Николай Метельский – Убивая маску (страница 4)

Мидзуно Маса — командир гвардии Рода и очень уважаемый человек, воевавший всю свою сознательную жизнь. И две золотых плашки Родовой награды он получил с разницей в пару десятков лет. А тут за год.

— Ну… — не знал, что на это ответить Тоширо. — Вы самые везучие неудачники, может, и доживёте до пенсии.

— Иди ты, — отмахнулся Изухо.

До расположения первого пехотного полка Частного наёмного войска Изухо добрался минут через десять после расставания с Тоширо, хотя в целом он их полчаса искал. Подойдя к формальному ограждению, состоящему из металлической сетки по пояс, точнее к проходу, ведущему на территорию наёмников, обратился к скучающему у этого самого входа бойцу:

— Передай командиру, что к нему из разведроты пришли, — произнёс он на ломаном русском. — О моём приходе договаривались.

На самом деле Изухо не знал, из какой страны дежурный, но выглядел тот, как европеец, а единственный язык, помимо родного, который он знал, был русский.

Тем не менее, достав рацию, дежурный произнёс на чистейшем японском:

— Камо-сан, тут из разведроты пришли, с командиром хотят поговорить.

— Принял. Пусть подождёт, я сообщу о нём, — прозвучал ответ из рации.

— Весьма чисто по-нашему говоришь, — заметил Изухо.

— Потому и стою тут изо дня в день, — вздохнул дежурный.

У всех своя печаль.

Подошедшему через пять минут майору никто не отдавал воинского приветствия. Пусть они и находились в центре своей базы, правила никто не отменял — на территории противника никаких воинских приветствий. Не стоит давать предполагаемым снайперам более привлекательные цели. Из-за этого и погоны у всех были тряпичные, в цвет формы, чтобы издали труднее было различить.

— Капитан, — поприветствовал его майор. Такой же японец, как и он сам. — Понятия не имею, с чего вам понадобились люди со стороны, но раз такое дело, то можешь выбирать, — кивнул он в сторону. — Там у нас жилые палатки. Твой ротный сказал, что специальность не важна, так что сам выберешь.

— Понял, господин майор, — кивнул Изухо.

— Тогда свободен, — закончил тот и, обращаясь к дежурному, добавил: — Если меня будут искать, то я на пятом паркинге, — после чего, пройдя мимо него, отправился по своим делам.

Судя по всему, только потому, что майору нужно было отлучиться, Изухо и был удостоен разговора с ним. А так кого попроще послали бы.

Поскольку Изухо нужны были фактически носильщики, он не собирался выбирать людей особо тщательно, да и не знает он никого среди предоставленных ему бойцов. Времени тратить тоже не хотелось. Эх, и ведь надо же было Ясухару и Такафуми по пуле в конце боя словить. Причём обоих ранили в колени, отчего даже Целители не могли поставить их на ноги достаточно быстро. Теперь валяются оба в санчасти на соседних койках.

Остановившись у одной из больших палаток, в которых жили два десятка бойцов, Изухо уставился на двух мужчин, которые сидели у входа и с остервенением надраивали тряпочками берцы. И, судя по всему, это было наказанием, так как по обеим сторонам от них стояла ещё пара десятков пар. С одной стороны — грязные, с другой — уже чистые.

— За что вас так? — спросил Изухо на русском.

— А? — подняли мужчины головы, на секунду отвлёкшись от своей работы. — А… Ерунда. Проспорили, — произнёс тот, что слева.

— И о чём спорили? — полюбопытствовал Изухо.

— О том, что сможем достать тубу, — ответил тот, что справа. — Это местное пойло такое.

— Посреди враждебной территории? — удивился Изухо. — Неудивительно, что вы проспорили.

— Да не, — произнёс левый, — пойло-то мы достали, только на обратном пути ротному попались.

Покосившись на берцы, Изухо поймал себя на мысли, что не совсем понимает услышанное.

— Так это всё же наказание? — переспросил он.

— Это, — кивнул на берцы правый, — проигранный спор, а наказание мы вчера оттарабанили.

Последнего слова Изухо не понял, но переспрашивать не стал. И так из контекста понятно, что собеседник имел в виду.

— Несколько километров траншей выкопали, а потом закопали, — добавил левый.

— Я думал, у японцев наказания более изысканные, а оно вона как, прям домом повеяло, — покачал головой правый.

Ну да, командир-то у них японец. Правда непонятно, что он имел в виду под “изысканным”. Армейцы — это армейцы, они во всех странах похожи. По крайней мере теперь Изухо был в этом уверен.

— Понятно, — произнёс Изухо, чтобы не молчать, и неожиданно для себя продолжил, — Вас как зовут-то?

— Чукинов, — ответил без интереса левый.

— Геконов, — ответил с любопытством правый. — Но можешь звать Геком. А его Чуком. Мы привыкли. Хотел что-то, капитан?

— Ну да, есть у меня к вам предложение, — произнёс Изухо, осматривая мускулы мужчин, благо оба сидели в одних трусах и майках. — Нужна пара крепких бойцов для вылазки в тыл противника. Бои не предполагаются, нам надо будет просто расставить нужное оборудование.

