Николай Леонов – Убийство на высшем уровне (страница 9)
– Что неудивительно, – философски заявил Порошин, – ведь в эту сферу еще в девяностые привалило немало бандитов. Здесь крутятся огромные деньги, приносящие большие и, главное, легкие прибыли… Бандюки – те, что потолковее, – начали быстро усваивать банковские термины, понимать смысл тех или иных операций. А профессиональные менеджеры, в свою очередь, осваивали (и не без успеха) блатную феню. Произошла так называемая конвергенция, то есть взаимопроникновение этих сфер… Сейчас уже, конечно, не так все очевидно, банки борются за свой имидж. Хотя бандиты по-прежнему входят в состав учредителей многих из банков.
– К сожалению, не могу не признать, что в последнее время в этих советах учредителей бандитов сильно потеснили выходцы из правоохранительных органов, – нахмурившись, добавил Гуров.
– Это тоже имеет место быть, – быстро согласился Порошин и тут же вернулся к теме: – Что касается Крячевского, то он вообще человек со странностями. Я бы определил его, мягко говоря, как человека неуравновешенного. Кстати, у него есть еще «Витан-банк». И там также нашли нарушения в деятельности, вопрос стоит о лишении этого банка лицензии.
– На этом тоже настаивал Смирнов? – предположил Гуров.
– Вы правы, Игорь был категоричен в своем решении, но комиссия еще не определилась окончательно, – заявил Порошин.
– Понятно, – задумчиво произнес Гуров, записывая за банкиром. – Вы что-то знали о личной жизни Смирнова? Чем интересовался, были ли увлечения, как жил в семье?
– Здесь как раз все просто. Он был хороший семьянин, и никогда ни о каких его увлечениях на стороне я не слышал. С женой они еще с института – он, правда, постарше на три курса был. У них двое детей. Люди они спортивные и предпочитали активный отдых на природе. В общении Игорь был человек демократичный и коммуникабельный, сотрудники его любили; уверен, что все подтвердят мои слова…
Гуров захлопнул блокнот и резко поднялся.
– Благодарю вас, что нашли время поговорить, – произнес полковник, – думаю, что у меня еще возникнут вопросы к вам.
– В каком смысле? – неожиданно насторожился Порошин.
– В качестве эксперта вы неоценимы, – улыбнулся Гуров, – сфера деятельности очень непростая…
– Возникнут вопросы – обязательно обращайтесь…
Крячко сидел в приемной и беседовал с секретаршами Смирнова, которые выглядели так, будто со вчерашнего вечера осиротели. Стас проявлял по отношению к ним максимальный такт и заботу, на которые только был способен.
– Скажите, Людочка, а как долго обычно засиживался ваш шеф на работе и часто ли оставлял вас работать допоздна? – спросил Стас у стройненькой блондиночки лет двадцати семи.
– Ой, что вы! – всплеснула руками она. – Игорь, то есть Игорь Андреевич, не очень часто нас этим мучил. Он и сам не любил допоздна сидеть; если что, мог и дома поработать. Он ведь семьянин прекрасный… был, – добавила она и собиралась уже заплакать, но Стас удержал ее от этого.
– Людочка, поймите меня правильно… Но вы часто называете своего шефа по имени…
– Вы не подумайте ничего плохого. Просто Игорь был человек очень демократичный, со многими общался на «ты», а мы с ним давно работаем.
– Вы обычно были в курсе его мероприятий на день, как дневных, так и вечерних? – снова спросил Крячко.
– Относительно вечерних дел – нет, – ответила невысокая брюнетка, вторая секретарша Смирнова. На вид она была чуть постарше и тверже характером. – Он обычно в семь сразу отправлялся домой, предварительно звонил и предупреждал жену о том, что выезжает. Собственно, его обычный маршрут работа – дом. Он даже обедать к себе предпочитал ездить.
– Если и были у него какие-то мероприятия, то нечасто, – добавила блондинка, – ну, может, пару раз в месяц куда-нибудь пригласят выступить.
– По нашим данным, он собирался в тот вечер улетать, – произнес Крячко. – Вы не знаете куда?
– Конечно. В Ригу, в командировку, – ответила брюнетка.
– Это выяснилось неожиданно, во второй половине дня, и мне пришлось срочно бронировать билет на вечерний рейс, – вторила Людочка и, опять заплакав, пролепетала, вытирая платком носик: – Господи, кто бы знал, что он даже до аэропорта не доедет!
– Ну-ну, Людочка, не надо плакать, вот и платок уже выжимать можно, – старался ободрить ее Стас. – Давайте возьмем себя в руки, ведь нам еще поговорить надо о многом.
Гуров не стал дальше наблюдать за этим эмоциональным допросом свидетельниц, в конце которого Стас обязательно запишет все телефоны обеих секретарш, хотя позвонит потом, скорее всего, блондинке.
Открыв дверь кабинета зампреда Центробанка, Гуров вошел внутрь.
Здесь вовсю работали оперативники во главе с Викуловым. Тут же находились двое понятых из числа сотрудников банка и представитель службы безопасности.
