Николай Ложников – Экспат (страница 1)
Николай Ложников
Экспат
Экспат
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Снег был даже не пушистым, а каким-то воздушным, щедро приправленный сладким утренним солнцем.
«Shit! Ну, надо же, даже снег у этих козлов другой!» – беззлобно подумал Миша, сидя на плывущем над склоном подъёмнике и болтая пудовыми от лыж и ботинок ногами. Рядом захлёбывалась в трубку жена, делясь последними австрийскими новостями с подругой. Она была особенно хороша в своей купленной перед отъездом девчачьей шапочке с помпоном, не броской, но стильной и, главное, брендовой куртке, и красных пролетарских штанишках.
Гора сверху напоминала муравейник. В снежном облаке летели вниз надменные корифеи; скользили по снегу, как по волнам, юные, безбашенные сноубордисты; неуклюже петляли новички. Но особенно впечатляли дети. Группками штук по 8-10, во главе с квохчущим инструктором, эти прилежные клопики в шлемах и жёлтых жилетах, неизменно вызывали чувство, которое даже не склонный к сантиментам Миша признал умилением. Он подумал о своих девчонках, оставленных с тёщей в Москве. «А ведь в следующем году их уже вполне можно ставить на лыжи. Господи, как же время-то летит…».
Вечером, уставшие, немного осоловевшие после сауны и сладковатого местного пива, по-детски, счастливые, они бродили по крошечному, почти игрушечному, городку. На тёмного дерева, альпийских фасадах домов, украшенных резными ставенками и рюшастыми занавесками, будто застыли слегка придурковатые, но добрые и милые улыбки.
Мише было хорошо. Он пил изумительный местный шабли, заедая его сначала совершенным в своей простоте венским шницелем, а позже таким яблочным штруделем, какого не получишь ни в одном, даже самом гламурном, московском кабаке. Да и вся эта неделя получилась чудесной. Хороший снег. Сумасшедший воздух. Любимая женщина рядом. Солидная сумма в Евро, специально для этой поездки кинутая на понтовую City Gold. А что ещё, собственно, нужно для счастья затюканной московской душе генерального директора? К тому же не обычной конторы, а российского представительства крупной международной фирмы. Он даже почувствовал себя на какое-то время не Михал Семёнычем, и, тем более, не Майклом, как его называли импортные коллеги, а именно Мишей.
Нет, конечно, работа никуда не делась, просто на время ослабила хватку. Последний вечер, завтра домой. А уже послезавтра в офис. Да ещё не просто себе так: в тот же день прилетает высокое европейское начальство. И дёрнул чёрт этих обормотов припереться – уже с полгода ни одна немецкая морда не светилась в России. Да вобщем-то, и незачем. Бизнес идёт, ну, не так, чтобы шибко пёр, но идёт, даже растёт поманеньку. Маржа, конечно, хреноватая, но полюбасу, в разы выше, чем в европах. И, потом, Мише доверяют. Что, прямо скажем, со стороны империалистов по отношению к местным русским директорам встречается не часто. А что, всё-таки уже пять лет в компании, практически, удвоил продажи, собрал классную команду, серьёзно увеличил долю рынка, сделал несколько хороших проектов… Зачем же они едут? Шеф по телефону сказал "бизнес ревью". Причём на вопрос "Что подготовить?" как-то стеснительно заявил, что ничего не надо. Ну да ладно, дело солдатское, нас имеют, мы крепчаем…
– Спасибо за потрясающий отдых, любимый! – жена отодвинула блюдце с чёрными ноздреватыми крошками zacher torte, сверкнув купленным вчера колечком белого золота, и подняла свой бокал, – Я люблю тебя!
– И я тебя.
Вино было терпковатым, с едва уловимой нежной кислинкой. Мише на миг показалось, что он пьёт не просто благородную хмельную жидкость, но сам сок этой весёлой, самодостаточной, а главное, нереально спокойной земли. И с каждым глотком этой волшебной влаги его издёрганной московской душе становилось покойней и легче.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Первый рабочий день начался из рук вон хреново. Младшая разболелась. Старшая раскапризничалась, тёща тоже. У жены, которая вызвалась отвезти на работу Мишу, оставившего свою казённую тачку в офисе, не завелась машина. Пришлось демократичненько шарашить на метро. Да, собственно, иначе, наверное, и быть не могло: всё-таки, 29е февраля, великое високосное счастье.
– Доброе утро, Михал Семёныч! Как отдохнули?
Секретарша – единственный человек в офисе, называющий его по отчеству. На фирме принято обращаться друг к другу по имени и, в идеале, на ты, вне зависимости от должностей. А как же: западная контора, в английском отчеств нет – пресловутая демократия в действии. Хотя, секретаршино выканье было приятно – оно было частью той зачастую невидимой, но весьма жёсткой западной корпоративной субординации, которая выражается в чётком расположении столов в офисе и мест на парковке.
– Доброе, Лера, отлично. Саша мою машинку помыл? А то ведь мне после обеда за нашими буржуями в Домодедово ехать.
