Николай Марчук – Крымская война 2020 (страница 5)

– Командир, тут тебя начальство вызывает, – передал мне тангету стационарной рации Плов.

– Семнадцатый у аппарата. Прием! – отозвался я, позывным, принятым на эту смену.

– Семнадцатый, вам надо проследовать в квадрат три, ориентир главная проходная ЗЖБИ. Ваша группа придается на усиление к гвардейцам. Как понял меня, прием?

– Понял. Вот только у нас смена заканчивается через три часа и нам надо провести «жуков» домой. Как быть? Прием.

– Семнадцатый выполняй приказ. К «жукам» уже выехала резервная группа. С этой минуты и пока не приедете в расположение, у вас идут «боевые». Как понял меня, прием?

– Все понял, выполняю! – отчеканил я.

Ничего хорошего этот приказ не сулил. Во-первых, парни устали после пяти суток дежурства, а во-вторых, третий квадрат, а именно территория бывшего завода железобетонных изделий проходила по самой границе зараженных мест и если сейчас задует ветер, то вполне можно «схватить дозу». Кратковременно нахождение на зараженной территории особой опасности не несет, так как радиационный фон там постепенно снижался и уже был не так опасен, как год назад, но с амуницией, транспортным средством и всеми нашими «ништяками» пришлось бы расстаться, да еще и неделю сходить с ума от скуки в изоляторе.

Да и сам факт, что нашу группу «частников» придают на усиление гвардейцам, которых мы никак не могли усилить, вызывал недоумение, переходящее в опасение. Чем мы могли усилить росгвардейцев с их БТРами и БМП? Разве, что развлечь их анекдотами, да сальными историями из личной жизни Лехи Кургана. Но, с другой стороны, во всяком военном деле есть множество нюансов незаметных постороннему глазу, например, когда своих подчиненных не хватает, то можно позаимствовать «у соседей» взвод для того, чтобы перекрыть какой-нибудь второстепенную дорогу. Да, мало ли, для чего мы нужны? Была бы шея, а хомут всегда найдется!

– Ну, шо Леха, дотрынделся? – пнул я друга еще раз. – Накаркал? Пошли нам «боевые» в зачет, пока на базу не вернемся, будет нам тройной счетчик тикать.

– Уау! – воскликнул Леха. – И, шо нам надо за это сделать?

– Гвардейцев на ЗЖБИ усилить, не справляются они без нас, – хмуро ответил я. – Сникерс, доставай из ящика: накидки, «газики», буцы и дозиметры, чую пригодятся они нам.

– Старшой, а если мы на базу только утром вернемся или вообще через неделю, нам, что так все это время и будет идти в «боевой» зачет?

– Типун тебе на язык, в гробу я видал ночные вылазки. Ни за какие деньги мы не будем ночевать «в поле», – отмахнулся я. – Да и не подпишет нам бухгалтерия такую платежку, даже и не мечтай.

– Жаль.

Дорого к пункту сбора заняла двадцать минут, за это время я успел переобуться, сняв купленные на собственные деньги ботинки и нацепив казенные берцы, которые совершенно не жалко было сдать в утилизацию после возвращения домой. Еще пришлось снять куртку и перевесить РПС, надев на себя короткий плащ, призванный защитить на какое-то время от радиации. По инструкции положено было надеть еще комбинезон и бахилы. Но, воевать в таком облачении было неудобно, поэтому чаще всего на инструкции забивали, потому что, если дозиметр покажет повышенный фон заражения, то мы развернемся и уйдем.

Площадь перед заводоуправлением ЗЖБИ, рядом с которой и располагалась главная проходная завода, пустовала, хотя обычно здесь был стихийный рынок, на котором местные «барахольщики» продавали заезжим перекупам различное добро, добытое в заброшенных домах и квартирах. Время бытовой техники, вещей, электроники и прочего ширпотреба давно прошло, все самое ценное, выгребли еще в первые два – три месяца. Сейчас на стихийных рынках в основной «толкали» цветмет, стройматериалы, автомобильные запчасти и инструменты.

На всякого рода барахольщиков, мародеров и прочих «мусорщиков» мы смотрели свысока, хотя, по сути, были абсолютно одинаковы, различия лишь в масштабах. Наша организация вывозила ценное имущество в крупных промышленных масштабах, не размениваясь по пустякам, ну, а мне и таким как я сотрудникам ЧВК «Вектор» по роду службы надо было охранять весь этот процесс.

– Здорово, парни! Кому тут у вас помощь нужна? – задорно крикнул Плов, обращаясь к двум гвардейцам, сидевшим на скамейки возле проходной.

– «Вектор?» – коротко спросил один из гвардейцев.

– Ага, – широко улыбаясь, ответил Кашин.

– Поедите прямо, на первой развилке повернете вправо, а там уже увидите, – махнул рукой гвардеец, указывая себе за спину, вглубь территории ЗЖБИ.

– А, чё, ваще за кипишь, парни? – вновь спросил Кашин. – И не знаете, на кой ляд, мы понадобились?

