Николай Марчук – Курьер (страница 5)
– Целенаправленно, – ответил Владимир, – а что?
– Нет, ничего, просто я здесь вроде агента по найму. Вот, возьмите проспектик, – толстячок протянул несколько флаеров. – Вдруг вас что-то заинтересует из предложенных специальностей. Там все контакты указаны, куда и к кому надо обратиться. Единственная просьба, если вдруг надумаете, то скажите, что буклеты вам дал Алексей Степашин. Договорились?
– Ага, – пожав на прощание руку, Владимир направился к своей машине. Буклеты он засунул в карман, выкидывать их на глазах у вербовщика Дубровский посчитал невежливым поступком.
От сытого ужина и внезапно накатившего ничегонеделанья Владимира разморило, и он жутко захотел спать, глаза буквально слипались. Можно было закинуть очередную порцию энергетика, но тогда к утру он был бы совершенно разбитым.
«Надо немного поспать», – решил про себя Дубровский.
Владимир завел машину, сдал задом к высокой мачте, которая стояла посреди площадки и на её вершине располагались осветительные прожектора. Прижавшись задней стенкой будки, он тем самым заблокировал её от проникновения снаружи. Запер двери кабины изнутри и провалился в сонное царство Морфея…
Проснулся Владимир рывком: раз! – и подскочил с сидений, на которых спал. От рывка ударился головой о руль. Кто-то кричал снаружи и стучал по лобовому стеклу.
– Вставай! Эй! – в лобовое стекло какой-то весельчак стучал кулаком. – Проспишь переход!
Владимир несколько раз удивленно моргнул, окончательно просыпаясь и приходя в себя. Сон был тяжелым и тревожным, выспаться не удалось, видимо, все-таки Дубровский переборщил с приемом стимуляторов.
Стучавший в лобовое стекло бородатый мужик в спецовке, увидев, что Дубровский проснулся, махнул ему рукой и побрел дальше по своим делам.
Так, что дальше?
В сообщении Славика было четко указано, что надо двигаться вслед за остальными машинами, добраться до населенного пункта под названием Сосновск, а оттуда в городок – Новая Москва, где на КПП его будут ждать, достаточно назвать свои настоящие имя и фамилию.
Сколько раз Владимир пробовал найти на карте населенные пункты с таким названием в той местности, где он сейчас находился, у него ничего не получилось. Наверное, и правда, что это некие секретные населенные пункты, где прячутся и отсиживаются, пересиживая лихие времена, проворовавшиеся российские чиновники и бюрократы.
На площадке царило оживление, люди суетились возле своих машин, перед гостиницей стояли три автобуса, в которые усаживались пассажиры с вещами.
– Поссать-то хоть успею? – спросил Дубровский у бородача в спецовке, который шел обратно.
– Успеешь, – сверяясь по часам, кивнул мужик. – Переход откроют не раньше чем через полчаса. Вон за тем зданием начинается дорога, – бородач указал рукой направление. – Лучше заранее туда подкатить, а то там пробки – обычное явление.
– Понял, спасибо, – кивнул Дубровский и в быстром темпе сделал все необходимые утренние процедуры.
Владимир сбегал к «синим кабинкам», потом вернулся к машине, где быстро умылся и почистил зубы. Перекусывать не стал, тут же погнал машину в указанном бородачом направлении.
Через десять километров дорога привела его к странной площадке идеально круглой формы. Здесь скопилось с десяток грузовых машин, столько же легковушек, и, как ни странно, было много «пешеходов» – около двух дюжин людей разного пола с рюкзаками и сумками.
Перед въездом на «блюдце» площадки машину Дубровского остановили, охранник сверился со своим журналом и прицепил на лобовое стекло «Форда» желтый стикер, где были написаны ф. и. о. Владимира, госномер его автомобиля и конечный пункт назначения – «Новая Москва».
Площадка была как будто выплавлена в скальной породе. Идеально ровная поверхность и такие же гладкие своды ограждения. В центре площадки большая черная лужа пролитого мазута или нефти.
Машины и люди растеклись по краям площадки и застыли в ожидании.
Ну вот и на кой ляд сгонять людей на еще одну площадку? Почему нельзя было на предыдущей стоянке подождать? Обычное русское раззвиздяйство. Гоняют по площадкам туда-сюда, проливают ГСМ, и никто его не убирает.
Владимир достал термос, наполненный кипятком, заварил в термокружке кофе «3 в 1», потом раскрыл пачку с печеньем и только было собрался позавтракать, как раздался предупреждающий визг ревуна сирены.
Все, что произошло дальше, Дубровский списал на выверты своего мозга, который последние два дня подвергался воздействию стимуляторов и энергетиков. Перед глазами поплыли круги, в ушах щелкнуло от перепада давления, а по телу пробежала короткая дрожь, как от статического разряда тока.
Рев сирены стих, мужик в спецовке принялся кричать в громкоговоритель, пытаясь перекричать вой тех немногих собак, которые были в ближайших машинах. К собакам присоединились еще и дети, они тоже принялись голосить на все лады.
