Николай Метельский – Без масок (страница 62)

— Ну здорово. Просто прекрасно, — произнёс человек, падая на диван. — А всё ты.

— Прошу прощения, господин, — поклонился стоящий рядом Байхо, который, собственно, и принёс весть о появлении второго Патриарха.

— Что делать будем, недоубийца хренов? — спросил человек.

— То, что вы прикажете, — ответил Байхо.

— Помощничек, — отвернулся человек, после чего вздохнул. — Вот так всегда и бывает — одна маленькая ошибка, а проблем получаешь в два раза больше.

Это даже где-то забавно — ни патриаршество Казуки, ни Акеми в качестве моей наложницы не смогли взбудоражить общественность. Нет, аристократы обсуждали оба этих события, но без огонька, скажем так. Про наложницу и вовсе почти никто не судачил. Ну есть, и есть, что такого? Да что уж там, про ранг Ишина говорили столько же, сколько и про Казуки. Блин. Да что не так с этими аристократами? Что ещё мне нужно сделать, чтобы они ахнули?! Хотя ладно, хватит с них потрясений, я и так, похоже, перегнул с этим палку — теперь японские аристократы закалены моими прошлыми действиями. Да и в мире что-то не особо шумят. На наложницу Аматэру иностранцам вообще плевать, а второй Патриарх… Нет, новостей-то на эту тему полно — газеты, телевидение, интернет-ресурсы. Только как-то без огонька обсуждают, на форумах вообще практически мирное обсуждение, где главный вопрос — а буду ли я вообще детей делать, или всю работу на себя возьмёт новый Патриарх?

И кстати, не один я такой дурак не понимающий, Атарашики тоже удивлённая ходит. По её прикидкам, бурление в мире должно быть гораздо больше, чем сейчас. Неужто народ и правда привык к шокирующим новостям? Ладно, бог с ним, главное, чтобы мой посыл до Императора дошёл. Если раньше он вполне мог ставить мне палки в колёса, если я решу повоевать, — из самых лучших, замечу, побуждений, — то теперь у него есть ещё один сильный Патриарх. Точнее, в перспективе сильный. Да, Казуки слабее «учителя», но ему и годков немного, зато «ветерана» он может победить уже сейчас. Если слухи о том, что от силы Патриарха зависит шанс появления «виртуоза», — правда, то от меня должны отстать. Лишь бы Император не задумался о моём устранении — всё-таки управлять Казуки ему будет проще, чем мной. Тешу себя надеждой, что прибить меня у Императора не получится, а вот в край испортить отношения с Аматэру у него подобным ходом вполне выйдет.

Через день после дня рождения Фумики я ехал в квартал Кояма, праздновать день рождения Шины. Приём в честь данного события планируется на следующий день, а сегодня у Кояма чисто семейный праздник, разбавленный моим присутствием. Я подобные мероприятия у Кояма никогда не любил, всегда чувствовал себя лишним. Ладно бы на празднике была только семья Кояма, но там ведь будут все Кояма. То есть и семья Акено, и семья Нибори, а это плюс сам Нибори, две его жены, четыре сына и дочь. Из всей этой толпы я более-менее общался только с Нибори и его наследником, Ренжиро. Но именно что «более-менее». А с недавних пор, я ещё и с Кентой не в ладах. Впрочем, отказаться от приглашения я тоже не мог, как и множество раз до этого, вот и ехал туда, где сегодня мне быть не хотелось.

Серьёзно, лучше бы они праздник с приёмом совместили.

На входе меня, естественно, никто не ждал — чай не приём, а вот стоило мне только зайти в дом, и я нос к носу столкнулся с Кояма Рури. Мелкая зеленоглазая пигалица выросла в шестнадцатилетнюю красавицу с длинными чёрными волосами. Блин, как время-то летит.

— Привет, Синдзи-сан, — махнула она рукой, прежде чем забежать на кухню.

— Синдзи? — раздалось оттуда же, и почти сразу показалась рыжая голова. А через мгновенье, в коридор выпрыгнуло и остальное тело, держась при этом за нижние девяносто. — Эй!

На меня она больше не обращала внимания, с возмущением смотря в сторону кухни.

— К плите, живо! Не дай боги что-нибудь пригорит! — услышал я голос Кагами.

— Да там… — начала Мизуки.

— Я сказала — живо!

— Такие дела, — посмотрела она на меня, разведя руками, после чего вновь скрылась на кухне.

Надо было попозже приехать.

Естественно, я тоже зашёл на кухню — надо же поприветствовать хозяйку дома. Там же нашлись и обе жены Нибори. Маленький Шо тоже был на кухне — сидел в огороженном вольере. Да и служанка Чуни была вместе с остальными женщинами, остервенело ножом кроша какие-то овощи. Шина… естественно была там же. Помнится, когда я увидел подобное в первый раз, имел глупость спросить — какого фига? Это же её праздник. Тут надо уточнить, что первый совместный день рождения с семьёй Кояма был именно у Шины. В общем, молодой был, глупый. В ответ получил кучу укоризненных взглядов и часовую лекцию на тему идеальной жены и способов её воспитать. Кояма Кагами в самом что ни на есть прямом смысле слова правила женщинами Рода, и если она говорит, что именинница должна вкалывать как проклятая, она будет вкалывать.