Сам Викулов сидел с одним из своих коллег за рабочим компьютером, внимательно вглядываясь в монитор.
– Пока ничего интересного найти не удалось, – сказал Викулов, поймав на себе вопросительный взгляд вошедшего коллеги. – Похоже, Смирнов серьезно относился к вопросам безопасности.
– Надолго вы еще? – поинтересовался Гуров, осматривая обычный с виду кабинет. Небольшое количество дорогой мебели – шкафы, стол для заседаний, довольно массивный рабочий стол, главным атрибутом которого являлся огромный монитор, – словом, все акценты в обустройстве были сделаны на работе.
Гурова по старой привычке привлек перекидной календарь на столе. Полковник повернул его к себе и стал перелистывать, читая записи на листках, сделанные самим Смирновым.
– Думаю, что надолго, – ответил фээсбэшник. – Много закрытых файлов, их нужно взломать, поскольку пароль знал лишь сам покойник… В том, что открыли, ничего интересного нет. Во всяком случае, пока…
– А как с обыском в доме Смирнова? – спросил Гуров, продолжая листать календарь. Как минимум одного листа в нем не хватало – как раз за вчерашний день.
– Слушай, Лев Иванович, давай ты этим и займешься, – предложил Викулов. – У меня тут работы выше крыши.
– Хорошо, значит, мы с Крячко сейчас туда отправляемся, – согласился Гуров.
Он еще раз осмотрелся по сторонам и вышел из кабинета.
В приемной Стас все еще беседовал с секретаршами, но Гуров решительно прервал этот диалог:
– Тебе еще долго тут? – спросил он, обращаясь к Крячко.
Тот внимательно посмотрел на Гурова и, пожав плечами, ответил:
– Да нет, мы уже почти заканчиваем. Только телефоны и адреса девушек запишу, и все!
– Тогда не забудь и возьми у них координаты квартиры их покойного шефа, – бросил на ходу Гуров, направляясь к выходу. – Я буду ждать тебя в машине. Мы едем с обыском к вдове банкира…
Когда Крячко спустился на улицу и подошел к машине, то увидел, что Гуров устроился на переднем пассажирском сиденье, развернув перед собой автомобильную карту Москвы.
Крячко сел за руль «десятки» и, посмотрев на Гурова, спросил с легким удивлением:
– Я так понял, что сегодня моя очередь быть за штурвалом?
– А что, есть возражения? – переспросил Гуров, не отрываясь от карты. – Может, ты выпил уже или плохо себя чувствуешь?
– При чем здесь мое самочувствие, ты лучше за своим следи, – напрягся Стас. – Просто ты обычно сам рвешься за баранку…
– Адрес квартиры Смирнова у тебя, вот ты и вези, – последовал ответ Гурова, который на карте сделал пометки карандашом, – кстати, скажи мне его.
Крячко назвал адрес и завел двигатель. Гуров нашел указанный дом на карте и тоже его отметил.
– Ну и зачем тебе это надо? – спросил Стас, недоуменно посмотрев на карту.
– Хочу составить вероятный маршрут, по которому банкир ездил домой, – ответил Гуров.
Крячко уткнулся в карту и, быстро изучив расстояние между двумя кружками, произнес:
– Ну, по-моему, маршрут очевиден. Если никуда не заезжать по делам, то я бы двинулся вот так, – он прорисовал линию по улицам Москвы.
– Или вот так, если на проспекте Вернадского пробки, – выдвинул свою версию Гуров. – Хотя я больше согласен с тобой.
– И правильно делаешь, поскольку Смирнов возвращался домой, как правило, после семи вечера. В это время пробки уже не так часто бывают. И все-таки зачем это тебе?
Гуров не ответил, нанося какие-то отметки на карте, но Крячко и сам догадался:
– Ты что, думаешь, удастся проверить, была ли за ним слежка?
– Я думаю, что слежка стопудово была, – уверенно заявил Гуров. – Если его заказали, то должны были выяснить местожительство и маршруты передвижения…
Вдова Смирнова сидела в гостиной на небольшом изящном диване у окна. Маленькая худенькая женщина неопределенного возраста с безучастным видом наблюдала за работой оперативников, прибывших одновременно с Гуровым.
Она держалась с достоинством, лишь припухшие веки, красные глаза и маленький розовый платок, зажатый в кулачке, свидетельствовали о том, насколько тяжелой была для нее прошлая ночь.
Гуров, подойдя к хозяйке, вежливо попросил разрешения присесть рядом и, получив молчаливое согласие, пристроился на краешке дивана.
– Вы в состоянии ответить на несколько моих вопросов?
– Задавайте. Посмотрим, в состоянии я на них ответить или нет, – спокойно произнесла она, тяжело вздохнув.
– Скажите, ваш муж делился с вами своими проблемами? – спросил Гуров. – Насколько я знаю, вы ведь учились с ним в одном вузе.
– Да, но я мало работала по специальности. Большую часть нашей с Игорем совместной жизни я посвятила детям и семье. Что же касается его служебных дел, то скорее нет. Он считал, что не стоит тащить в дом всякую грязь.