Николай Лакутин – Оружие Арлегов. Полная версия (страница 8)

– Стерва.

– Спасибо – самодовольно произнесла Дина. Она подошла к Стасу, стянула с него мокрую майку, потом страстно примкнула к его губам, и после прошептала:

– Я на остров, гляну, где там наш вундеркинд.

Стас вновь остался в квартире один.

***

Не прошло и минуты, после исчезновения Эльдара, как на плечо Анатолия нежно легла чья-то рука – обернувшись, он увидел улыбающуюся Дину. На контрасте того, какой она покинула остров и тем, какой предстала перед ним теперь – смотрелась весьма эффектно. Ярко красная помада, причёска, шикарное вечернее платье с большим разрезом на спине, маникюр. Каблуки сантиметров на двенадцать провалившиеся в песок побережья.

– Скучал? – не то с ехидством, не то и впрямь с интересом спросила она.

Анатолий ответил неопределённым взглядом.

– Я забронировала столик в ресторане на Эйфелевой башне. Хочу там загладить свою вину. Я вела себя недостойно. Признаю. Впредь постараюсь быть аккуратнее на поворотах.

Почему-то после этой фразы Анатолий вспомнил о девушке Юле, подвозившей его четыре месяца назад:

– Как она там жива – здорова. Носится ведь как угорелая – промелькнула мысль.

И буквально тут же у Анатолия заломило левый мизинец.

– Стас – понял он.

Футболка, шорты и сланцы, в которых Анатолий прибыл на остров не слишком подходили для светского стола одного из лучших заведений Парижа. Однако тратить время на переодевание он не стал. Дина взяла его за руку и через секунду они уже входили в прекрасный зал ресторана. Официанты и некоторые посетители не скрывали своего удивления. Действительно, на фоне фраков и строгих костюмов, туристический прикид не вписывался в антураж. Но минут через пять все вновь занялись своими делами, не обращая никакого внимания на несуразную парочку.

– Как тебе здесь? – спросила Дина.

– Ничего, спасибо, мне приятно твоё внимание и забота.

– Ничего? Да это же Париж! Самый дорогой город мира, один из лучших ресторанов планеты. Я хотела произвести впечатление, а ты – ничего?

Анатолий не ответил.

– Ладно, извини, я опять сорвалась. Просто действительно очень хотела сделать тебе приятно. Ты проголодался, наверное, давай уже чего-нибудь закажем.

Дина начала изучать меню, поданное официантом.

– Я не голоден. На острове замечательные фрукты с куста, здесь же всё привозное, только цены… Давай просто по кофе и какой-нибудь десерт – предложил Анатолий.

Дина явно обиделась, но старалась не подавать вида. Она поняла, что все эти пиршества Анатолию «до фонаря».

Сделав заказ, сидели молча до тех пор, пока он не был исполнен.

– Я ухожу от вас, Дина – мрачно сказал Анатолий.

Девушка изумлённо взглянула в упор.

– Ничего против вас я не имею, зла не делал и не собираюсь. Просто принял такое решение.

Дина опустила взгляд и сказала:

– Я не буду говорить о доходах, которые больше нигде не заработаешь в таком объёме, о команде, сплочённой и, возможно лучшей, о благородной миссии корпорации. Скажу лишь одно. Ты ведь не можешь не понимать, что из таких мест не уходят?

– Я понимаю твой намёк, Дина. Каждый делает выбор. Я свой сделал. Моё дальнейшее пребывание в «Аниме» будет неотступно идти параллельно со сделкой с совестью, я этого не хочу. Всё что должен был сделать для компании – сделал. Дальше дороги расходятся.

Дина достала блокнот, что-то там написала не глядя, оторвала лист и протянула его Анатолию. Там было написано:

«Я бы сама давно ушла, если бы было можно. Но отсюда нет выхода».

После этого она сожгла листок от свечи на столе, размолотив в пепельнице остатки пепла.

– Каждый делает свой выбор – повторил Анатолий – Я свой сделал.

После этого никто из них не проронил ни слова. Завершив сорванное мероприятие, с подавленным настроением Дина переправила сослуживца в Новосибирск, где обнявшись безмолвно на прощанье – ушла. На щеках её блеснули слёзы…

***

Исмат внимательно изучал последний диалог Дины с Анатолием, не отрываясь от её глаз, пролистывая в подсознании кадры восприятия, словно ища кого-то рядом во время их последних бесед.

– Я сделала всё что могла.