– А хэзэ его знает, – пожал плечами второй гвардеец, – бандосов блокировали в доме, а вас, зачем выдернули не понятно. Наверное, для солидности, тут минут двадцать назад казаки на двух БТРах проехали. Их тоже не понятно, для чего дергают.

– Ладно, бывайте! – крикнул Плов на прощание и ГАЗон сорвался с места.

– Ну, и что думаешь, командир? – спросил Якут.

– Ничего не думаю, прибудем на место, разберемся. Если все сложиться удачно, то отсидимся в тылу. Все-таки не наше это дело бандосов из схронок выкуривать.

– Это точно! – согласился Якут.

– Эй, вы только если, что сразу на базу не возвращайтесь. Надо время потянуть, все-таки тройная оплата, – вмешался в разговор Курган.

– Голый оклад, – демонстративно не глядя на Леху, напомнил я.

– А, я что? Я ничего! Так, просто, напомнить решил.

Первая развилка попалась метрах в ста от проходной, повернули направо. Под колесами ГАЗона была грунтовка с вкраплениями старого асфальта. Завод железобетонных изделий умер еще в конце девяностых, потому что заточен был только под изготовление панелей для крупного строительства высотных домов. Не стало плановой экономики – не стало многих предприятий, на которых трудились миллионы людей. Такую страну просрали, коммуняки хреновы! Батя, мой, все время эту фразу повторял.

За те двадцать лет, что прошли с момента остановки завода, его потихоньку разворовали, перепродавая то одним, то другим хозяевам. В некоторых цехах и складских помещениях долгие годы «сидели» дельцы, промышлявшие, кто изготовлением тротуарной плитки и заборов, кто приемкой вторсырья, было еще пару автомастерских и мелких кооперативчиков, специализирующихся на металлоизделиях и столярке.

Ну, а последний год, сразу же после тех самых событий ЗЖБИ превратился в зону отчуждения – сказывалась близость с загрязненной территорией. Здесь теперь можно было встретить лишь «мусорщиков», которые потрошили близлежащие гаражи, да мародеров с бандитами, которые уходили в грязные земли, спасаясь от гвардейцев.

Наша машина проехала с полкилометра, петляя между цехов, когда нам навстречу выскочил БТР-80 с опознавательными символами Крымского казачества. Басурман кинул машину вправо, подмяв придорожные кусты и пропуская бронетранспортер. Сидевшие на броне парни в «горках» и с кубанками на головах, радостно засвистели и замахали руками. Басурман в ответ показал им дулю и грозно помахал кулаком. Казаки еще громче засвистели, но бронетранспортер не остановился и попер дальше.

Виталий машину из кустов не выводил, справедливо пологая, что скоро должен появиться второй БТР, тем более, что рев его двигателя отчетливо приближался. И действительно через несколько секунд из-за поворота вылетел второй БТР.

Бронетранспортер поравнялся, с застрявшим в кустах ГАЗоном и резко остановился. Из открытого водительского люка торчала голова в шлемофоне.

– Здорово, мародеры? – из люка БТР высунулся коренастый мужчина. – Чё, на усиление прислали?

– Ага, пан Атаман. А вас, чего же не взяли? – злорадно подколол я казака. – Видать выгнали?

– Да, конечно. Ты, ври, да не завирайся, – коренастый закурил, внимательно осматривая наш ГАЗон. – В обход послали, перекрыть возможные пути отхода.

– Пирожок, братка, а может мы с вами? – пришла мне в голову удачная идея. – Свяжись с руководством, скажи, что нас забрал к себе в подчинение.

– Не, Стас не могу. Вас там ждут. Знаешь кого там выкуривать будут?

– Кого? – спросил я, чувствуя какой-то подвох.

– Саню Бородача. Федералы хотят, чтобы ты его уговорил сдаться.

– Японский ты городовой?! – удивленно воскликнул я. – Допрыгался все-таки урод мелкий. Вот сколько раз я ему говорил, чтобы не лез на рожон. Чего он хоть натворил в этот раз?

– Устроил засаду на ФСБешников. Двоих застрелил, одного – майора захватил в плен. Но, дурень такой, умудрился попасть в объектив камер, в итоге его вычислили за час.

– Да-а, – глубокомысленно прошептал я, переваривая услышанное. – Подожди, а почему федералы тебя не озаботили упрашивать сдаться Бородача?

– Дык, я с ним на ножах. Он мне денег должен и отдавать не хочет, – отведя взгляд в сторону, соврал коренастый. – Ладно, бывай Стас, нам ехать пора, – мужчина ловко юркнул внутрь машины.

БТР рыкнул движком и поехал дальше по дороге.

Наш ГАЗон тоже долго не стоял в кустах, и уже через несколько минут мы подъехали к скоплению машин и людей.

Два БТР-82А росгвардии, несколько «Медведей», три «Выстрела», два «Тигра» и с десяток разнокалиберных легковушек от «Патриотов» до «Крузаков». Вокруг техники кучковался личный состав. Так, интересно, если здесь столько техники и народу нагнали, то сколько же сейчас в оцеплении стоит? Рота? Батальон гвардейцев?