Переглянувшись, русские с удивлением уставились на японца.

— Нифига не понял, но предложение интересное, — произнёс Гек.

— Вам просто бойцы нужны? — спросил Чук. — Специализация не важна?

— Вы просто понесёте то самое оборудование, — ответил Изухо.

Русские вновь переглянулись.

— Мы ведь наёмники, — на всякий случай заметил Чук.

— Да уж я в курсе, — усмехнулся Изухо.

— Плюсик в личное дело, — покосился на друга Гек.

— Подвох чую, — покачал головой Чук. — Но не настолько сильный, чтобы отказываться от предложения. Это ведь предложение? — посмотрел он на Изухо.

Тот не сразу понял смысл вопроса, но через пару секунд всё же ответил.

— Вообще-то, я сюда не за добровольцами пришёл, — произнёс он. — Но для вас, башмачников, сделаю исключение — если не хотите идти, то и не надо.

— Эксклюзив, — усмехнулся Геконов. — Люблю такое.

— Я тоже согласен, — кивнул Чукинов. — Но подготовиться надо будет получше.

— Просто возьмите патронов побольше, — пожал плечами Изухо. — Гранат. Мин каких-нибудь. Как показывает практика, мины очень полезная штука. Если нет мин, возьмите взрывчатку. Хотя бы по килограмму. Гранатомёт… Хотя ладно, это мы вам дадим. Ножи не забудьте — демоны его знает, как всё повернётся… Что? — нахмурился он, глядя на двух очень удивлённых мужчин.

— Ты ведь говорил, боёв не предполагается, — произнёс Чукинов.

— Ну да, — не понял Изухо. — А что?

— Да ты псих, капитан, но мне это даже нравится, — улыбнулся Геконов.

Посла американцев я встречал у себя дома. Точнее, в том домике, который выделили для меня на военной базе. Как вариант, мы могли бы встретиться в одном из городов, что альянс уже завоевал, но делать я так не хотел сразу по двум причинам. Во-первых, мне было лень. Не хотел я ехать в ближайший городок. Возможно, если бы не коляска, то и ладно, но так — нет. И во-вторых, я отыгрываю трусишку, который опасается нападения злобного кицунэ. Хотя в данный момент не совсем отыгрываю — я и правда опасаюсь вылезать за пределы базы, будучи обессиленным после лечения Целителями. Ведьмачьих сил-то у меня сейчас нет.

Представителя американской стороны я встречал в гостиной, сидя в кресле-каталке возле небольшого круглого стола. Послом оказался мужчина лет пятидесяти на вид, чуть полноватый, с небольшими бакенбардами. Деннис Шорт из молодого Рода Шорт. Несмотря на возраст Рода, Шорты весьма неплохо чувствовали себя внутри политического истеблишмента. Послы, конгрессмены, мэры небольших городков — их представители за триста лет существования Рода занимали самые разные должности. Мелкая сошка по меркам американской аристократии, но сошка до сих пор независимая. Возможно, именно из-за того, что они слабые и независимые, их и послали общаться со мной. Не факт, что рыбка покрупнее действовала бы исключительно в интересах государства.

— Приветствую, Аматэру-сан, — слегка поклонился Шорт. — Для меня честь познакомиться с вами.

А конкретно Деннис Шорт, судя по всему, был выбран из-за знания японского. Причём на очень хорошем уровне.

— Как и мне, лорд Шорт, — кивнул я. — Прошу, присаживайтесь, — указал я на кресло напротив меня.

Пустое начало, в котором Шорт нахваливал, как у нас тут всё устроено, плавно перетекло в такой же пустой рассказ, как плохо бедным филиппинцам, после чего — не менее плавно — Шорт перешёл к требованиям Штатов, замаскированных под “нам бы хотелось”. Сами требования, если убрать шелуху, сводились к трём пунктам — вывод войск, оплата того, что мы успели разрушить, и компенсации за “моральный ущерб”. И вот как раз моральный ущерб он зря упомянул. В общем и целом требования были невыполнимыми на данном этапе военной кампании, не могли мы просто взять и уйти, так ещё и кучу денег филиппинцам отвалить. Но это было ожидаемо — обычная практика в переговорах. По итогу, как мне кажется, в представлении американцев, мы должны сторговаться только на вывод войск, ну и благодарность за то, что с нас за это ещё и денег не взяли.

— Вы тут про моральный ущерб говорили, — произнёс я, когда Шорт закончил говорить. — А кто мне заплатит за причинённый моральный ущерб со стороны Филиппин?

— Что, простите? — не понял он.

— Вам кто-нибудь рассказывал, с какой стати мы вообще вторглись в эту страну? — спросил я.

— М-м-м… — качнул головой Шорт. — По-моему, это и так очевидно — ради Родовых земель.

— Вы неправы, — чуть наклонил я голову. — Да, мои союзники пришли за этим, точнее, их помощь будет оплачена захваченными землями, но сама идея вторжения возникла не из-за банальной жажды наживы. Я, честно говоря, удивлён, что вы не в курсе.