Николай Марчук – Проект 3 (страница 9)

- А ну цыц! – рявкнул я.– Никто тебя убивать не планирует, иначе бы я тебе на голову маску не цеплял исвое лицо не прятал. Сейчас напишешь мне согласие на работу информатором и осведомителем,потом подброшу тебя в аэропорт, дам денег и отправлю на пару месяцев в Сосновскот греха подальше. Ясно?!

- Правда? – спустя паруминут безудержного всхлипывания простонала девушка.

- Да.

Вытащил ключ зажигания,забрал с заднего сидения портфель банкира, в котором обнаружился: блокнот,канцелярские принадлежности, папка с какими-то документами, десяток чистыхлистов А4, айпад, большая упаковка презервативов и небольшой пластиковыйпакетик с белым порошком внутри. Обошел машину, открыл переднюю пассажирскуюдверь, глянул на сжавшуюся от испуга девушку, мысленно еще раз дал себе зарокне проводить операций без предварительной разведки, кончиком ножа перерезалпластиковую стяжку, которая притягивала цепочку наручников к ручке-скобе наддверью. Наручники с запястий снимать не стал, потерпит, ничего страшного.

- Держи, - я бросил наколени пленнице портфель, сверху уложил чистый лист А4 и тяжелую, видимо дорогуючернильную ручку в металлическом корпусе желтого цвета, взятую все в том жепортфеле банкира. – Пиши под диктовку.

- Ага, сейчас, - поспешнокивнула девушка, принимая от меня ручку и лист бумаги, - только отдышусь, а тотошнит сил нет. Снимите наручники, - каким-то уж совсем севшим голосом попросиладевушка.

- Обойдешься! – отрезаля, потом немного смилостивился и предложил. - Дать воды?

- Не надо, - пленницавдруг затряслась всем телом и подалась наружу из салона, - сейчас блевану! -прошипела она.

Я поспешно отступилназад, чтобы не быть забрызганным рвотными массами, но пленница как-то слишкомблизко придвинулась ко мне дернула сцепленными руками, и острая боль принизиламое левое бедро. Я отшатнулся, опустил взгляд вниз и увидел торчащую из ноги ручку,а дальше события завертелись стремительно и молниеносно.

До этого жалкая и ревущаякак белуга девушка вдруг как-то вся подобралась, злобно оскалилась, крутануласьна автомобильном сидении, резво ухватилась руками за ручку-скобу над дверью,поджала к себе ноги и резко ударила ими прямо мне в грудь, вложив в удар всюсвою массу. Меня сбило с ног, в груди разгорелся огонь и что-то горячее потеклопо коже. От удара я отшатнулся на пару метров и плюхнулся на задницу.Автомобильная дверь с громким хлопком закрылась, а спустя пару секунд в салонеприглушенно треснули два выстрела.

Ничего не понимая, ярванул из кобуры пистолет, снял с предохранителя и когда вновь хлопнула дверь,но уже со стороны водителя, откатился в сторону, чтобы между мной и противникомбыл корпус «Гелендвагена».

- Кабзда тебе урод! -раздался разгневанный девичий крик. – Я тебя сейчас убивать буду, а потом еще вжопу трахну стволом пистолета!

Голос недавней пленницыбыло не узнать - в нем не осталось и капли плаксивости и страданий, наоборот,теперь там только гнев, ярость…и сила!

Бах! Бах!

Пули стеганули землю вметре от моей головы, чтобы достать меня девушка буквально распласталась накапоте «Гелендвагена», я выстрелил в ответ, дамочка испуганно отпрянула иукрылась за моторным отсеком «гелика», присев за передним колесом внедорожника.

Пистолет откуда у неёвзялся?! Что вообще происходит? Она же еще минуту назад наматывала споли накулак и ревела как белуга. А сейчас…

Поскольку я уже лежал наземле, то мне в дорожный просвет было прекрасно видна нога и часть бедрадевушки, выглядывающие из-за колеса.

- Брось пистолет! –крикнул я. – Я не собирался тебя убивать! Сдавайся, не доводи до греха!

- Заткнись урод! Тебежопа, сейчас я тебя поимею!

В голосе девушки былостолько ненависти и злобы, что стало сразу понятно – сдаваться она не будет имиром мы с ней не разойдемся.

- Сама напросилась, - злораднопрошипел я.

Прицелился и несколькораз выстрелил – пули угодили в ногу, разметав массивный каблук, слегка зацепивпри этом пятку. Барышня, пронзительно вереща от боли завалилась набок, угляделаменя по ту сторону «гелека» и медленно стала вытягивать руку с зажатым в нейпистолетом. Пусть ранение и было пустяковым, но думаю весьма болезненным. Этодолжно её охладить. Боль всегда ставит на место истеричек. Я не собиралсядевушку убивать. Пусть она и оказала мне сопротивление, но, по сути, это язахватил её в плен и как ни крути, но она имела право на самооборону.

- Брось ствол дура! – громкопроизнес я.

Девушка и так не моглапохвастать милым личиком, а сейчас, когда оно было искаженно гримасой боли иярости, барышня и вовсе стала похожа на бешенного монстра, только выскочившегоиз Ада.

