Николай Леонов – Рублевый передоз (страница 3)

– Давай поступим так, Дима, – извлек из наплечной кобуры пистолет Лев. – Будем пытаться обойтись без кровопролития и никого в расход не пускать. Чем больше участников наркосделки возьмем живыми, тем лучше. Огонь на поражение вести только в самом крайнем случае. В пределах необходимой самообороны. Понятно? Кстати, к вашим парням это тоже относится, капитан, – добавил он, обращаясь к блондину с сигарой.

– Вас понял, товарищ полковник, – равнодушно отозвался тот, пуская перед лицом очередной густой клуб дыма. – Сделаем все от нас зависящее.

– И тем не менее это не ответ на мой вопрос, Лев Иванович, – прогундосил Поликарпов. – Кто нам нужнее?

– Я полагаю, те, кто окажется более покладистым и сговорчивым, – с улыбкой вмешался в дискуссию старших по званию Алябьев. – У дилеров в отличие от групп прикрытия вряд ли будет с собой огнестрельное оружие.

– Начинайте, капитан, – согласно кивнув, поддержал его Гуров.

Широкоплечий блондин вынул изо рта сигару, загасил ее о подошву тяжелого армейского ботинка и, сунув в нагрудный карман камуфляжной куртки, поднес к губам рацию:

– Начали, парни!

Захлопали дверцы автомобилей, включилась сирена, из фургона, как горох, высыпали человек десять с автоматами наперевес и бегом устремились к перекрестку Каширской и Большой Верхней. Блондин в камуфляже стремительно выхватил из-за спины вороненый «ТТ». В другой руке появился компактный мегафон. Скорым пружинистым шагом он двинулся в сторону заброшенной стройки.

– Останься тут, Рома, – распорядился Гуров. – Майор Поликарпов – со мной!

Все трое обогнули высотное десятиэтажное строение, и пустырь позади заброшенной стройки открылся как на ладони. Погода для середины октября стояла особенно ясная, и лучи солнца отбрасывали блики от металлических корпусов четырех сгрудившихся по центру машин – двух внедорожников и двух легковых автомобилей. Короткая автоматная очередь вспугнула стаю ворон на сиротливом иссушенном дереве.

– Облава! – громко крикнул кто-то из присутствующих на пустыре.

В ответ ему раздалось нечленораздельное гортанное ругательство на абхазском, смысл которого, впрочем, был вполне понятен сыщикам. Боевики из групп прикрытия повыхватывали пистолеты, а автоматчики в камуфляже, словно и не заметив этого, сноровисто и профессионально взяли их в кольцо. Блондинистый капитан, остановившись на выступе из красного кирпича, поднял мегафон.

– Оружие на землю! – жестко печатая каждое слово, произнес он, и его голос, усиленный динамиком, раскатился по пустынной местности. – Всем лечь лицом вниз! Любая попытка сопротивления будет немедленно подавлена. Огонь ведется на поражение. На исполнение приказа пять секунд. Время пошло!

Двое абхазцев возле черного «Гранд Чероки» дисциплинированно бросили стволы себе под ноги. Человек в светлом плаще слева от них растянулся на земле. Грохнул одиночный выстрел, но Гуров, стоящий рядом с капитаном спецназа, даже не успел определить, кто именно попытался оказать сопротивление. Зато реакция со стороны автоматчиков последовала молниеносная. Прицельная очередь в грудь опрокинула храбреца на спину. Вид пролитой крови подействовал на остальных участников наркосделки гораздо эффективнее, чем призыв капитана. Оружие посыпалось из рук на землю, как переспелые яблоки.

– Лечь лицом вниз! – повторил в мегафон командир группы. – Руки сложить на затылке! Две секунды на исполнение! Время пошло!

Приказу подчинились почти все. Замешкались только двое: коренастый мужчина лет тридцати пяти в синем спортивном костюме и высокий нескладный очкарик с прилипшей к нижней губе недокуренной сигаретой. Они быстро переглянулись между собой и одновременно метнулись к близстоящему бордовому «Шевроле». Распахнули передние дверцы с двух сторон, но очередная автоматная очередь заставила обоих растерянно замереть на месте. Пули просвистели над головами, как взбесившиеся дикие пчелы.

– Отойти от машины! Живо! Второго предупреждения не будет!

Очкарик первым задрал руки кверху, демонстрируя тем самым полную капитуляцию. Сигарета отлепилась-таки от губы и упала под ноги. Маленькие глазки-бусинки за поблескивающими стеклами лихорадочно забегали из стороны в сторону. Мужчина в спортивном костюме продолжал держаться за раскрытую дверцу «Шевроле». Капитан сделал два шага вперед, вскинул «ТТ» и выстрелил ему в ногу. Крепыш рухнул как подкошенный и застонал.

– Прекратить стрельбу! – вмешался Гуров.

Капитан коротко зыркнул в его сторону, лениво пожал плечами и опустил оружие.

– На землю! – в очередной раз бросил он в мегафон, обращаясь непосредственно к очкарику.

Тот плюхнулся на живот и опустил сцепленные в замок пальцы на затылок. Очки в металлической оправе нелепо съехали набок. Командир спецназовцев повернулся лицом к Гурову и доложил:

– Территория под контролем, товарищ полковник! – Один убитый и один раненый.

