Николай Метельский – Кровь легиона (страница 61)

Чёртова политика, но Дор из рода Стратус, он справится.

Глава 19

Следующие четыре месяца после возвращения в Суру мы занимались нашим развитием. Даже в рейды практически не ходили. Разок смотались за травами, но поняли, что даже такое, относительно безопасное путешествие, сильно мешает. Ни я, ни Дан, не могли медитировать на ходу, а ведь даже просто медитировать мало, это просто способ начать работу по развитию себя любимого, так что, потеряв полторы недели, решили больше подобным не заниматься. Сейчас главное — с пользой использовать купленные зелья. Только эта мысль меня и удерживала от того, чтобы начать выть на луну. Всё-таки Сура не тот город, где можно интересно провести время. Таверна, публичный дом и всё. Причём в таверну я ходил нечасто, отдавая предпочтение медитациям.

— Вы идёте, милорд? — поторопил меня Горано.

— Да, да, сейчас, — ответил я, стоя перед зеркалом в гостиной.

Дорогая вещица, о чём я узнал только, когда мы его покупали. Во дворце я подобными вещами не интересовался.

— Что вы там высматриваете? — вздохнул Горано.

— Да так… ничего, — ответил я, действительно ничего не найдя.

Тормознул я возле зеркала не из-за того, что хотел собой полюбоваться, просто проходя мимо, и бросив на него взгляд, мне показалось, что в своих зрачках я заметил отблеск молнии. До того, как память предка начала активно лезть ко мне в голову, я бы на такое и внимания не обратил. Показалось и ладно, но сейчас я точно знаю, что если в зрачках начинает мелькать молния… отблеск любой стихии, то это означает, что стихийные узлы второго порядка, сформировали устойчивую связь с пятой Звездой. Но у меня-то пятой Звезды нет! И что это было? Действительно показалось?

— Милорд?

— Ладно, пойдём, — произнёс я, чувствуя лёгкое раздражение из-за его настойчивости. — Завтрак сам себя не съест.

— А вот места могут оказаться занятыми, — добавил Горано.

— Вот же ж ты зануда, — качнул я головой.

Выйдя со двора, увидели Афку, занятую подметанием дороги перед калиткой дома. Вместе с ней была и её дочурка, которая помогала ей, работая маленькой метёлкой. Хотя, ребёнок скорее мешал женщине, но та терпеливо её поправляла.

— Доброе утро, милорд, — увидела она нас с Горано.

— Милорд? — отреагировал старик на то, что я направился в сторону женщины. — Наши места, милорд.

— Доброе утро, Афка, — подошёл я к ней. — Как детишки?

Мелкая, кстати, нехило выросла с тех пор, как я её впервые увидел. Сколько ей сейчас? Лет шесть уже? Ну да, мы в Суре уже больше полутора лет сидим.

— Всё хорошо, милорд, — чуть поклонилась она. — Слава богам, никаких проблем с ними.

— А муж? — продолжал я спрашивать. — В рейде сейчас? Что-то он всё реже отдыхает.

— С Таганом тоже всё в порядке, милорд, — ответила она. — Хотелось бы мне видеть его чаще и дольше, но что поделаешь? Работа у него такая: не успеешь найти добычу ты, найдут другие.

— У всех всё хорошо, значит, — покивал я. — А с тобой что?

— М-милорд? — переспросила она тревожно и, покосившись на дочь, добавила: — Со мной всё хорошо.

— А почему худая такая? — произнёс я хмуро. — Мешки под глазами откуда? Почему вены так хорошо видны?

— Я… Я просто… — мямлила она. — Просто немного утомилась.

— Афка, на тебе двое детей, — произнёс я, поймав её взгляд. — Ты не имеешь права болеть. К целителям ходила?

— Ещё нет, милорд, — ответила она тихо.

— Сегодня же сходи, — произнёс я строго. — О деньгах не думай, если что, я помогу. Главное здоровье.

— Благодарю, милорд, — поклонилась она. — От чистого сердца спасибо. Я обязательно схожу к целителям. И не волнуйтесь, у нас есть деньги…

— Знаю я этих грабителей, — проворчал я. — Хорошо, что есть, но если не хватит, обращайся. Помни, — кивнул я на её дочь, которая внимательно слушала наш разговор, — им без тебя будет очень плохо. И ты, мелкая, запомни, если что, сразу беги к нам, дядя милорд поможет.

— Хорошо, — ответила она звонким голоском.

Стоило только отойти подальше, Горано как бы между делом произнёс:

— Доброта — не самое лучшее качество для будущего короля.

— Согласен, — ответил я, не глядя на него. — Доброта — не самое лучшее качество для любого, у кого есть власть, — и посмотрев на него, добавил: — Только вот у меня нет власти.

— Она не ваш человек, милорд, — произнёс Горано со вздохом. — Вы не обязаны о ней заботиться.

— Не мой, — согласился я. — Но она хороший человек и помочь ей мне ничего не стоит. А даже если бы и стоила… Афка хороший человек, таким надо помогать.

