Николай Минский – Одной звезды я повторяю имя… (страница 8)

Да не найти крюка?!

Свечка гаснет

В темном пламени свечи Зароившись как живые, Мигом гибнут огневые Брызги в трепетной ночи, Но с мольбою голубые Долго теплятся лучи В темном пламени свечи. Эх, заснуть бы спозаранья, Да страшат набеги сна, Как безумного желанья Тихий берег умиранья Захлестнувшая волна. Свечка гаснет. Ночь душна… Эх, заснуть бы спозаранья…

Декорация

Это – лунная ночь невозможного сна,                Так уныла, желта и больна                В облаках театральных луна, Свет полос запыленно-зеленых На бумажных колеблется кленах. Это – лунная ночь невозможной мечты…                Но недвижны и странны черты:                – Это маска твоя или ты? Вот чуть-чуть шевельнулись ресницы… Дальше… вырваны дальше страницы.

Лилии

Не мастер Тира иль Багдата, Лишь девы нежные персты Сумели вырезать когда-то Лилеи нежные листы, — С тех пор в отраве аромата Живут, таинственно слиты, Обетованье и утрата Неразделенной красоты, Живут любовью без забвенья Незаполнимые мгновенья… И если чуткий сон аллей Встревожит месяц сребролукий, Всю ночь потом уста лилей Там дышат ладаном разлуки. Зимней ночи путь так долог, Зимней ночью мне не спится: Из углов и с книжных полок Сквозь ее тяжелый полог Сумрак розовый струится. Серебристые фиалы Опрокинув в воздух сонный, Льют лилеи небывалый Мне напиток благовонный, — И из кубка их живого В поэтической оправе Рад я сладостной отраве Напряженья мозгового… В белой чаше тают звенья Из цепей воспоминанья, И от яду на мгновенье Знаньем кажется незнанье. Уж черной Ночи бледный День Свой факел отдал, улетая: Темнеет в небе хлопьев стая, Но, веселя немую сень, В камине вьется золотая Змея, змеей перевитая.