел, тут изнутри на обложке видите написано «27. 02 Ауд. 105, 9 – 30».

Паленских достал из сумки довольно объемистую записную книжку и карандаш.

– Хорошо, так и запишем, это уже что-то. А в институте вы были?

– Да, вот жена ездила туда несколько раз, толком ни кто ничего не знает. Сокурсники его сказали, что он сдал на отлично проект одним из первых и поехал домой. Это все, пожалуй.

– А в каком институте он учился?

– В МИСИ

– А на чем он ездил в институт?

– На трамвае до метро Семеновская, потом до ВДНХ, а там не знаю, на автобусе или троллейбусе несколько остановок.

– Мда… это часа полтора – два получается.

– Около того… начало занятий в девять и в семь утра он обычно уже выходил.

– Скажите, а это вот сын ваш…

– Николай

– Да, Николай… Слушай, Коля, может ты вспомнишь тот день, может Валера тебе что-то говорил пред уходом?

– Нет, я еще спал, когда он ушел. Я не видел его.

– Понятно. Ну что ж…

Яков вырвал листок и протянул его Евгению Августовичу.

– Вот мой рабочий телефон. Если что-то найдете еще или вспомните, обязательно звоните. Странно, конечно, все это. Не может же человек так вот просто… Наверняка должны быть какие-то факты, зацепки хотя бы…

Сидевшая молча Вера вдруг вскочила на ноги.

– Постойте, я вспомнила, сейчас я вам покажу.

Она открыла гардероб и вынула из под стопки белья лист ватмана.

– Вот посмотрите, это Николка наш нарисовал.

Яков тотчас узнал в рисунку странную фигуру, которую он только что видел около дома.

– Ну да, я его видел сейчас. Он торчал здесь у фонарного столба.

– И я видела его два раза – летом и осенью.

– И я видел, – сказал Коля.

– А вы не спросили у него документы? – спросил Евгений Августович.

– Вот это моя оплошность. Не спросил. А вы думаете, что его появление как – то связано с пропажей сына?

Евгений Августович вынул из пачки «Беломора» сигарету и начал разминать ее пальцами.