Занудство Горано имело под собой основу, когда мы зашли в Большую таверну, несмотря на утро, мест оставалось не так уж и много. Но занудство Горано имело разве что основу, потому что пунктуальный Дан уже сидел за одним из столов, охраняя для нас места. Идя в его сторону, рассматривал толпу народа в центре таверны, которая веселилась, окружив пьяного Легиона. Чего это он с утра-то бухает?

— Утречка, — сел я на стул напротив парня.

— Доброе утро, милорд. Эдлер, — ответил Дан, после чего наклонившись вперёд, прошептал: — Я тут это… Вторую Звезду взял.

— Красавчик, — улыбнулся я. — Молодец, Дан. Даже учитывая зелья — отличная скорость. Не каждый так бы смог.

— Так это, — засмущался он. — Я ж стихийник.

А, ну да, но всё равно…

— В любом случае — молодец, — качнул я головой. — Теперь можем перейти к освоению техник.

— Ага, — выпрямился на стуле Дан. — Наконец-то у меня Бронекожа будет.

Теперь можно начать планировать рейд в поместье графа Социо. Без Бронекожи у Дана очень мало шансов выжить, если случится серьёзный бой.

Сделав заказ у подошедшей разносчицы, задал ей вопрос:

— Что за праздник сегодня? — кивнул я в сторону гогочущего Легиона.

— День памяти, — закатила глаза девушка. — Легион каждый год его отмечает.

— Это что за день такой? — удивился я.

— День памяти героев, — улыбнулась она, покачав головой, после чего повернувшись в сторону толпы, выкрикнула: — Легион! Расскажи новичку о последнем центурионе! Любит он эту байку, — добавила она уже мне.

— Последний центурион⁈ — проорал Легион. — О-о-о! А ну, тихо! Внимай, новичок.

Он даже на стул залез, чтобы его было лучше видно.

— Ну, я пошла, — произнесла Тина, дочь хозяина таверны.

Время идёт, а девчушка всё хорошеет. Кстати, чего так тихо-то стало?

— Лет через двадцать после закрытия третьего портала, — начал рассказ Легион, — когда всё устаканилось и наступила относительная тишина, в провинции Драум решили забыть своё Имперское прошлое. Стать королевством. К тому моменту только Драум и Атола ещё считали себя провинциями Империи, но вечно это продолжаться не могло. Вот и в Драуме решили, что пора. Только способ избрали ублюдский — решили полностью отказаться ото всего имперского. Даже язык хотели поменять на дурбаванский… Ну, на язык того народа. Дурбавана тогда ещё не было. В общем, прокатилась по Драуму волна… национальной идеи. Новой идеи. Не предполагающей существования Империи. Сжигались флаги, срывались эмблемы, падали памятники. Но какой-то страх, некий червячок в их душах всё-таки был, потому что памятник последнему Императору никто не трогал до самого последнего момента. Но когда-нибудь это должно было произойти, — замолчал он, глядя в пол. — Пылая ненавистью ко всему имперскому, толпа направилась в центр Ладоиса, чтобы уничтожить последнее напоминание о своём прошлом. Но когда они вышли на площадь, напротив памятника Императора стоял безымянный старик. В лохмотьях, на которых была надета кираса со знаком центуриона Пятого легиона, со щитом и палкой от швабры. Еб…ей палкой! — выкрикнул Легион зло. — Он стоял… один… против всех. Против толпы людей, которых клялся защищать. Как итог — десятки раненых и ни одного убитого. Ни одного! Еб…ая палка… Его растерзали толпой. Толпой стражников во главе с четырёхзвёздочным ублюдком. Ха-а-а… — выдохнул он грустно. — Пятнадцать раненых… и ни одного убитого. Он умер. Умер, выполняя свой долг до конца. С честью. Защищая Императора. Империю. И легион! Еб…ая, мать её, палка! Он ведь мог взять копьё. Если хочешь избавиться от прошлого, то цена за это — кровь. Но он взял палку, потому что клялся защищать! Тина! Неси ещё браги! Сегодня мы поминаем героев! — поднял он руку, в которой держал большую кружку. — Я бы хотел умереть так же. С честью. До конца выполняя свой долг. Да нет уже той чести, да и долг куда-то делся. Но клянусь богами, тот, кто достоин копья, никогда не получит от меня еб…ей палки!

От его рассказа стало как-то грустно. Лишь Империя была достойна того, чтобы умереть за её памятник. Лишь за память о ней. Сейчас таких государств нет. Люди — да, за людей солдат и умирает, а вот стран таких больше нет. Я готов… Да, я готов умереть за Атолу, но только потому, что она есть. За несуществующее королевство я бы свою жизнь не отдал. Впрочем, смертные — разные, может и существует та волшебная страна, за память о которой кто-то отдаст жизнь.

После взятия Даном второй Звезды мы потратили неделю, на то чтобы обучить его Бронекоже и ещё несколько дней, чтобы он довёл до автоматизма её активацию. И только после этого решили сходить в Тапс. Выгоднее, конечно, за травами сбегать, там хоть какие-то деньги заработать можно, но хотелось потренировать парня. А деньги… Может что-то и соберём со скрабов.