Николай Коростелев – Воин Чёрного Дракона (страница 42)

По уже отработанному сценарию, в спальне с кляпом во рту, испуганно вращая глазами, сидел привязанный к стулу хозяин. Возле него на корточках возился урка и, с трудом подбирая китайские слова, что-то выспрашивал. В это время два других отморозка, распяв на супружеской постели бесчувственное тело супруги хозяина, со знанием дела привязывали её руки и ноги к спинкам кровати. От их действий халат женщины задрался, и уроды глумливо смаковали подробности её оголившегося тела. В углу комнаты топтался огромный верзила, у ног которого в голос ревели двое по рукам связанных детей. На их головы были надеты пыльные мешки, поэтому трудно было определить возраст, но судя по плачущим голосам, не больше семи-восьми лет.

Ворвавшись в дом, Андрей выхватил трофейную катану и приказал перекрыть все выходы. Часть людей отправилась прочёсывать соседние помещения, а остальные бросились за Андреем на второй этаж. Навстречу ему пятился один из грабителей. Он только что вытащил из комнаты громоздкую и, видимо, очень тяжёлую позолоченную статую китайского дракона. Андрей с ходу рубанул бандита по шее. В этот удар он вложил всю накопившуюся за последние часы злость и ненависть к бандитам. Острый, как бритва, клинок, практически без усилия снёс урке голову. Кровь фонтаном брызнула на стены и потолок коридора, а тело уголовника под тяжестью украденной статуи завалилось вперёд.

Казаки, разбившись попарно, стали проверять все комнаты на этаже. Не дожидаясь их, Андрей бросился к двери, за которой слышался детский плач и неразборчивый бубнёж. Распахнув дверь ногой, он ворвался в комнату, на ходу оценивая обстановку. Здоровый бугай, охранявший детей, бросил пленников и, широко замахнувшись топором, кинулся на Андрея.

Действуя на отработанном многочасовыми тренировками рефлексе, Андрей ушёл с линии атаки и ударом крест-накрест встретил бугая. Первый удар пришёлся бандиту по руке с топором, и она, нелепо кувыркаясь, отлетела к стене. Второй – прямо в голову. Клинок разрубил височную кость, прошёл через лицо вниз, начисто срезая часть головы, как кочан капусты. Однорукое, обезглавленное тело бандита ещё несколько секунд удерживалось на слоноподобных ногах, но вот они подогнулись, и бандит завалился на привязанного к стулу пленника. Уголовник, сидевший на корточках, моментально сориентировался. Оценив, что окружающая обстановка становится для него неблагоприятной, он с места прыгнул в окно. Звон разбитого стекла и громкий болезненный вскрик под окном сменились грязной бранью и звуками нескольких глухих ударов.

В комнату ворвались другие казаки. Бандиты на кровати затравленно озирались. Заискивающе улыбаясь казакам, они стали, пятясь, сползать с постели.

– Что там? – выглянул в разбитое окно Андрей.

– Порядок, ваш бродь. Взяли субчика.

– А что там за крики?

– Да это ваш бегунок ногу сломал.

– Сам или помогли?

– Сам.

– А чего вы тогда так матерились, что даже у меня уши чуть не завяли?

– Так этот гадёныш обделался. Может, со страху, а может, от боли, кость-то из ноги, почитай, на ладонь вылезла.

– Ничего, нога ему теперь ни к чему. А что сломал, хорошо. Пусть свои последние часы в дерьме проживёт, он к этому всю свою поганую жизнь стремился. Пакуйте засранца! – распорядился Андрей. – Иван, – обернулся он в комнату, – развяжите хозяев и уведите детей, там снимите мешки. Да, пусть кто-нибудь посидит с ними, пока родители оклемаются. Санька! Одного бандюка не хватает. Обыщите всё вокруг.

Волчок, захватив помощников, приступил к тщательному прочёсыванию дома. Вскоре бандит отыскался. Оказывается, он осваивал нужник, а когда услышал голоса казаков, обыскивающих дом, решил затаиться. Это ему не помогло, он был обнаружен и вытащен на белый свет.

– Ваш бродь, последнего нашли. В нужнике прятался.

– Ещё один засранец, – усмехнулся Андрей. – Молодцы! Санька! Обратную дорогу найдёшь?

– Обижаете, ваш бродь.

– Тогда оставь мне Петра и ещё трёх человек. А сам забирай бандюков, всё, что они награбили, и вези к вахмистру. Я останусь здесь до утра, вдруг ещё кто пожалует. Скажи Иванычу, чтобы прислал сюда доктора. Тот должен быть в борделе. Его ещё при мне к раненому вызывали. Похоже, тут, – Андрей кивнул на хозяина дома, который зажал руками голову, раскачивался из стороны в сторону и тихо подвывал, – без врача не обойтись. Да и слуга внизу может до утра не дотянуть. Вот ещё что! Вахмистру скажи – в кабаке забаррикадироваться, никого не впускать, самим никуда не отлучаться. Утром приеду – разберёмся. Если от генерала будет посыльный, пусть едет сюда, в дом городского судьи. А сейчас, пока не уехали, трупы из дома выбросьте и сложите во дворе, завтра наверняка полиция заявится. Всё, иди.

