Николай Марчук – Добрым словом и кулаками. 2 четверть (страница 2)

Что же здесь произошло?! Кто убил Егора Степановича? Что искали в доме?

Вернулся на кухню, внимательно оглядел труп Спицына-старшего. Смертельный удар нанесли в затылок, то есть, когда хозяин дома сидел за столом, а убийца спокойно подошел сзади и вонзил нож в загривок точно угодив то место, где позвоночник входит в череп. Клинок вошел в мозг – мгновенная смерть. Удар не простой, вернее не случайный. Убийца явно был опытный и с хорошо поставленным ударом. Проще, но намного «грязнее» - это перерезать глотку, я бы к примеру, так и сделал бы – просто «чиркнул» бы «пером» по горлу и отскочил назад, чтобы не заляпаться в хлынувшей из раны крови. А тут все сделано иначе – четкий «чистый» удар в уязвимую точку и крови совсем немного набежало, вон лишь небольшая лужица на столе размером с тарелку и примерно такая же накапала на пол. Хотя даже в такую лужицу убийца смог вляпаться своей обувкой и наследить – видна цепочка окровавленный следов, будто бы неизвестный наступил носком своей обуви в свежую кровь и оставил за собой следы. Прошел по следам, они вели прочь из дома, но на крыльце кровавых отметок уже не было.

Что за дела? Как такое может быть?

Вернулся обратно на веранду, присел на корточки и внимательно оглядел кровавые отметки на полу – вот они «выходят» из кухни, вот они «проходят» по веранде и упираются в завал из обуви

Что?!

Меня будто бы кипятком ошпарило, в голове мигом заколотил набат, а сердце застукало часто-часто - того и гляди сейчас выпрыгнет из груди. Чуть было от неожиданности на задницу не плюхнулся.

С краю от завала обуви лежал перевернутый одинокий кед, обращенный ко мне белесой подошвой, на носке обувки хорошо были заметны полустертые следы старой, свернувшейся крови.

Это был мой кед! Мой!!! Тот самый, что я не смог найти в подвале дома Колясика-Карасика. Вон на заднем канте подошвы видны две небольшие буквы «В.П.», что означает Вова Поляков. Все-таки сами понимаете кеды «два мяча» да еще в редкой красной расцветке – это в наших ебенях жуткий дефицит и диковинка, а значит предмет для посягательства завистливых сверстников. Поэтому я их и пометил своими инициалами, чтобы опознать в случае чего.

Твою мать! Это что же такое получается?! Кто-то убил Егора Спицына его же ножом, потом подбросил на место убийства мой кед, а меня значит засунул в петлю, да еще рядом оставил окровавленный нож Спицына.

К чему весь этот спектакль?

Очевидно, чтобы скрыть истинный мотив убийства и запутать следствие. Допустим менты находит мертвого Спицына-старшего, по кровавым следам и окровавленному кеду сразу же в убийцы записывают меня, потому что больше ни у кого таких кед нет, начинают меня искать, бегут в дом Колясика-Карасика и в подвале обнаруживают меня висящим в петле, а у моих ног лежит окровавленное орудие убийства. Следователи, опера и прокуроры сойдутся в версии, что это я убил Егора Спицына, а потом вздёрнулся, не выдержав мук совести. А ведь там еще был таз с чем-то горелым? Скорее всего в тазу были какие-то вещи из дома Спицыных, а весь этот бардак нужен только для того, чтобы свалить всё на меня и создать полноту картины: я убил Спицына-старшего, ограбил его дом, а потом повесился дело можно считать закрытым. Даже если бы мой труп в петле нашли бы первым, а уже по частично сгоревшим вещам в тазу и ноже определили, что они из дома Спицыных, то все равно у следствия не было бы никаких сомнений, что Егора Степановича Спицына убил я.

«Якорный карась!» —как говорит мой дед. «Ёваный в рот!» —как говорю уже я. Что же делать?! Тот, кто это всё провернул сейчас на свободе, и пока я жив он не угомонится, потому что я представляю для него угрозу. Он меня точно убьет при первой же возможности!

А кстати кто этот неизвестный душегуб, который с такой легкостью убил Егора Спицына и засунул меня в петлю? Кто этот коварный злодей, умеющий так ловко орудовать ножом? Кто он?! Кого бы подпустил к себе Егор, да еще и в собственном доме, в который как известно всем красновцам они никого не пускали? Кто же это может быть?

Игнат - старший брат Егора! – в мозгу тут же вспыхнула красная лампочка внезапного озарения.

Игнат Степанович Спицын?! Может быть это он? Вполнеда что там вполне, это единственный кандидат на роль человека, которого бы Егор подпустил к себе со спины. Игнат – здоровый, сильный мужик. Такой бы не только меня, но и атлета-тяжеловеса в петлю засунул.

Что могло стать причиной ссоры между братьями, в результате которой один из них погиб? Хрен его знает, да мне это и неважно по сути. Может и не было никакой ссоры, может дело в чем-то личном или не поделили чего-то. Главное, что Егор мертв и я чуть было не догнал его по пути на тот свет.

