Николай Кузнецов – Черно-белое. Или розовое на зеленом фоне (страница 6)
– Нет, господин офицер, это мои дети и я их бросить не могу. Я учил их пониманию жизни, добру и свету. Я пойду с ними до конца. Я прекрасно все понимаю, но по-другому, поступить не могу.
– Дело ваше, господин Учитель. В нашем развитом сообществе, личностный выбор индивидуума – дело святое. Хотя, по-моему, вы просто дурак…
Небольшая группа детей стояла в тесном и холодном помещении. Возраст их разнился от пяти до десяти лет. Рядом с ними стоял их Учитель, невысокий человек с большой головой и смешно растопыренными ушами. Камера для утилизации была облицована кафелем, и залита беспощадным и холодным светом люминесцентных ламп. В углу была подвешена камера системы видеонаблюдения. Под потолком по всему помещению виднелись форсунки системы распыления газа. Самые маленькие из детей начали плакать.
– Мы все умрем, Учитель, да?
– Да мы умрем, и простите меня, дети. Я не смог вас защитить. Я виноват перед вами.
– А, правда, что наши души попадут в рай?
– Да, все дети попадают в рай. И я пойду вместе с вами. Будем сидеть под цветущей вишней, и учить уроки. Не плачьте мои милые, не надо бояться. Я с вами.
– А умирать страшно?
– Я не знаю. Я сам не боюсь. И вы не бойтесь. Лучше вспомните, как мы сидели на уроках, как вы учили задания. Как я вам рассказывал, что весь мир большой и прекрасный.
– Вы нам сказали неправду, Учитель.
– Нет, мои милые. Мир и в самом деле большой и прекрасный. Просто не все это понимают. А некоторые люди считают, что одни люди лучше других. И те, « другие», не имеют права на жизнь. Но они ошибаются…
Тут в специальном помещении, с табличкой «Recycling. For non-standard biological objects»* на бронированной двери, погас свет и пошел газ, названный неведомыми шутниками: «Практичная Мэри». Газ был разработан в одной из лабораторий Центра генетического контроля. Одним из достоинств газа, было быстрое и практически безболезненное умерщвление биологических объектов…
Примечание:
**«Recycling. For non-standard biological objects», в переводе на русский язык: «Утилизация. Для нестандартных био- объектов».
Сто сантиметров земли
– Ничего не происходит! Совершенно ничего.
Даже странно как-то, вот на соседних метрах, двадцать девять метров, слева от меня, насекомые бегают туда-сюда. А на сорок втором метре от меня, вправо, зверь прошел, не большой, правда, но все-таки.
Странная штука эта политика, вот раньше было большое государство, я тогда считался частью административной границы. Вроде статус ниже, зато и оживление было, какое-никакое. Машины ездили, люди вокруг бродили. Места у нас знаменитые, охотничьи угодья, природа, воздух, есть даже водоемы, правда ехать надо пару часов, но это уже кому как.
А потом началось!!!
То ли конец света, то ли революции, то ли просто война. Первым делом, я стал частью настоящей государственной границы.
«Вооруженные до зубов люди стояли, нахмуренны», – с той стороны и с этой, смотрели друг на друга как на врагов. Еще вчера они ходили здесь просто так, друг к другу в гости, а сейчас готовы убить друг друга. Да в принципе и убивали. Жуткое время было.
То с той стороны орут: «реванш», – автоматы в зубы и на эту сторону. То здесь кричат: «отомстим страшно», – «шашки наголо, кинжалы в руки» и сюда шасть. Крови пролилось море…
Как вчера помню: в наших местах пастушонок жил один. В те прошлые и «благословенные» времена он часто здесь овец пас. А как началось все это «светопреставление», пошел он со «своими» в дозор. Ну, а с той стороны, как раз шел караван с оружием. Завязалась перестрелка, местные смогли отбиться от «караванщиков», а пастушка моего подстрелили. Упал он бедненький прямо на меня. Да вот, с левой стороны моей, видите, трава растет густая, так вот знайте, это пастушонок наш кровь здесь свою пролил.
Ранили, значит его, а он знай себе, постреливает, врагов своих не подпускает. Его товарищи тоже в бою, на помощь не могут подойти, больно уж враги попались озлобленные, может травки «укушались». Есть тут у нас травка одна, правда растет в недоступных местах, так вот, когда человек покушает эту траву, то он становится, абсолютно неустрашим. И если он идет в бой, то его только можно убить. А по-другому, его никак не остановишь.
Ну и наши «герои обороны Севастополя», пока всех ворогов не перестреляли, не могли оказать помощь своему товарищу, моему славному пастушку…
Когда к нему подошли, он так и лежал весь в крови, а рядом куча гильз автоматных…
– Ну а потом, что потом? Затихло как—то все само собой. Может эти политики смогли договориться, кто их знает. Хотя думается мне, в этом виноваты «миротворцы». В смысле, в перемирии. Два батальона поставили недалеко отсюда, – русские десантники. Километров пять от меня левее, городок построили. Они стоят как бы между: и «теми», и «этими». И боятся их и «те», и «эти» уважают. Знают, были уже претенденты, попробовали разок «те» сунуться, так им так вломили.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.