– Чччччччч – перебил её шеф, подняв указательный палец.

Ещё минуту он что-то усиленно перебирал в памяти Дины, потом спросил:

– В ресторане пока вы общались, к барной стойке подходил вот этот невзрачный мужчина. Теперь смотри, когда ты простилась с ним в городе, этот же мужчина прошёл мимо тебя. Я думаю, что если мы поднимем архивы памяти, то за прошедшие четыре месяца его можно будет встретить рядом ещё несколько раз. И каждый раз он вне поля зрения, видно только со спины.

Исмат отошёл от Дины, устремив взгляд в бескрайнюю даль.

– Кто-то курировал нашего Толика всё это время, и даже филёр его не отследил. Значит дело серьёзное. Может оно и к лучшему, что он решил от нас уйти. Больше контактов с ним не имеем, не трогаем и не вспоминаем. Да и у ликвидатора, отпуск затянулся с миролюбивым подходом нашего, теперь уже бывшего, новичка… – подытожил шеф.

***

Уже почти стемнело, когда на отшибе города съехались два автомобиля.

– Давно не видел тебя – хриплым голосом проговорил ликвидатор «Анимы», обращаясь к сослуживцу, который в это время пытался справиться с непокорным ремнём безопасности и покинуть авто.

– Ну, так правильно, вопросы стали решаться без нас прекрасно. Похоже, мы оказались не у дел – ответствовал филёр.

– Да. Я пригласил тебя сюда для того, чтобы исправить ситуацию. Ты не можешь не знать основного конкурента Исмата.

– Ты про Ваху? Разумеется, я его знаю, притом лично.

– Я встречался с ним сегодня утром – сказал ликвидатор.

– Зачем? Ты ведь знаешь, у нас это не приветствуется?

– Знаю, но раньше мы каждый месяц исполняли заказы, теперь уже четыре месяца отдыхаем. Сам о себе не позаботишься, никто не позаботится. Мне надоело сидеть сложа руки. Ваха очень обеспокоен появлением нового сотрудника «Анимы» на общей «арене». Он подсобрал кое-какой материал относительно этого персонажа, и этот материал не оставил его равнодушным.

– И? – допытывался филёр.

– У нас с тобой есть заказ от Вахи. Закроем вопрос по Толику, двоих зайцев одним выстрелом убьём. Во-первых, заработаем, а во-вторых, устраним конкурента, который нас пододвинул, тем самым вновь обеспечим себя работой.

– Почему Ваха хочет, чтобы это сделали мы, у него есть свои спецы?

– Это как раз просто объясняется. Если это сделают люди Вахи, то Исмат, который как-то чересчур проникся к этому парню, может начать разбирательство. Он даст задание тебе, а ты вычислишь работу конкурента. Обострение отношений сейчас никому не нужно. А так, ты никого не найдёшь и всё.

– С чего вы с Вахой взяли, что Исмат будет разбираться в этом вопросе? Я слышал, что Толик от нас уходит.

– Да, я тоже слышал, но, не известно ещё уйдёт он или нет. Таких работников не сильно-то стремятся отпустить. Исмат может придумать, чем его заманить обратно. В этом плане он не надёжен. А второй нюанс в том, что для нас с тобой это удачный момент. Мы с тобой знаем, что Толик отчаливает, соответственно, у нас нет мотива его валить. На нас не подумают.

– Ты ведь знаешь, что Исмат при желании может просмотреть и тебя и меня и всю подноготную увидеть – сомневался филёр.

– Ты всё осторожничаешь. Ну да, профессия обязывает, понимаю. Может. Но делал ли он это когда-либо прежде с нами?

– Вроде нет, по крайней мере, эта тема не поднималась.

– Так с чего ему сейчас нас с тобой трясти – это раз. Два – это то, что Толика можно спрятать так, что никто и знать не будет, что он пропал или что с ним что-то случилось, соответственно не будут знать, соответственно не будут разбираться. И три – посмотри сюда!

Ликвидатор развернул лист бумаги и подсветил фонариком:

– Это сумма, которую Ваха готов нам с тобой оплатить за данную операцию. Если да – то пятьдесят процентов налом можем забрать через час у него. Он ждёт.

Сумма действительно была внушительной. Учитывая, что доходы филёра и ликвидатора и так значительно превышали средне установленные в данной сфере, эта сумма била все рекорды.

Филёр немного помялся, в итоге согласился. Действительно, все предоставленные аргументы выглядели достаточно убедительными.