Николай Марков – Думские речи. Войны темных сил (страница 81)
«Важна деятельная пропаганда, дабы франкмасонство снова стало вдохновителем, верховным господином идей, через которые совершенствуется демократия» (Конвент «Великий Восток Франции» 1922 года. – С. 270).
«Наши ложи должны стараться вмешиваться в жизнь профанов в интересах республики. Они присоединяют свою деятельность к деятельности других группировок, преследующих ту же цель мирской защиты и прогресса демократического и социального: Лиги прав человека, Обществ свободных мыслителей, народных университетов, мирских патронажей, внешкольных занятий, политических комитетов, куда братья пойдут одиночным порядком для деятельности в среде, которая лучше всего направит их к выбранному ими идеалу» (Конвент «Великий Восток Франции» 1923 года. – С. 300).
«Спортивные общества, отряды бойскаутов, клубы развлечений, хоралы и фанфары – все организации, призывающие республиканскую молодежь к занятиям физическим и умственному воспитанию, представляют одновременно богатую почву, на которой масонская пропаганда может применяться с наибольшей пользой» (Конвент «Великий Восток Франции» 1923 года. – С. 301).
«Так как Лига прав человека собрала все партии и группировки левые и крайне левые в целях практической организации защиты публичных свобод и свободы личности, Великая ложа Франции установила с ней единение» (Официальный бюллетень Великой ложи. – 1903. – Март. – С. 60).
Некий масон высокого посвящения сказал: «Франкмасонство есть прикровенная республика, а республика есть раскрытое франкмасонство» (из речи брата Блатена, бывшего депутата, на банкете конвента 1902 года).
Но возможно ли создавшееся положение объяснить только умелой и широко разветвленной пропагандой масонских идей?
Отнюдь нельзя.
Копен-Альбанселли, разбирая в упомянутом труде (с. 135, 137) значение подписанной и вручаемой венераблю ложи обязательной декларации философских и политических принципов избираемого кандидата, пишет: «Разглашение этой декларации не может быть потребовано ни от какого кандидата» (Конвент 1897 года. – С. 232).
Говоря просто, это означает, что масонство стремится управлять депутатами и сенаторами, избранными и оплаченными избирателями, но не желает, чтобы последние об этом знали. Полное надувательство. Обман отягчается тем, что сенаторы и депутаты франкмасоны весьма остерегаются осведомить избирателей о том, что они принадлежат франкмасонству. В этом, как вообще во всем, избирателей обманывают.
Народ избрал этих депутатов и этих сенаторов франкмасонов, воображая, что избрал обыкновенных граждан, людей свободных, тогда как в действительности он избирал людей порабощенных, которых масонство заставляло подписывать тайные обязательства. Оно умеет вынудить выполнение этих обязательств, ибо оно «ставит их у подножья стены, удерживая их собственным интересом» (слова масона брата Мамелля, сказанные 22 октября 1891 г. в ложе «Милосердная дружба»).
«Положение, – говорит Копен-Альбанселли, – более страшное, чем если бы вместо 450 сенаторов и депутатов франкмасонов в парламенте было бы 450 сенаторов и депутатов – членов духовных конгрегаций. Эти, по крайней мере, не прошли бы незамеченными. Их узнали бы по их одеянию. Ничего подобного в отношении сенаторов и депутатов франкмасонов, ибо неизвестно, что они посвящены, ибо они очень заботятся, чтобы их ленты и фартуки, которыми они украшаются в ложах, не носились в мире профанов. И не только ничто не раскрывает их перед законным недоверием публики, но они даже негодуют, когда кто-нибудь случайно раскроет их состояние в масонстве. Были такие, которые привлекали к судебной каре граждан, определивших их принадлежность франкмасонству».
«Таким образом, недостаточно, чтобы французы были подчинены владычеству членов масонских конгрегаций, французы лишены даже права называть своих владык их настоящим именем».
«Настоящая вина, – пишет г. Копен-Альбанселли, – неискупимое преступление всех этих избранных франкмасонов, что превращает их в предателей Франции, это, конечно, сокрытие ими того, что, принимая мандат сенаторский или депутатский, они отдают страну франкмасонству, обществу тайному, обществу неведомому, управление которым может быть даже антифранцузское».