– Помыл, вчера ещё. Только, Михал Семёныч, тут такое дело… – Лера чуть приподняла уголки красиво накрашенных губ, – звонила ассистентка Роберта и просила, чтобы их с Маркусом встретили не вы, а Саша. Говорит, что не хотят вас отвлекать.
– Заботливые, однако. – Миша улыбнулся своей фирменной улыбкой, правильно сделанной и отточенной за многие годы работы в импортных конторах. Он прошёл в кабинет, кинул на спинку кресла пиджак, любовно потрогал обновку – золотые дюпоновские запонки.
А всё-таки, странно. Раньше он всегда сам встречал Роберта в аэропорту. В этом не было ни капли холопства – просто возможность провести лишних пару часов вместе, узнать от шефа, какие ветры дуют в штаб-квартире, самому рассказать последние новости. Да, и просто побазарить за жизнь. У Роберта тоже две дочки, правда, чуть старше мишиных, но всё равно масса общего: девчонки они и в Африке девчонки, ну, а в Швейцарии и подавно. К тому же, шеф, даром, что немец, ведёт экстремально спортивный образ жизни, не пьёт, так что дорога по родным пробкам, по сути, остаётся единственной возможностью неформального общения. Но, как говорится, хозяин барин – хрен его знает, может, они с Маркусом хотят что-то обсудить с глазу на глаз…
Первые полдня пролетели незаметно: надо было проглядеть все 127 пришедших за неделю мэйлов и подписать груду скопившихся бумажек. Плюс пообщаться с народом. А народ колбасило. Причём, уже месяца два и совсем не по-детски. В компании намечалась реструктуризация, которая жутким призраком коммунизма бродила по Европе. Слухи были самыми разными: кто-то шептал о готовящейся продаже бизнеса швейцарским владельцем, кто-то – об утягивании кушака в связи с хреновым результатом прошлого года, ну, а кто-то, как водится, о тотальной жопе. К тому же, все эти слухи не ограничивались пространством отдельно взятого офиса, а, ввиду глобальности компании, свободно перемещались из страны в страну и, даже дотягивались своими метастазами до разных континентов. Ведь, несмотря на культурные и страновые различия, базовые инстинкты, типа самосохранения, свойственны нам всем.
В маленькую уютную кухоньку, как в кают-компанию задрейфовавшего посреди океана корабля, набилась говорливая офисная толпа. После обычных планктонно-московских шуток и расспросов про отпуск, перешли к самой животрепещущей теме.
– Ну что, Михаил, как там наши швейцарцы, австрийцы и прочие немцы? Решили, наконец, что с нами, дураками делать? – вопрос, конечно, задал Кожевин, директор по продажам, хорошо упитанный тридцатилетний чувак с мрачным чувством юмора, дипломом чикагского MBA и, соответственно, весьма крутыми амбициями.
– Да я, Глеб, в Австрию не трудиться ездил, – Миша повернул к нему своё улыбающееся, загоревшее на горном солнце, лицо, – Как раз от вас, коллеги, хотел новостей набраться. Хотя, надеюсь, часа через два эти новости к нам сами приедут, вроде как, особых пробок пока нет.
– Да ладно, чего себя накручивать? – вступил в разговор Гончаров, директор по маркетингу. В заднице у этого курносого гиперактивного крепыша явно присутствовало что-то инородное: то ли шило, то ли моторчик. – Всё будет нормально! Рынок вон как растёт! Да и мы потихоньку подтягиваемся. Кто ж режет курицу, которая золотые яйца несёт!
– Ага, вот тебя по твоим золотым яйцам и отоварят, – ухмыльнулся Кожевин.
– Зависимость ситуации от нас всё равно минимальна, – выглянул из-за холодильника кучерявый прыщавый айтишник, философски настроенный как в силу своей профессии, так и от того, что слухи о переводе всего системного администрирования компании на аутсорсинг последнее время особенно активизировались, – Мне, вот, знакомые системщики из Цюриха дали наводку, что руководство сейчас рассматривает некие планы «А» и «Б». Правда, толком никто не в курсе, что это значит…
– Главное, чтоб не наступил план «Ж», – ответил Кожевин, со вкусом прихлёбывая остывший кофе.
«Да, атмосферка в офисе за неделю упала ниже плинтуса», – с грустью подумал Миша. – «Вот же ж немчура тупорылая, неужели не соображают, что нельзя людей месяцами держать подвешенными за яйца. Да к тому ж, не в одной Рассее, а, считай, по всему миру». Он выпил с народом пару кружек кофе и попытался анекдотами да лыжными байками, хоть немного поднять боевой дух. «Да и, в конце концов, что они с нами могут сделать. Ну, переподчинят меня кому-нибудь. Ну, заставят сократить пару человек. Не закроют же, в самом деле, представительство. Прошлогодний результат России, хотя и не сравнить с тучными докризисными годами, один из лучших в компании. Плюнуть на такой бизнес было бы не просто глупостью, а полным идиотизмом…»