Дождавшись, когда из дома вынесут последний труп, Андрей поднял с пола подушку и заткнул ею разбитое окно.

– Петро, как наши уедут, ворота и двери на запор. Выстави охрану. Доктора привезут – впустишь. Да, глянь, может, что пожевать найдёшь, а то с утра ни крошки во рту не было.

Немногословный Петро молча кивнул и вышел из комнаты.

Глава 40

Андрей прикрыл покрывалом освобождённую от верёвок, но ещё не пришедшую в себя жену судьи, и пошёл искать воду. Кувшин с холодной водой обнаружился на этом же этаже, в туалетной комнате.

– Надо же, а дом-то с удобствами, – удивился Андрей и понёс кувшин в спальню.

Слив немного воды себе на ладонь, он брызнул ею на лицо хозяйки. Она вздрогнула, открыла глаза и испуганно натянув покрывало до самого подбородка, забилась в угол кровати. С ужасом оглядевшись, она уставилась на впавшего в ступор мужа. Потом перевела взгляд на Андрея и, наконец, опустила взгляд на пол, точнее на кровавое пятно на полу, натёкшее с трупа зарубленного Андреем бандита.

Всё это время её муж бормотал что-то бессвязное и пытался оттереть с рук и одежды брызги попавшей на него бандитской крови.

– Что с ним?

Её начинал колотить озноб.

– Вы про мужа? – участливо уточнил Андрей. – Шок от пережитого. Это пройдёт. Ему и вам нужно выпить чего-нибудь горячего и сладкого. У вас в доме есть чай?

Она растерянно кивнула.

– Вот и отлично. Скажите, где искать, я пошлю солдат. Попьёте чайку, примете успокоительного, и всё будет в порядке. За доктором я уже послал.

– А это?

Она, хлопая глазами, с непониманием разглядывала обрывки верёвок на руках и ногах.

– Считайте, что все неприятности уже позади. Вам и вашей семье больше ничего не угрожает, – успокаивающе произнёс Андрей, развязывая на её запястьях обрезки пут. Видя, что взгляд женщины становится осмысленным, он спросил:

– Всё? Вы пришли в себя? Может, ещё воды?

Она кивнула и, обхватив кувшин двумя руками, припала к горлышку. Сделав несколько глотков, она окончательно успокоилась и, машинально поправив причёску, огляделась вокруг. Покрывало при этом чуть сползло с её плеч, открыв тонкую белую шею, на которую упала непокорная завитая прядь волос, выгодно подчеркнув белизну шеи хозяйки.

Андрей принял кувшин и невольно загляделся. Перед ним сидела молодая красивая женщина лет двадцати пяти – тридцати, с мягкими чертами лица и удивительно редкими для китаянки зелёными глазами. Форма лица была несколько вытянутой, а его цвет существенно светлее, чем у жителей Центрального и Южного Китая. Такой тип лица характерен для уроженцев китайской Внутренней Монголии. Её ухоженные, а сейчас растрёпанные волосы цвета воронова крыла контрастировали с необычно ярким цветом изумрудных глаз и тёмно-синим шёлком её халатика, богато расшитого золотыми причудливыми цветами. Длинные пушистые ресницы и выражение искреннего детского удивления делали её лицо милым и забавным.

Тонкие ухоженные пальчики указывали на то, что их не утруждают физическим трудом.

Муж, человек по возрасту много старше её, обременённый непосильной, но доходной службой главного судьи города, был источником благополучия семьи. Но, как было заметно по цвету его лица и красным воспалённым глазам, не чурался опия.

– Что здесь произошло?

– На вас напали бандиты. Хотели ограбить. К счастью, я с отрядом был недалеко и успел вмешаться. Нападавшие арестованы, и теперь ни вам, ни вашей семье ничего не угрожает.

– Где дети?

– Они в соседней комнате, с ними всё в порядке.

– Не знаю, как благодарить вас, – шмыгнула она носом.

– Всё в порядке, – улыбнулся он.

Его спокойный, мужественный голос смутил её.

Какой красавчик, подумала она, а я в таком виде?

– Извините, господин…

– Поручик, – подсказал Андрей.

– Извините, господин поручик, я вынуждена вас оставить. Мне нужно проведать детей и привести себя в порядок, – смутившись, сказала она и, хлопнув ресницами, бросила на него быстрый взгляд.

– Как вам будет угодно, сударыня, – улыбнулся Андрей.

Боже, как он хорош. Ах, если бы… О чём я думаю? – прогнала она мелькнувшую смелую мысль. Понял? Или нет?

И не столько увидела, сколько женской интуицией почувствовала, что понял. Она спустила ноги с кровати и походкой пантеры направилась к двери. Разумеется, она заметила обращённый на неё восхищённый взгляд. Чувство торжества и радости наполнило её. Ощущая на своей спине и ниже его взгляд, она демонстративно, не торопясь, покачивая проступающими сквозь тонкую материю халатика контурами бёдер, грациозно удалилась из комнаты.

Вот чертовка! Только что рыдала, а сейчас, будто ни в чём не бывало, стреляет глазками и кокетничает, восхитился Андрей. Нет, но как ушла! Королева! Уплыла, словно платочком помахала, да ещё как! Ох уж эти женщины! Хотя не буду себя обманывать – хороша! Ох, как хороша!