«Каким способом достигло франкмасонство власти? -ставит вопрос д-р Ансонно и тут же отвечает. – О! Очень просто. Просто подстраивая выборы депутатов и сенаторов франкмасонов или связанных с масонством, с помощью комитетов, именуемых республиканскими, но которыми под рукою управляют агенты лож. Очевидно, кандидаты, намеченные лицемерами конгресса, весьма остерегаются говорить, что они масоны. Это было бы опасно, они называют себя радикалами, радикал-социалистами, социалистами или, по надобности, прогрессистами; одним словом, они прикрываются этикеткой, к которой благосклонен состав избирателей, и обещают все реформы, заведомо приятные избирателям. Поступая так, они мерзко обманывают народ. Эти кандидаты отлично знают, что они не могут выполнить своих обещаний. Они связаны» (Ansonneau D. Juifs. Op. cit. – Р. 47). Одураченные избиратели могут негодовать на своих избранников сколько угодно, но на следующих выборах если и удастся провалить того или другого депутата, то на его место выступает новый ставленник той же масонской ложи и дает новые обманные обещания. Провалившегося же на выборах масона всегда ждет утешение в виде доходного места или влиятельной службы. Недаром масонское сообщество есть сообщество круговой поруки и недаром вся еврейская плутократия и почти все банкиры состоят в масонстве.
На демократических выборах весьма существенным обстоятельством является одиночный и массовый подкуп равнодушных к общему благу избирателей. Выборы требуют громадных расходов, доходящих, например в Соединенных Штатах, до 300 тыс. франков на каждого депутата. Очевидно, что одиночные честные люди просто лишены возможности проходить на выборах в парламент, если их не поддерживают и не проводят богатые и влиятельные партии и организации. Среди таких организаций бесспорно сильнейшей и богатейшей следует признать всемирную организацию иудо-масонства, которая уже по одной этой причине побеждает на демократических выборах и заполняет парламенты и правительства своими агентами.
В Италии до фашистского переворота иудо-масонство играло роль едва ли не более влиятельную, нежели во Франции. В начале 20-х годов этого века Италия была целиком во власти темной силы. Одно за другим сменялись министерства, во главе которых становились не только масоны, но и евреи вроде Луцатти, Джолитти, Соннино12 и др. Фактически во главе Италии стоял глава масонства в Италии, мэр города Рима еврей Натан. Иудо-масонство уже не скрывало своего очевидного засилия и спешно готовило «великую итальянскую революцию» наподобие русской большевистской… Руководимое предателями-масонами и евреями итальянское Правительство без борьбы сдавало все свои позиции, анархия заливала страну, права собственности попирались открыто, убийства и нападения на граждан превращались в систему, громадные шайки вооруженных рабочих силой захватывали заводы и фабрики, объявляя их собственностью пролетариата. Зловещий дух коммунизма витал над несчастной Италией, и тысячи одуревших от социализма итальянок давали своим новорожденным имя Ленина…
Муссолини со своими фашистами внезапным походом на Рим с разгромом банд социалистов спас Италию и власть, захваченную иу до-масонством, взял в свои руки.
С октября 1922 г. власть масонского ордена перешла к ордену фашистскому и его главе – диктатору Муссолини. Недавний социалист и масон стал популярнейшим народным вождем – дуче. Фашистский переворот глубоко потряс могущество иудо-масонства в Италии, привыкшего безответственно творить свою волю через парламент и прочие демократические учреждения. Бывший ранее сам масоном, Муссолини хорошо знал приемы и намерения масонства и сразу вступил в борьбу с орденом. Эту борьбу углубил и развил ближайший помощник дуче – Федерцони, назначенный после загадочного убийства масона Маттеоти13 министром внутренних дел. Фашистское правительство потребовало от всех масонов сделать выбор между фашизмом и масонством и уйти либо из того, либо из другого. Деятельность масонства была официально признана вредной.
Замечательно, как по внешности разно отнеслись масонские ордена к открытому на них гонению. «Великий Восток Италии» объявил себя враждебным фашизму, «Высший совет шотландского ритуала древнего и принятого» столь же решительно высказался за приятие фашизма, а третий орден – «Смешанное масонство права человека»* занял промежуточную позицию – сперва враждебную, а потом соглашательскую с фашизмом. В этом разнообразии сказалась исконная тактика евреев: раз нет сил для открытой войны, стараться распылиться и хотя бы частью удержаться среди врага всеми доступными способами. Особенно хитрил суверен, Великий командор шотландского ритуала брат Рауль Па-лерми. «Он с самого начала объявил себя фашистом и также запросил (фашистов), относится ли решение об исключении (из фашистского ордена) также и к нему. Ему было отвечено, что “да”» (Acacia. – 1923. – Р. 53).
Тогда масоны этого типа (самые опасные) стали посылать заявления о своем выходе из масонства.