Акено, Кенту и Нибори я нашёл в малой гостиной, остальная молодёжь мужского пола зависала в большой.

Праздник прошёл… по-домашнему. Моё присутствие на это никак не повлияло. А ведь могло, всё-таки я больше не простой соседский мальчишка. Я даже на какое-то время забыл, что являюсь главой Рода Аматэру, и вернулся в недалёкое прошлое. Не сказать, что я прям влился в семейную идиллию, этого и раньше не было… м-м-м, при наличии кого-то сверх семейства Акено, но и постоянно контролировать лицо, слова, положение тела, я в какой-то момент перестал. Ненадолго. Пока Шина не поинтересовалась, с чего это я вдруг решил наложницу завести. Без задней мысли, насколько я понял, ей просто было интересно, но настрой она мне сбила. А тут ещё и дочь Нибори влезла, заявив, что не хотела бы, чтобы у её мужа была наложница. На это я мог лишь отшучиваться, стараясь не раззадорить девчонок. Взрослые мужчины, к слову, помогать мне не собирались — они просто сидели и глупо улыбались, надеясь, что их не втянут в разговор. Женщины, они такие — умеют задавать щекотливые вопросы, а потом обвинять тебя за вполне логичный ответ. Ситуацию спасла Мизуки. Рыжая без тени сомнений заявила, что наложница — это круто, но только в том случае, если она гораздо старше жён. Типа так они будут чувствовать себя молодыми на пару десятков лет дольше. Что забавно, слова Великой Рыжей заставили задуматься всех женщин за столом. В том числе и саму Мизуки! Выглядело это довольно комично, но в этом она вся — умеет разрядить обстановку. А самое главное, она чувствует, когда это надо сделать. Кагами, кстати, тоже умеет это провернуть, но она консервативна — пока дело не касается Акено, Девятихвостая и пальцем не пошевелит. Скорее, примет участие в издевательствах. Исключением для неё, да и то лишь иногда, был я. Но в этот раз всё, что она делала, это бросала на меня ироничные взгляды.

После застолья все разбрелись по кучкам — женщины отправились шушукаться с женщинами, девчонки с девчонками, Кента ушёл вместе с Нибори, ну а мы с Акено расположились в коридоре возле его кабинета. Естественно, никто не сидел на месте постоянно и то и дело мелькал рядом.

— Кого мы ещё не видели? — спросил Акено.

— Кенту-сана с Нибори-саном, — ответил я.

И Акено, и я прекрасно знали Мизуки. Её сильные стороны, слабые, её привычки. Её любопытство. Она определённо должна появиться. Не может Рыжая проигнорировать странное поведение отца и друга, которые как два дурачка стоят в коридоре и о чём-то беседуют. А слухи до неё определённо дошли — слишком многие нас здесь видели.

Кое в чём по поводу Мизуки мы с Акено не сходились во мнении. Лично я считаю, что Рыжая — человек-компьютер, который просчитывает разговор на несколько ходов вперёд и ведёт его ровно в ту сторону, какую ей надо в тот или иной момент. А вот Акено считает, что у Мизуки есть заготовленные фразы, шутки, изречения и тому подобное. Типа она давным-давно выработала схемы для любой ситуации и просто использует их в подходящий момент. И если суметь застать её врасплох, Рыжую банально переклинит. Да, признаю, бывали и такие ситуации, но как по мне, в эти моменты её просто переигрывали, и она не знала, что сказать. Всё-таки микросхемы в её голове не идеальны и завести в тупик можно даже её.

Вот и стоим, ждём её, пытаясь разрешить наш давний спор. Если у неё шаблоны на все случаи, то она должна подвиснуть, так как вряд ли прорабатывала ситуацию, где я в коридоре предлагаю ей руку и сердце. Тем более, мы её не звали, а значит, и подготовиться она не могла. Если же она моментально среагирует на обстановку, используя свой биологический комп на полную катушку, значит, прав я.

О, а вот и момент истины. Мы стояли в коридоре, который соединял два других коридора с обеих сторон. Этакая буква «Н». Вот с правой стороны одного из перекрёстков и показалась рыжая голова. А через мгновенье из-за угла вышла и вся Мизуки целиком. Убрав руки за спину, задрав голову и посвистывая, она как бы между делом направилась к нам.

— Хм, — остановилась Мизуки перед нами. — А что это вы тут мне пройти мешаете?

Изобразив удивление, я посмотрел на Акено.

— Даже и не знаю, что тебе ответить, — произнёс я. — Хотя… Мизуки, что ты думаешь насчёт смены фамилии? Аматэру Мизуки! Звучит ведь, а?

— А? — пискнула она с широко раскрытыми глазами. — А-а-а?