Николай Метельский – Вылазка легиона (страница 97)

По улицам Суры летел клич Непобеждённого, и у тех, кто помнил войну с инферно, даже мысли не было его игнорировать. Более того… Они ведь и пришли сюда, чтобы услышать его.

Талий Рум сидел на лавке во внутреннем дворе храма Суры и наблюдал за плывущими по небу облаками. Два паладина, что постоянно сопровождали его, куда бы он ни отправился, стояли за спиной. Он к ним уже привык и воспринимал как нечто само собой разумеющееся. Помогать не помогали, но и не мешали ни разу.

Сегодняшний день выбил Талия из колеи. И дело не в том, что Милостивая использовала его для общения с принцем, и даже не в том, что она сказала, проблема была более приземлённой. Его братья по вере отказали Романо в помощи. По мнению Талия, молчание Милостивой не повод отказывать человеку, который хочет рискнуть своей жизнью ради других смертных. Они – храм Миалы. Одна из их основных задач – помогать нуждающимся. Защищать смертных от зла внешнего и внутреннего. А тут такое… Словно в детство вернулся, когда политические игрища аристократии королевства Патан практически уничтожили небольшой род Рум. И вот опять. Политика. Жрецы Милостивой, причём высшие жрецы, показали, что они самые обычные смертные, наделённые властью.

– Легион! Стоит! Здесь!

Вот оно… Момент, когда Романо всё надоело. Пришло время для выбора… Хотя о чём он? Талий Рум давно сделал свой выбор.

Поднявшись на ноги, Святой храма Миалы направился в сторону ближайшей двери, ведущей в храм. Двор, в котором он сидел, был внутренним, и чтобы не делать круг, обходя весь храмовый комплекс, нужно пройти его насквозь. Что он и сделал.

– Святой, – окликнул его один из паладинов, когда он, выйдя из храма, подошёл к воротам, ведущим в город. – Можно узнать, куда вы направляетесь?

– Ты ведь тоже слышал, – ответил он не оборачиваясь. – Легион зовёт. И мой долг быть там, помогая смертным в борьбе со злом.

– Прошу прощения, Святой, но мы не можем позволить вам этого, – остановила его рука, опустившаяся на плечо. – Вы слишком важны для храма, чтобы рисковать своей жизнью.

Посмотрев на мужчину, что остановил его возле самых ворот, Талий перевёл взгляд на второго паладина.

– Вот как? – спросил он насмешливо. – Значит, Его Высочество был прав? Вы мои надзиратели?

– Мы здесь, чтобы защитить вашу жизнь, – ответил ему второй паладин. – Прошу, Святой, поймите и не сопротивляйтесь. Давайте вернёмся в храм.

– Мне даже интересно, как вы хотите заставить меня сидеть на месте, – покачал головой Талий. – Убери руку.

– Святой…

– Убери. Свою. Руку, – произнёс он раздельно.

На мгновенье дрогнувший паладин вместо того чтобы убрать лежащую на плече Святого руку, переместил её вниз, взяв Талия под локоть. Второй паладин сделал то же самое.

– Прошу, Святой…

Договорить первому паладину не дал белый свет, окутавший Талия. Повернув голову, он посмотрел на мужчину двумя колодцами света, пронзив своим взором его душу. Резко отпустив Святого, два паладина сделали шаг назад и встали на колено.

– С каких пор меч указывает руке, что делать? – спросила Миала.

И хоть её голос не рокотал и казался спокойным, обоих паладинов пронзила боль, словно тысячи иголок вонзились в их тела.

– Госпожа… – простонал один из них. – Мы не…

– Ничтожества, – не дала им договорить Миала. – Первый и последний раз я прощаю подобное, но если вы вновь когда-нибудь встанете на пути моей Длани… Я буду зла.

Когда свет вокруг тела Талия пропал, а глаза стали вполне обычными, он ещё несколько секунд молча разглядывал паладинов, переводя взгляд с одного на другого. И так ничего и не сказав, продолжил свой путь.

Первый и Второй паладины Суры продолжили стоять на одном колене, в растерянности смотря друг на друга. Боль начала уходить из их тел, но буря в душах не давала собрать мысли воедино. Когда Талий вышел из ворот храма, Первый всё же смог взять себя в руки.

– Поднимаемся, – произнёс он через силу.

– Мы грешники… – произнёс испугано Второй.

– Мы меч её, – ответил на это Первый. – Работа закончилась. Служение началось. Догоняем Длань.

И сорвавшись с места, два паладина, преодолевая затухающую боль по всему телу, побежали догонять Святого. Замедлившись возле не обратившего на них внимания Талия, они пристроились у него за спиной. Обычные люди не заметили бы разницы между тем, что было, и тем, что есть, но достаточно опытные воины увидели бы сейчас не паладинов-надзирателей, а два клинка, выглядывающих из-за спины жреца. Спокойные, пока в ножнах. Да… Пока в ножнах.

Первое, что бросилось в глаза старому Дурану, когда он вышел из дома – это мужчина, которого удерживала его соседка Ранишка.

– Сынок, прошу, не надо. Не твой это бой, пусть эти сумасшедшие туда идут! – причитала старуха.