- Ствол брось! – вновькрикнул я. – Пристрелю!

Да, куда там! Девушка, необращая внимания на мои предупреждающие крики, все-таки направила стволпистолета в мою сторону, я не стал искушать судьбу и выстрели первым. Пуляугодила точно в левую половину груди, барышня дернулась и затихла, но гримасаярости, обезобразившая её лицо осталась такой же и после смерти.

Тяжело отдышавшись,кое-как встал на ноги, осмотрел свою грудь – удар ногами был настолько сильным,что каблуки пробили мне кожу оставив после себя два рассечения из которыхтеперь сочилась кровь. Выдернул из бедра глубоко засевшую там перьевую ручку. Абарышня-то оказалась неплохо подготовленным бойцом: ручку в ногу вогнала,каблучищами своими чуть грудак не пробила, пистолет держала уверено и сноровисто,чувствовалось, что она с ним умеет обращаться.

Надо признать девица биласьдо последнего, несмотря на болезненное ранение она не сдалась и чуть было меняне пристрелила. Уважаю! А вся эта истерика, сопли, слезы на показ и грязныесексуальные подробности – всего лишь мастерское отвлечение внимания.

Наложил тугую повязку наногу, рассечения на груди залепил большими кусками пластыря. Проглотил парутаблеток ибупрофена. Боль никуда не уйдет, но хоть не будет мешать двигаться.Да, можно сказать по самому краю только что прошелся, еще бы чуть-чуть иуделала бы меня ловкая девица. Все-таки с бабами надо всегда держать уховостро, вот так повёлся на истерику и её откровенные непристойности, а онавсего лишь притворялась, выжидая удобного момента и надо отдать должное – почтисмогла меня достать.

А вообще, странно всёэто. Откуда пистолет взялся? В сумочке его точно не было, бардачок иподлокотник я проверил, там тоже пистолета не было. Что за два выстрелапрозвучали в салоне «гелика»? В кого стреляла пленница? Обошел машину. Глянулна женский труп, рядом с мертвым телом валялся портфель хлыща и пистолет. Подобралпистолет – вновь «Глок 30». Похоже у бандитов эта модель вроде табельногооружия.

Заглянул внутрь салона. Вводительской двери был тайник – часть внутренней обшивки откидывалась в сторонуи открывалась небольшая полость куда можно было спрятать небольшой пистолет…ипачку долларов. Вытащил из тайника пачку сто долларовых купюр в банковскойупаковке. Десять тысяч «зеленью», как с куста! Теперь не надо ломать голову какрасплатится с Кривым за боеприпасы и спецтехнику.

Получается, что девушказнала о тайнике в машине Ивана Николаевича. Интересно девки пляшут.

Стоп! Иван Николаевич…

Хлыщ из Банка, все такжележал связанным на заднем сидении, но головы у него можно сказать не было. Двавыстрела .45 калибра произведённые практически в упор разметали затылочныекости и мозг по заднему дивану «гелика».

Вот и допросил «языка»,мать его так! И как мне теперь искать Яшкина?

Зачем она его застрелила?Зачем?

Если они были связаныдруг с другом, а они были заодно, это и так понятно, то логичней было освободитьхлыща, а не убивать. Причем застреленная мной девушка вместо того, чтобыпотрать драгоценные первые секунды на мое уничтожение, тратит их на убийствобанкира. Зачем? Он ведь был связан по рукам и ногам и не представлял для неёникакой опасности. Или…

Или она понимала, чтоможет со мной не совладать, а если убежит, но при этом Иван Николаевичостанется жив и в моих руках, то он будет представлять для неё опасность.Логично. Но тогда получается, что дамочка заодно с бандитами. Конечно, я же самей представился сотрудником не существующей внутренней безопасности Банка.Барышня застрелила хлыща чтобы обрубить все концы, ведущие от него к бандевымогателей. Получается, что она тоже состояла в этой банде или имела к нейсамое непосредственное отношение.

Подобрал девичью сумочку,которая валялась в ногах переднего пассажирского сидения, высыпал её содержимоена кресло: кошелек, косметичка, связка ключей, пластиковый плоский футляр сдвумя золотыми инвестиционными монетами «Георгий Победоносец», какая-то требухаиз старых чеков, резинок, салфеток и смятых визиток. В кошельке оказалосьпомимо пластиковых и скидочных карт неожиданно много наличности: рубли,доллары, евро. Суммарно, в рублях по курсу - почти двести тысяч. Еще в сумочкенашелся паспорт и водительское удостоверение, причем водительское было наВаснецову Ирину Сергеевну, а вот паспорт на Клец Ирину Сергеевну.

Клец? Что-то знакомое,где-то я эту фамилию уже видел, причем совсем недавно. Ага, вспомнил! Достал изкармана документы, забранные в бардачке «Тойоты Рав 4». Служебный бейдж одногоиз качков был подписан директором коллекторской фирмы – Клец С.П.

Похоже, что барышня,которую я только что застрелил – дочь главного бандита. Ну, что ж если это так,то это многое объясняет. Жаль, что мне не удалось допросить хлыща, он многое быпрояснил, но как сложилось, так сложилось.