Вернулся в кухню, еще раз оглядел труп. Мертвец уже окоченел и «застыл», а это значит, что с момента смерти прошли не меньше пять-шести часов. Как раз получается, что меня вырубили примерно в это же время – это хреново, потому что выходит, что на момент смерти Егора у меня нет алиби. Непонятно, что было первично: смерть Егора или то, что меня вырубили и решили вздернуть на веревке? То есть неизвестный мне злодей убил Егора, а чтобы запутать следствие решил все повесить на меня или может моя смерть – это главная цель неизвестного убийцы, а убийство Егора лишь чтобы запутать следствие? Много вопросов и ни одного вразумительного ответа.

Ну и самое хреновое, что у меня нет алиби на момент смерти Спицына-старшего. Раз нет алиби, то надо его сделать.

Глянул на часы – простенькие «ходики» на стене в одной из комнат. Вполне подойдут для моей задумки. Снял часы, перевел их назад – на три часа дня, а потом грохнул «ходики» о пол – часы разбились, но циферблат, где большая стрелка застыла на «12», а маленькая на «3» не пострадали – вот тебе и предполагаемое время убийства. Братья начали драться между собой и разбили часы. Ну, а я в это время был в Пыжах, в доме своего деда и вместе с Сеней, Профессором и Витькой варил джинсы. У меня железное алиби на три часа дня, ко мне не подкопаться. Криминалистика в 80-ых годах не была столь точной наукой как в будущем и время смерти определяла на глаз с погрешностью в пару часов, но если на месте преступления обнаруживались разбитые часы, то зачастую именно по их застывшим стрелкам и определяли время происшествия.

Нож?!

Куда девать нож?

Я глянул на финку, которую достал из мешка. Куда её девать? Выкинуть или оставить здесь? Отпечатки пальцев я с неё стер, лезвие от крови тоже протер. Надо нож оставить на месте преступления, а то, что он без отпечатков пальцев – это не страшно, хладнокровный убийца их бы точно не оставил.

Я попробовал засунуть нож в колотую раны на затылке Егора и не смог этого сделать, видимо позвонки сместились, тело «одеревенело» и просто так эту задачу было не выполнить. Осторожно поднял голову покойника, чуть сместил её в сторону и все-таки вставил нож в рану, но, чтобы он зашел на всю длину клинка несколько раз стукнул по «пятке» грязной деревяной толкушкой, которую нашел на кухне, рядом с печкой. Теперь следствию будет очевидно, что убийца физически очень сильный человек, раз смог с одного удара так глубоко засадить финку.

Всё готово, можно сваливать? Теперь все улики, пусть и косвенные против Игната.

Подобрал свой кед, оттер с помощью куска мешковины, пропитанной растворителем кровь с подошвы, нацепил обувку на ногу. Обмотал обе ноги кусками мешковины и обильно смочил их растворителем. Теперь ни одна служебная собака не возьмет мой след

Собака?!

А ведь странно, что Игнат убил свою собаку, которую он привез из питомника еще щенком. Спица частенько жаловался на дядьку, дескать тот свою псину любит больше, чем родных племянников. Почему он убил свою собаку, зачем? Из жалости, понимая, что не может взять её с собой или в смерти Егора виноват все-таки не Игнат, а кто-то другой. Тот, кто просто не мог войти во двор и ему сперва пришлось убить злобную псину? Или все было проще – неизвестный вошел в дом вместе с Егором, потом убил его, а выйти из дома просто так не мог, потому что во дворе злая собака, которая без сопровождения кого-то из Спицыных-старших порвала бы любого в кровавые ошметки.

Что же здесь все-таки произошло на самом деле?!

Еще раз обошел комнаты, огляделся и понял, что Игнату не надо было коцать половые доски в поисках тайника. Если в доме и был оборудован тайный схрон, то Игнат о его местоположении знал наверняка. Значит все-таки в доме был кто-то посторонний. Значит Егора убил не Игнат, а кто-то другой

Что для меня это меняет? Всё!!! Всё меняет! Просто кардинальным образом всё меняет. Это означает, что мне не известен убийца Егора и следствию он тоже будет не известен. Соответственно либо на меня повесят это убийство, либо настоящий убийца, тот о котором я ничего не знаю может совершенно спокойно подловить меня где-то и прикончить. Судя по почерку – он опытный и матерый зверюга.

Какой может быть выход из сложившийся ситуации? А выход, собственно говоря, один – валить из Красновки раз и навсегда. Прямо сейчас забрать из тайника паспорт Ячменя, прилепить себе под глаз фальшивую родинку и по подложным документам добраться до Москвы, где реализовать что-то наиболее ценное из антиквариата. Денег-то живых у меня «кот наплакал», те две тысячи, что я забрал из сумки с деньгами вложены в джинсы. Еще проблема в том, что антиквариат мы разделили на четыре части и каждый из нашей четвёрки хранит свою часть и у себя дома. Моя часть – это марочники, иконы и старинные книги. Весьма объемная часть получается и вроде как ценная, выручить за неё можно много, но сделать это будет весьма хлопотно и опасно. Я бы для побега предпочел все-таки живые деньги.