– Эти сумасшедшие позволили мне увидеть тебя вновь! – рявкнул мужчина. – А может, и мне жизнь спасли. Отпусти, мам. Я в долгу перед ними и не собираюсь прятаться.

– Сын, прошу… Дуран! – увидела она старого соседа. – Хоть ты ему скажи!

– Он мужчина, – ответил Дуран. – Позволь идти ему этим путём. Лучше бы внуков требовала, а не дома запирала.

– Да какие тут внуки, если он сгинет там?! – воскликнула Ранишка.

– Всё, мам, отпусти, – произнёс сын его соседки, мягко отстраняясь. – Старик правильно сказал – такова наша мужицкая судьба.

– Прошу… – плакала старуха. – Сынок, милый, прошу…

Не только те, в ком проснулась память крови, шли на клич легиона. Множество мужчин собирались встретить свою судьбу. На этот раз они точно не будут одни. На этот раз никакого страха. Пока они живы, их дом будет в безопасности.

Естественно, большинство людей услышавших клич, никуда идти не собирались, да и толку? Они не воины, не охотники, не стражники. Однако истории о точно таком же крике слышали если и не все, то очень многие. Именно поэтому они выходили на улицы, надеясь разобраться в том, что происходит. Кто-то начал готовиться к отъезду, кто-то бегал по соседям с вопросами, а кто-то просто стоял и смотрел на вереницы людей, идущих по улицам в сторону северных ворот. С памятью крови и без, в доспехах и обычной одежде, строем и бесформенной толпой. Мужчины… и одна конкретная женщина, ставшая ведьмой уже после рождения двух детей. Шла не одна, а с мужем, который пусть и не знал, что делать, но и оставлять жену не собирался.

Когда Гдан услышал призыв, он испугался. Несмотря на прошедшее время, он хорошо помнил, что произошло в прошлый раз. Но когда он выбежал во двор, застал жену за развешиванием белья.

– Милая…

– Не волнуйся, – произнесла она, повернув к нему голову. – Это не боевой призыв.

– То есть всё в порядке? Ты никуда не идёшь?

– Иду, – ответила она. – Но сначала закончу с бельём.

– Милая…

– Так надо, дорогой, – произнесла она, наклоняясь к корзине и доставая оттуда очередную простыню. – Я даже молчу о том, что не могу бороться с чувством долга госпожи Ранис, всё гораздо проще – господин Романо очень помог нам. Будет свинством, если я не приду и не выслушаю, чего он хочет.

Тот факт, что его жена, а главное, их дети, пусть и полуофициально, но всё же стали аристократами, несомненно радовал Гдана, но они ведь не просили принца помочь.

– Я пойду с тобой, – произнёс он хмуро.

Замершая на пару секунд Ташка повернулась к мужу.

– Спасибо, дорогой, – произнесла она с улыбкой. – С тобой мне будет спокойней.

– Па-а-ап… – ныла Тина, дочь Ашара, хозяина Большой таверны.

– Не беспокойся, милая, – погладил Ашар дочь. – Я просто посмотрю, что там происходит.

– А доспехи с оружием тебе зачем? – спросила она.

– На всякий случай, – ответил Ашар. – Серьёзно, доча, я не думаю, что там бой намечается, так что и волноваться не о чем. Видишь, я даже в подвал тебя не гоню.

– Так давай подождём, – предложила она. – Люди туда сходят, вернутся и нам всё расскажут.

– Милая… – вздохнул Ашар. – Ты знаешь, я не самый смелый человек на свете, но… Легион зовёт, доченька, и я обязан там быть.

– Держи все ключи при себе, – говорил Шигран, затягивая лямку кирасы на своём пузе. – Если услышишь взрывы и крики, спускайся в подвал.

– Понять не могу, шеф, – произнёс его помощник Бийран. – Зачем вам щит с копьём, если вы говорите, что там вряд ли что-то серьёзное.

– Хоп! – застегнул лямку Шигран. – Фух… Надо худеть. А насчёт щита… Знаешь, как умер мой предок? – посмотрел он на Бийрана. – Конечно, нет. Это случилось во время эвакуации из Аланы. Предок, двадцать его подчинённых, двенадцать из которых были женщинами, и пять легионеров шли на соединение с манипулой прикрытия. Шли, казалось, безопасным путём. И вот на одной из улочек города они лоб в лоб столкнулись с отрядом демон-командира. Всё, что мы могли сделать, это дать женщинам пару минут, чтобы они смогли убежать. И знаешь, о чём жалел предок в последние минуты жизни? О том, какой же он идиот, что при себе держал лишь кинжал. Ну уж нет, – покачал головой Шигран. – Я этой ошибки не допущу. Если, не дай боги, подобное повторится, твари не отделаются шестью скрабами.

– Легион! Стоит! Здесь!

Талия вздрогнула. Вроде обычный крик, но она в этот момент находилась у себя в номере, и мужской возглас, который раздался, кажется, в паре метров от неё, не мог не удивить. Отложив бумаги с расчётом одной из формул Бракса, Талия поднялась из кресла и подошла к окну.

Вроде нормально всё.