– Я видел, капитан. Спасибо.

Пятнадцать человек лежали под прицелами неподвижных, словно выкованных из стали, спецназовцев. Гуров и Поликарпов, оставив капитана, вновь извлекшего из нагрудного кармана замусоленную сигару, спустились со ступеней и прошли к машинам. Никто из задержанных не поднял головы и не посмотрел в их сторону. Сыщики остановились рядом с «Гранд Чероки». Гуров попытался открыть багажник внедорожника, но тот не поддавался.

– Чья машина?

Один из лежащих на земле абхазцев слегка приподнял голову и кивнул в направлении мужчины в светлом плаще. Поликарпов легонько поддел того носком ботинка, но он даже не пошевелился.

– Ну, поднимайся, – нахмурившись, буркнул майор. – Никто в тебя стрелять уже не будет. Вставай и открывай багажник.

Круглое загорелое лицо с тонкой ниточкой усов над верхней губой отлепилось от земли. Взгляд рассеянно пробежался по сторонам.

– Вставай, вставай! – поторопил его Поликарпов.

Абхазец неохотно поднялся на ноги. Долго шарил по карманам в поисках ключей, озираясь на автоматчиков. Страх был прописан на лице дилера крупным жирным шрифтом. Когда ключи наконец были найдены, он молча передал их Гурову, хотел было вновь растянуться на земле, но полковник удержал мужчину за руку:

– Минутку!

На дне багажника лежали рядышком два кожаных кейса. Он взял один из них, щелкнул замками и откинул крышку. Новенькие хрустящие купюры, по сто «баксов» каждая, были сложены аккуратными стопками и перетянуты голубыми резинками. Точно такая же картина открылась взорам сыщиков и во втором кейсе. Полковник поставил оба кейса рядом с задним колесом «Чероки» и призывно махнул рукой, подзывая командира спецназовцев. Только после этого сфокусировал пристальный взгляд на мужчине в белом плаще и представился по форме:

– Полковник Гуров. Главное управление уголовного розыска. Ваше имя и фамилия?

– Хаджарат. Хамгурдиа. Имя и фамилия, начальник. Только я хотел бы сразу сказать…

– Твои деньги? – перебил абхазца Гуров.

Тот отрицательно замотал головой:

– Не мои, начальник. Клянусь, не мои. Об этом я и хотел говорить… Пойми, брат, я ведь всего лишь курьер. Человек маленький. Очень маленький… Мое дело – что? Деньги доставил, товар забрал и никому никакого зла не сделал. Чистый я…

Поликарпов выразительно хмыкнул.

– Разберемся, – сухо ответил Лев. – Кто еще тут курьер? Или ты один?

– Не, не один. – Хаджарат немного наклонился и расправил полы плаща. – Зачем один? Мне одному нельзя, начальник. Не положено… На сделку обязательно вдвоем должны приезжать. Чтобы никто никого не кинул, никто ничего лишнего не прикарманил. Таков порядок, начальник… Вон Нури – еще курьер. В красной куртке. С краю он лежит.

– Ясно. Скажи всем своим людям, чтобы поднимались. Только без резких движений. – Гуров повернулся к подошедшему капитану: – Обыщите их и забирайте. Дилеров или курьеров этих, как они себя называют, – в Управление, остальных – сразу в ИВС.

– Сделаем, товарищ полковник!

Капитан подал знак подчиненным. Семерых из пятнадцати подняли на ноги, продолжая на всякий случай удерживать под прицелом.

Гуров проверил багажники «БМВ» и «Шевроле», но ничего не обнаружил. Зато во втором внедорожнике на заднем сиденье мирно покоилась объемная спортивная сумка грязно-коричневого цвета с вертикальными белыми полосами. Полковник расстегнул «молнию», и Поликарпов, заглянувший ему через плечо, громко присвистнул. Сумка доверху была забита пакетиками с мутно-прозрачными кристаллами. Майор осторожно двумя пальцами выудил один из них, раскрыл, достал самый маленький кристалл и, бесцеремонно положив его на капот джипа, несколько раз аккуратно стукнул рукояткой пистолета. Затем взял на палец пару мелких крошек и слизнул их языком. С минуту подержал во рту и сплюнул.

– «Мет», Лев Иванович, – констатировал он. – Причем весьма приличного качества.

Гуров бросил быстрый взгляд на тех, кто еще лежал на земле, включая раненного в ногу крепыша, успел заметить, как высокий нескладный очкарик поспешно и испуганно отвел глаза, и кивнул майору. Поликарпов поднял задержанного на ноги. Поставив сумку на прежнее место, Лев обратился к очкарику:

– Твой товар?

– Нет.

Полковник молча обошел внедорожник, раскрыл бардачок и, порывшись в нем секунд десять, отыскал документы на машину. Поликарпов тем временем сноровисто обыскал подозреваемого и, выудив из внутреннего кармана его куртки паспорт в дерматиновом переплете, передал его Гурову. Имя и фамилия в обоих документах были идентичными. Очкарика звали Геннадий Прохоренков.