Владимир несколько раз сильно зажмурился, надеясь, что наваждение пройдет; вроде полегчало, перед глазами перестали плавать разноцветные круги, да и дети с собаками вроде потише стали выть.
Воспользовавшись заминкой одного из водителей «КамАЗов», Владимир газанул с места и, вклинившись перед зазевавшимся «газоном», выехал со стоянки одним из первых. Перед ним шел всего один грузовик – тентовый «китаец».
Владимир так увлекся этими маневрами, что совершенно не обратил внимания на смену дорожного покрытия. И только по тому, как стало кидать машину, сообразил, что вместо асфальта теперь под колесами – мощенная булыжниками мостовая.
Впередиидущий «китаец» припустил и пошел в отрыв. Владимир не стал за ним гнаться, но и далеко уехать не давал, помня наказ Скворцова-младшего двигаться в общем автомобильном потоке, держался за грузовиком, на дистанции около ста метров.
«Форд» проехал мимо еще одной стоянки, где дожидались пешеходов несколько автобусов и грузовиков с будками-вахтовками.
Только сейчас Дубровский заметил, что окружающий пейзаж заметно изменился. Та выжженная, серая каменная пустыня, что царила вокруг, постепенно стала изменяться в лучшую сторону – появились деревья, кустарники, стало вокруг много сочной, яркой зелени. Даже воздух изменился в лучшую сторону, он стал чистым, хрустальным и как будто наполненным какой-то живительной силой.
Дубровский открыл окно и вздохнул полной грудью, в голове прояснилось, настроение резко улучшилось.
А вообще, вокруг творилась какая-то чертовщина. Впереди на горизонте возвышалась высоченная горная гряда. Пики со снежными шапками вырастали как будто ниоткуда. Не было никаких предгорий и возвышений, горы появлялись неожиданно и стремительно.
Владимир не мог похвастаться хорошим знанием географических особенностей Северного Урала, но вроде здесь не было таких высоких гор. Хотя как это нет, вот же они впереди, видно невооруженным взглядом. Значит, есть!
На обочине дороги появился первый указатель, он сообщил, что до Сосновска осталось сорок километров.
Сосновск?!
В сообщении Славика такой населенный пункт упоминался. Владимир должен был заехать в него, чтобы потом отправиться в городок Новая Москва.
Ну что ж! Все идет отлично! До Сосновска сорок километров. Погода хорошая, на небе ни облачка, если все будет продолжаться так же, то к вечеру, глядишь, Дубровский доберется до КПП при въезде в Новую Москву, а там всего лишь надо передать местным охранникам, что его ожидает Вячеслав Скворцов… и все!
Въезд в городок Сосновск оказался перекрыт контрольно-пропускным пунктом. Причем КПП был организован с учетом фортификационных изысков и нюансов. Десяток въездных рамок, прикрытых бетонными колпаками с пулеметными гнездами, охрана, вооруженная автоматами и всевозможными сканерами и датчиками. Кинологи с собаками и вышки с внимательными пулеметчиками. И большое обилие камер наблюдения.
Въезд в город больше всего напоминал пропускной пункт на государственной границе, отличие было лишь в том, что роль таможни исполняли обычные охранники, которым не требовались въездные визы и загранпаспорта.
– Надолго в город? – спросил подошедший к машине Дубровского охранник.
– Не знаю, – честно ответил Владимир. – Мне вообще-то надо в Новую Москву.
– Тогда лучше в сам город не въезжай, подожди на накопительной площадке, – охранник показал, в какой стороне находится площадка. – Вон, видишь домик с синей крышей? Там формируются колонны на Новую Москву. Спросишь, когда следующий караван. А рядом, видишь, длинная «кишка» с красной крышей. Это гостиница. Если колонна на Москву пойдет завтра, то можешь там переночевать.
– Понял, спасибо. А до Новой Москвы далеко? Может, я сам туда поеду?
– В одиночку туда лучше не соваться. Бандиты на трассе шалят. Можно попасть! А так до Новой Москвы почитай полтыщи кэмэ.
– Бандиты?! – удивился Владимир.
– Ага, – пожал плечами охранник. – Сиротинские на юге всех лихих людей вывели, вот они к нам и подались. Это ж самое милое дело – на трассе переселенцев щипать. Вокруг Сосновска километров на сто более-менее тихо, ну и на подъезде к Москве километров пятьдесят тоже безопасная зона, а все что между ними – дикие земли.
– Понял, спасибо!
Поскольку Дубровский не собирался заезжать в Сосновск на машине, то его не стали досматривать и пропустили внутрь транзитной площадки. Машин здесь оказалось не сильно много, около десятка. Как узнал Владимир в местном аналоге автостанции, последний конвой на Новую Москву ушел всего пару часов назад, и следующий планируется на завтра. Объяснялось это тем, что надо, чтобы собрались желающие двигаться к Новой Москве. Движение в общей колонне было платным и стоило пять тысяч рублей. За эти деньги конвоиры гарантировали безопасность в дороге, которая обеспечивалась вооруженной охраной на бронетехнике.